Чтение онлайн

–  Кто там?
– не своим голосом прошептал Никита Мироныч.
– Кто там, туды твою так?..

Не отвечает…

И опять стук!

"Овца, должно быть, дура, стену бодает!" - подумал Никита Мироныч и вздул сразу целым пуком лучину.

Но только было раскрыл наотмашь дверь Никита Мироныч, хотел он поглядеть на скотину, только переступил через порог, глядит: человек ему ботнулся в ноги, к чему, служа у Рысачихи за старосту и будучи у нее в немалом доверии спокон века, привык и потому нимало не удивился.

–  Это хто такой, туды твою так?!
– все же вскрикнул Никита Мироныч.

А человек лбом в сапоги и руками обхватил голенищи…

Глядит Никита Мироныч, на плечах у него, как на верблюде горб, большая сума, пахнет от сумы необманным духом, который за версту расслышишь: христовым куском, из рук со звоном вывалился железный посох, и на босой ноге, немного повыше колена, под загнувшимся одной полой армяком, железное тоже такое кольцо, какие каторжникам на ноги загоняют.

–  Да хто ты такой?
– толкнул Никита Мироныч сапогом нечесаные и, видно, давно не мытые лохмы.

–  Я это, - хрипнул человек, - я это буду во всем своем виде!

–  Ивашка!
– вскрикнул опять Никита Мироныч.
– Иван Недотяпа?!

–  Я, батюшка наш, Никита Мироныч, - опять прохрипел человек, - я самый буду!

–  Да что это ты, с каторги, что ли, убежал? А ну, подымайся!

Ткнулся Недотяпа ему еще раз лбом в сапоги и поднялся с коленок…

–  Чтой-то, - говорит, - Никита Мироныч, ты про меня негожее такое подумал?.. Я не с каторги бежал, а по-доброму пришел со странствия, за барыньку нашу да за тебя, благодетеля нашего, богу помолился!

–  Со странствия? Ври толще, откуда же тогда у тебя такое колечко, этакие колечки знаешь какие женихи носят?..

–  Видится тебе в темноте, - говорит Недотяпа, - это, Никита Мироныч, вчерася мне добрые люди баранок подали, должно что, высунулись из кармана, а в кармане у меня давно пол не мыли, вываракались они там, ну, а ты бог знает что и подумал!
– Приподнял армяк, и в самом деле - связка баранок, облепленных грязью и в самом деле в такой грязи похожих на кольца от каторжной цепи, а не на баранки.
– Что ты, Никита Мироныч?

–  Должно, что тогда вольно живешь на вольном-то хлебе, - сказал уже с укоризной староста мужику, который вошел за ним тоже и стал у притолки возле двери.
– Эн-ка, баранки?!

–  Живу себе, - отвечает спокойно ему Недотяпа, - на бога не жалуюсь, на барыню не сержусь, даже оброк вот ей принес, как с меня полагается!

–  Обро-ок, - растянул староста слово, - оброк, говоришь, принес? Ах ты, сучий хвост, да что ты, смеешься?

–  Ничего не смеюсь, чего же тут на свои денежки смеяться, - еще спокойнее отвечает Недотяпа, несмотря что Никита Мироныч вскочил с табурета и засучил кулаки.
– Правду, - говорит, - говорю! А вот, погляди! Это что, по-твоему, скрылки?..

Снял он с такими словами с себя большую суму, развязал зубами узелок и с самого донышка из-под хлебных крошек и зачерствелых кусков достал большой кошелек, распузевший, как у хорошего купца, и высыпал с веселым звоном на стол.

–  Перечкни, - говорит старосте Недотяпа, - ради оспода бога, тут вроде один верный человек мне считал, так говорит, что рубликов сто, а то и поболе! Сам-то я, тебе говорить нечего, в счете всего два по третьему!

–  Э… э!
– схватился за бороду Никита Мироныч.
– Да ты, я вижу, и в самом деле не шутишь! Тут, пожалуй, и за других если внести, так останется!

–  А останется, - мигнул Недотяпа, - так возьми себе, благодетель!

–  Что-о?
– грозно насупил бровь Никита Мироныч.

–  Да так… ничего, - переминулся Недотяпа с ноги на ногу.

–  То-то, - отвернулся Никита Мироныч, - вот уж в самом деле люди сказали, не ошиблись, прозвали тебя Недотяпой… Недотяпа и есть! Эх ты, Недотяпа!

Показал кулак Никита Мироныч и деньги ладонью накрыл.

–  Не виновен, - улыбается Недотяпа, - не повинен, что батюшка родной недотяпал… а барыне вот нашей благодаренье… мастерству такому и занятию обучила и в люди произвела!

–  Стой, мужик, стой, не шевелись, - построжел тут еще пуще Никита Мироныч, - стой, говори: откуда у тебя, нищей сумы, таки деньги? Украл?.. Чему, какому рукомеслу тебя барыня обучила? А?

Теперь Недотяпа покачал на него головой и пока ничего не ответил.

–  Да что ты мотаешь башкой? Украл, так и ладно! Только хорошо, если следов за собой не оставил, а ну, как разыщут?.. Каково тогда будет?
– скрестил руки Никита Мироныч.

–  Да что ты, батюшка наш, Никита Мироныч?
– весь так и расплылся в широкую и блаженную улыбку Недотяпа.
– Что ты?.. Ты послушай, что я скажу!

–  А ну, говори!

–  Ты думаешь, на свете нет добрых людей?

–  Есь, только не здесь, - перебил насмешливо Никита Мироныч.

–  Да ты не перебивай… я и сам по малоумству собьюсь… подожди. Ты думаешь, на свете нет добрых людей? Есь… есь, Никита Мироныч, есь на свете добрые люди. Только мы их не замечаем, да и они тоже не замечают себя… Так и играем в злую прятку друг с другом. Постой… погоди… а я вот как увижу, что добрый человек идет мне навстречу, так сейчас вот так пальчиком ему, чтобы остановился и душу открыл… "Ты добрый челэк?" - спрошу. "Добрый!" - ответит. "Ну, и я тоже, - скажу тут, - тоже не злой! Подай Христа ради…"

–  Так тебе, гольтепе, и поверили, - перебил староста.

–  Где же поверить, - спокойно продолжал Недотяпа, - и добрый челэк тут не поверит… А я ему прямо в глаза, чтобы уразумел без дальнего слова: я, мол, добрый челэк… рысачок! Клади мне в шапку семитку али копеечку брось, Христа оспода ради… Понял, мол?.. Кровный, значит, рысак, осподу богу, мол, добрый челэк, тружусь и барыне своей вот оброк собираю, и ты со мною трудись, и тебе от этого лучше будет. Ну, добрый челэк посмеется, посмеется и по доброте своей сунет за такую прибаутку семитку, а злой… злой что ж, даст пинка, и за это спасибо.

–  Да, - поглядел Никита Мироныч странными, непонимающими глазами на Недотяну, - не поймешь хорошо, то ли ты дурак, то ли ты жулик! И то ли ты бога так обманываешь, то ли людей? Нет, у нас с барыней проще: раз в глаз, хлоп в лоб - и готово! А деньги ты принес, так это и верно, что молодец! Барыня, наверно, к себе даже по такому случаю допустит. Ты, когда позовут, смотри, дурак, не наследи! Вот уж истинно сказано, что не знаешь, где найдешь, где потеряешь: ведь барыня хотела тебя на щенка променять, а тут эна-ка - денег-то куча!