Чтение онлайн

В Белозере сохранилось предание о Синеусе, относящееся к XVI веку, согласно которому Синеус сидел в Кистеме, где и умер. В Белозере существовал легендарный курган Синеуса, который был разрушен в конце XIX века [186] .

Верховья Волги были заселены славянами позже, видимо, во многом благодаря вытеснению славян со Средней Волги, которые проживали там со II века н. э., а также необходимостью организации волоков для выходов через Западную Двину, Ловать и другие реки севера России на Волгу и Днепр. Именно волоки, организация которых требовала достаточно глубоких знаний территории и которые существовали, судя по всему, еще в бронзовом веке, позволили в итоге вывести международную торговлю на высочайший по тем временам уровень, при котором арабское серебро циркулировало по всей Европе при посредничестве славян и русов. Спрятанные в труднодоступных лесах, получивших общее наименование Оковский лес, территорию этих волоков завоевать было достаточно сложно. Но вернемся к Поволжью.

«Поселения VII—IX вв. Москворечья и Верхневолжья остаются слабоизученными. Поэтому многое в истории этих регионов кажется туманным. В частности, не удается детально проследить ход этногенетических процессов. Верхневолжский регион пополнялся небольшими группами кривичей, о чем свидетельствует появление здесь единичных длинных курганов» [187] . Это может свидетельствовать и о попытке установления контроля кривичами над Волжским путем в тот период, когда Волга в ее среднем и нижнем течении контролировалась булгарами и хазарами.

Более ясная ситуация складывается в междуречьи Волги и Клязьмы. «Вопрос о сложении новой (мерянской) культуры в Волго-Клязьменском междуречье невозможно решить без учета распространения в этом регионе предметов провинциально-римских типов. Их появление здесь, как и в других землях Восточно-Европейской равнины, безусловно, отражает прилив населения из Среднеевропейского ареала. Каких-либо следов иных миграций в археологических материалах при этом никак не обнаруживается. Следовательно, становление мерянской культуры может быть только результатом взаимодействия среднеевропейских переселенцев с финноязычными аборигенами. Эта культура, в некоторой степени, родственна культурам тушемлинской и псковских длинных курганов, сформировавшихся в то же время.

Большинство селищ второй половины I тыс. н. э. в Волго-Клязьминском междуречье занимают пологие склоны возвышенностей коренных берегов рек и озер. Площади их — от 1 до 6 га. Жилищами служили преимущественно наземные срубные постройки с печками-каменками. На некоторых поселениях выявлены и полуземляночные строения.

Известны и немногочисленные укрепленные поселения, среди которых выделяется Сарское городище на берегу оз. Неро, которое, по-видимому, было административным (племенным) центром. Оно устроено на всхолмлении среди заливных лугов. Его срединная часть площадью свыше 8 000 кв. м, обнесенная валами, была древнейшим селением, к которому со временем прирастали неукрепленные участки. Общая застроенная площадь поселения к X в. достигла 2,7 га.

Около Сарского городища исследован грунтовый могильник, в котором открыты захоронения по обрядам кремации и ингумации. Наиболее ранние погребения датируются VI—VII вв. Подобные могильники известны и в других местностях Волго-Клязьминского междуречья» [188] . Не исключено, что название озера имеет кельтское происхождение. Галльское божество Nerios связано с источниками, а индоевропейский корень *пег, означает «погружаться, нырять». Еще одно значение этого слова олицетворяет жизненную силу [189] .

Два типа захоронений могут свидетельствовать, что и в этом регионе проживали и русы, и славяне. Поселения в верховьях Волги, возможно, связаны также с близостью главной сырьевой базы для заготовки мехов — основного товара для торговли славян и русов с восточными и южными странами.

«Помимо находок, связанных с ремеслом и торговлей, на городище обнаружено большое количество предметов вооружения, что свидетельствует о военно-административном значении этого поселения». Е. В. Пчелов предполагает, что Сарское городище было племенным центром мери во времена Рюрика и контролировало северную часть Волжского торгового пути [190] .

«Как и в других регионах лесной полосы Восточно-Европейской равнины, затронутых среднеевропейской миграцией в Волго-Клязьминском междуречье, в составе переселенцев доминировал славянский этнический компонент» [191] . Скорее всего, вторым по значению этносом, мигрировавшим в эти земли, были балты, также заинтересованные в развитии торговых путей.

«Среднеевропейские переселенцы очень скоро, если не сразу, вступили в контакты с финскими аборигенами. Это, в частности, наблюдается в округе оз. Неро, в регионе концентрации пришлого населения. Здесь образовались единые поселения и могильники с общей "мерянской" культурой второй половины I тыс. н. э. Постепенно единая культура распространяется по всему междуречью Волги и Клязьмы. Финноязычная меря, по-видимому, все более и более втягивалась в единый этногенетический процесс, который вел к формированию древнерусского населения Ростово-Суздальской земли» [192] .

Как и в других случаях, более высокоразвитые переселенцы русы и славяне привносили свою культуру в эти достаточно глухие и труднодоступные места, связь с которыми была возможна только водным путем.

«Очевидно, в условиях славяно-финского симбиоза этноним местного населения — меря — был перенесен, как это нередко было в древней истории Европы, на все население междуречья Волги и Клязьмы. Накануне и в период становления Древнерусского государства все жители Ростовского края назывались мерей» [193] . Похожие процессы происходили и ниже по течению великой реки.

Понимая стратегическое значение Ростова для международной торговли, Рюрик отдал этот город в управление одному из своих сподвижников, поскольку меря входила в пресловутый союз пяти племен, призвавших Рюрика.

По мнению В.В. Седова, миграционные волны периода Великого переселения народов, исходившие из Средней Европы, затронули также междуречье Волги и Оки, о чем свидетельствуют, прежде всего, вещевые находки провинциально-римских типов. «До этого западные регионы междуречья были заселены балтами, родственными племенам днепро-двинской культуры, восточная часть принадлежала поволжским финнам». Появление здесь славян тоже не было случайным, поскольку представители днепро-двинской культуры достаточно активно занимались торговлей, и славянам нужны были свои базы на этом уже издавна действующем торговом пути. Уже в VII веке славяне проникли в область расселения поволжско-финского племени муромы [194] .