Князь Целитель 8
Шрифт:
— Может, попробовать вытравить? — предложил Валерий Павлович.
— Теоретически, возможно, — усмехнулся я. — Ну вот вопрос: чем? Это не просто животные, это мутировавшие монстры Аномалии, которые устроены совсем по-другому. Но, возможно, эту мысль мы сможем развить, — я повернулся к Евгении. — Надо бы раздобыть побольше образцов мягких тканей и естественных жидкостей из тел убитых монстров. Предоставим Анатолию Федоровичу, чтобы он произвел биохимический анализ.
— Вполне может сработать, — кивнула девушка. — Имея представление об особенностях их биохимии, я смогу разработать какое-нибудь зелье, которое сможет их вытравить. Тогда нужно взять образцы совсем по-другому, не так, как я делала раньше.
— После обеда приступим, — сказал я. — Потом уже отправляемся домой.
Наше совещание закончилось практически синхронно с опорожнением тарелок. Как и договорились, мы с Женей и мои помощники вновь вышли на улицу и отправились потрошить недавно убитых монстров. Оказалось, что навершие моего протазана пробивает каменную шкуру тварей чувствительно лучше, чем меч Матвея.
Свой черный нож, также сделанный из рога Красного медведя, я отдал девушке, она как раз уже работала глубже, забирая образцы мягких тканей, крови и других жидкостей. На всё про всё у нас ушло не больше получаса.
Тем временем строители при помощи военных продолжали возводить защитные сооружения, выгружали из контейнеров остатки мебели. Сами контейнеры в разобранном виде складывали в стопку рядом со зданием.
— Это еще пригодится, — сказал один из рабочих, встретив мой взгляд. — Ничего лишним в походе не бывает.
Периметр расположения патрулировали несколько отрядов по пять человек. Мы с Женей стояли, вглядываясь в туман, который начал окрашиваться желтоватым. Дело близилось к вечеру, и пора бы уже стартовать в сторону дома.
— Знаешь, я тут подумал, — произнес я, повернувшись к девушке, — аномалия — это ведь искажение правильного. Она появилась, когда правильное стало неправильным после невероятно сильного магического воздействия когда-то очень давно.
— Это ты к чему? — настороженно спросила Евгения.
— Болезнь — это тоже искажение, — продолжил я свою мысль. — Когда что-то в организме по разным причинам происходит неправильно, так ведь?
— Ну да, — кивнула Евгения, в её глазах я увидел, что она начинает понимать, к чему я клоню.
— Значит, Аномалия — это болезнь, но не только животных, а ещё и растений, земли, воздуха и воды. Целители лечат болезни целительной энергией. То есть ненормальное состояние человека, в том числе ведьмина гангрена, с помощью целительной энергии возвращается правильное здоровое состояние. Так?
— Так, — снова кивнула девушка, выжидательно глядя мне в глаза.
— Так может быть попробовать с помощью целительной энергии вылечить Аномалию?
— А это… неожиданно, — вскинула брови Евгения. — Какие у тебя далеко идущие планы. Но как ты собираешься лечить Аномалию? Ты ведь примерно представляешь себе её площадь и огромное количество её обитателей?
— Понимаю, что масштаб огромный и совершенно несопоставим с привозом раненых в приёмное отделение. Пока не знаю, — пожал я плечами. — Но хочу попробовать начать с малого. Понимаю, что это будет невероятно сложно.
— Если я правильно помню, — задумчиво произнесла Евгения, — ты убивал довольно крупных монстров смесью двух энергий: целительной и энергии молнии. Целительная энергия помогала тебе убивать их более эффективно, значительно усиливая обычный удар молнии. Я же ничего не путаю?
— Именно так и было, — кивнул я, улыбнувшись. — Но я же не пробовал атаковать чисто целительной энергией. У меня на тот момент не было желания кого-то здесь вылечить, кроме раненых бойцов.
— Тоже, верно, — потерев подбородок, произнес девушка. — В общем, надо будет на чем-то испытать. Получится ли вылечить или возможно только убить. Может попробовать на чем-то мелком?
— На Призрачных белках? — улыбнулся я.
— Ну или на туманных ежах, — улыбнулась девушка в ответ. — Их поймать легче. Белку может поймать твой горностай, но он обычно приносит их уже мертвыми, смысла лечить уже нет.
— Я подумаю, — сказал я, вспомнив про горностая, которого я нашел в самом сердце Аномалии.
Этот зверек попал под раздачу, можно сказать, в самом сердце Аномалии, и совершенно нормальным и обычным его назвать вряд ли возможно. Правда, я не уверен, что он с тех пор не сильно изменился. Возможно, он потерял какие-то аномальные свойства после того, как я его исцелил. Значит, все же надо попробовать.
— Ваше сиятельство, у нас проблемы! — услышал вдруг я окрик моего помощника из тумана со стороны шахты.
Мы обернулись на звук и быстрым шагом направились навстречу. Из тумана вынырнули несколько рабочих, которые чуть ли не волоком тащили молодого шахтера, который находился в бессознательном состоянии.
Лицо молодого парня было практически серым, как и губы. Глаза закатились. Я поднес руку к его груди. Сердце еще билось, но слабо и редко. Организм был до предела насыщен негативной энергией Аномалии.
— Его как раз вытащили со дна ямы, — прокомментировал один из рабочих, стоявших рядом. — Мне кажется, он амулет не надел.
Я расстегнул куртку парня, отодвинул тельник. На шее у него не было ни цепочки, ни амулета, который выдавали всем шахтерам и геологоразведчикам поголовно. Бойцы в этом не нуждались, так как у них была защищенная от негативной энергии броня.
— Это как? — спросил я, посмотрев на ответственного, который тоже уже стоял рядом.
— Я выдал ему амулет лично и объяснил, как активировать, — сказал мужчина, побледнев почти так же, как лежавший на земле его подчиненный. — Почему он не на нем, я не могу сказать. В следующий раз буду контролировать каждого.
Я похлопал парня по карманам. В одном из них нащупал круглый медальон. Вытащив его, я убедился в том, что он даже не активирован.
Теоретически он мог бы защитить его и находясь в кармане, не обязательно на шее, просто с меньшей эффективностью. Но сейчас у артефакта просто не было шансов помочь этому неразумному человеку.
— Вот ты молодец, — сказал я и покачал головой.
Активировав артефакт и нацепив парню на шею, я вернул руку обратно на область сердца и начал вытеснять негативную энергию, вливая в тело достаточно большое количество целительной, которая вместе с током крови и лимфы распространялась по всему телу.