Чтение онлайн

Лира хищно улыбнулась, глядя на панику Элианы.

— Не будешь? — она протянула когтистую руку. — Посмотрим… Господин, прикажите ей… — она обернулась ко мне, и в ее глазах читался вызов. — Скажите этой… гостье… как нужно правильно извиняться перед своим князем.

Ирис, все еще сидящая на мне верхом, прижалась грудью к моей груди, ее губы снова нашли мое ухо:

— Да, дорогой… прикажи ей… — ее шепот был горячим и опасным. — Пусть падет ниц… или… встанет на колени здесь… перед тобой… и перед нами… — Ее рука скользнула вниз по моей груди…

Я посмотрел на Элиану. Она была бела как полотно, дрожала, ее гордая осанка сломана, глаза — огромные, полные слез стыда и безысходности. Это было уже не просто унижение. Это было надругательство.

А потом посмотрел на Лиру — наглую, уверенную в своей победе. На Ирис — ядовитую, использующую страсть как оружие.

Гнев. Чистый, драконьий гнев закипел у меня внутри, сметая остатки хмеля и усталости. Не против Элианы. Против них. Против этого безумия, которое они сами же развязали и в которое втянули третью, против ее воли.

— СТОП! — мой голос грохнул, как удар грома в маленькой комнате. Он прозвучал с такой силой и властью, что даже Лира отпрянула, а Ирис замерла, ее рука остановилась на полпути. Элиана вздрогнула и зажмурилась. — ВСЕ! ХВАТИТ! — Я резко оттолкнул Ирис, заставив ее с недовольным вскриком соскользнуть с меня на кровать. Вскочил на ноги, натягивая на бедра скомканный халат. — Вы с ума сошли?! Обе?!

Я указал пальцем сначала на Лиру, потом на Ирис. Пламя снова заиграло на кончиках пальцев, освещая их потрясенные лица.

— Вы привели сюда Элиану?! Против ее воли?! Чтобы… чтобы что?! Унизить ее? Развлечься? Это ваше «извинение»?! — Мои слова резали воздух, как нож. — Вы перешли все границы! Это не извинение! Это… это ПЫТКА! Идиотизм высшей пробы!

Лира надула губы, ее аметистовые глаза сверкнули обидой и злостью.

— Но, господин! Она же… она же оскорбляла нас! Тебя! Она хотела быть второй женой! Она…

— ЗАТКНИСЬ! — рявкнул я, и пламя на пальцах вспыхнуло ярче. Она отступила на шаг, прижав уши. — Она пришла сюда просить помощи! Униженная! Потерявшая все! И вы… вы решили добить ее?! В МОЕЙ СПАЛЬНЕ?!

Я повернулся к Элиане. Она стояла, прижавшись к стене, все еще дрожа, но в ее глазах, полных слез, появился проблеск… недоверия? Надежды?

— Элиана фон Штормгард, — сказал я жестко, но без прежней ярости, обращенной к другим. — Вы свободны. Идите. Сейчас же. В ваши покои. И заприте дверь. Никто не посмеет вас там тронуть. Клянусь.

Она не заставила себя ждать. Как ошпаренная, она рванула к двери, даже не взглянув на меня, выскочила в коридор и исчезла в темноте. Слышно было, как ее быстрые шаги затихали вдалеке.

Я повернулся к оставшимся двум. Лира смотрела на меня с немым укором и обидой. Ирис — с холодной, расчетливой яростью в синих глазах. Тишина повисла тяжелая, наэлектризованная.

— А вы… — я указал на них обеих, — … идите. Тоже. Сейчас. И запомните: если вы хоть раз, ХОТЬ ОДИН РАЗ, попробуете поднять руку на Элиану, унизить ее, или втянуть в свои больные игры против ее воли… — я сделал шаг вперед, и пламя в моей руке выросло, осветив их потрясенные лица жарким, угрожающим светом, — … я вас вышвырну отсюда так, что мало не покажется. Лире — обратно к тетке. Ирис — куда подальше, хоть в шахты. Понятно?

Лира что-то прошипела невнятное, ее хвост бил по воздуху, как плеть. Ирис лишь холодно скользнула по мне взглядом, полным яда, и резко кивнула. Она схватила свое платье (то, что упало с Лиры) и бросила ей. Лира машинально поймала.

— Идите! — рявкнул я в последний раз.

Они ушли. Без слов. Лира — с гордо поднятой головой, но прижатыми ушами. Ирис — как тень, холодная и опасная. Дверь захлопнулась.

Я остался один. Снова. С грохотом сердца, с тлеющим пламенем в руке, с чудовищной усталостью и чувством полного, абсолютного бардака. И с мыслью, что мой идиллический мальчишник утром теперь висит на волоске. Лира обижена. Ирис зла. Элиана в ужасе.

Я плюхнулся на кровать, погасил пламя и схватился за голову. «Спокойствие. Кайф.» — мысль теперь звучала как горькая насмешка.

За дверью послышался шорох и довольное хмыканье. Я поднял голову.

— Годфрик? — позвал я хрипло.

Дверь приоткрылась, и в проеме показалась его широкая, ухмыляющаяся физиономия.

— Я тут, милорд! Все слышал! — прошептал он с восторгом. — Ох и бабы! Ох и сцены! Прям как в лучших тавернах! — Он понизил голос до конспиративного шепота: — Кони готовы. Девицы — тоже. И кошечка — огонь! Рыженькая! Хвост трубой! Всё по плану. Выезжаем на рассвете. Тихо. Как мыши. Пока эти… — он кивнул в сторону коридора, — … не очухались.

Я посмотрел на его простодушное, пьяное от предвкушения лицо. На его абсолютную уверенность в нашем побеге. И вдруг дикий, истерический смех подкатил к горлу. Я сдержал его, лишь конвульсивно дернув плечами.

— Да, Годфрик, — выдохнул я. — Как мыши. На рассвете. И да поможет нам Роксана… и все святые булочки. А теперь… вали. Дай хоть пару часов поспать перед этим… «спокойствием».

Он исчез, тихо прикрыв дверь. Я повалился на спину, уставившись в темный потолок. «Каменное Сердце». Горячие источники. Гора девиц. Бухло. И ни одной из этих троих в радиусе мили. Теперь это звучало не просто кайфом. Это звучало как спасение. Последний шанс сохранить рассудок.

Но уснуть так и не смог. В ушах все еще стоял шепот Ирис: «Мы пришли извиняться, дорогой…» И виделись глаза Элианы — полные слез и унижения. И чувствовалось жгучее обещание в аметистовом взгляде Лиры.

Рассвет не мог наступить слишком скоро.

Ох… Эта ночь определенно пыталась меня добить. Я лежал, уставившись в темноту, пытаясь вытравить из головы образы: униженные слезы Элианы, ядовитый взгляд Ирис, хищную ухмылку Лиры. Мальчишник. Горы. Источники. Бухло. Спокойствие. Я цеплялся за эту мысль, как утопающий за соломинку. Еще пара часов — и свобода.

Тук-тук-тук.

Тихий, но настойчивый стук в дверь. Не громкий, не требовательный, а… робкий? Звук пробуравливал тишину, как шило.

— Да епт твою мать! — вырвалось у меня хриплым шепотом. Я вскинулся на локте. — Что за ночь?! Да! Войдите!

Дверь тихо открылась. В щели просочился тусклый свет факела из коридора, очертив силуэт. Высокий, стройный, с гордой осанкой, которую сейчас пытались сломить страх и стыд. Элиана.

Она быстро проскользнула внутрь, захлопнув дверь за спиной так, будто за ней гнались фурии. Стояла секунду, прислонившись к тяжелому дереву, дыша часто и поверхностно. Потом, не глядя на меня, медленно подошла к кровати. И… села на край. Неловко. Спиной ко мне. Пальцы судорожно сжимали складки того самого простого платья.