Чтение онлайн

Яма закурил.

– Ты хочешь, чтобы кто-нибудь убил за тебя Браму? – спросил Сэм.

Яма молчал, возбужденно затягиваясь. Затем сказал:

– Может быть. Не знаю. Не хочу думать об этом. Но наверное это все-таки так.

– Ты хотел бы получить мою гарантию, что Брама умрет?

– Нет! Если ты попробуешь это сделать, я тебя убью!

– Ты сам не знаешь, хочешь ли ты видеть Браму живым или мертвым.

Видимо, твоя любовь и ненависть равны. Ты состарился еще до молодости, Яма, и она была единственным существом, о котором ты когда-нибудь заботился. Я прав?

– Да.

– Значит, я не могу отвечать за тебя, за твои личные проблемы, но ты сам должен отделить их от проблемы насущной.

– Ладно, Сиддхарта. Я голосую за то, чтобы остановить Ниррити здесь, в Кейпуре, если Небо поддержит нас.

– У кого-нибудь есть возражения?

Все молчали.

– Тогда отправимся в Храм и потребуем связи.

Яма отбросил сигарету.

– Я не буду говорить с Брамой.

– Разговор поведу я, – сказал Сэм.

***

Или, пятая нота арфы, зазвенела в Саду Пурпурного Лотоса.

Когда Брама включил экран в своем Павильоне, он увидел мужчину в сине-зеленом тюрбане Уратхи.

– Где жрец? – спросил Брама.

– Лежит в стороне, связанный. Я могу его притащить, если ты желаешь услышать одну-две молитвы…

– Кто ты такой, что носишь тюрбан Первого и входишь в Храм с оружием?

– У меня странное ощущение, что все это однажды происходило со мной, ответил человек.

– Отвечай на мои вопросы!

– Хочешь ли ты, Леди, чтобы Ниррити остановили? Или отдашь ему все города по реке?

– Ты испытываешь терпение Неба, смертный. Ты не выйдешь из Храма живым.

– Твои угрозы смерти ничего не значат для главы Локапаласов, Кали.

– Локапаласа больше нет, и у них не было главы.

– Ты смотришь на него, Дурга.

– Яма? Это ты?

– Нет, но он здесь, со мной, а также Кришна и Кубера.

– Агни умер. Каждый новый Агни умирал после…

– Кинсета. Я знаю, Канди. Я не был членом первоначальной группы. Рилд не убил меня. Призрачная кошка, оставшаяся безымянной, хорошо поработала, но все-таки не достаточно хорошо. А теперь я вернулся обратно по Мосту Богов. Локапалас выбрал меня своим лидером. Мы будем защищать Кейпур и бить Ниррити, если Небо поможет нам.

– Сэм! Не может быть, чтобы это был ты!

– Тогда называй меня Калкиным или Сиддхартой, Связующим, Буддой, Майтрейей, но все это – Сэм. Я пришел поклониться Трем и заключить сделку.

– Назови ее.

– Люди могут ужиться с Небом, но Ниррити – дело другое. Яма и Кубера доставили в город оружие. Мы можем укрепить город и создать хорошую защиту. Если Небо добавит свою мощь, Ниррити встретит в Кейпуре свое падение. Мы это сделаем, если Небо санкционирует Акселерацию, религиозную свободу и конец правления Богов Кармы.

– Не много ли, Сэм…

– Первые два условия требуют согласие на то, чтобы кое-что существовало и имело право на развитие; третье же произойдет независимо от того, нравится это тебе или нет, так что я даю тебе возможность проявить милосердие.

– Мне надо подумать…

– Даю тебе минуту. Я подожду. Если ты скажешь – нет, мы удаляемся и позволяем Рэнфри взять город и разорить этот Храм. После того, как он возьмет еще несколько городов, мы встретимся с ним. Здесь нас, конечно не будет. Мы подождем, пока все кончится. Если ты к тому времени все еще будешь при исполнении обязанностей, у тебя уже не будет никакой возможности решать насчет условий, которые я только что тебе поставил.

Если тебя не будет, мы, я думаю, сумеем взяться за Черного, помириться с ним и с теми, что останется от его зомби. В любом случае мы получаем, что хотим. Последний способ для тебя даже легче.

– Ладно, договорились! Я немедленно соберу армию. Мы поедем вместе в эту последнюю битву, Калкин. Ниррити умрет в Кейпуре! Оставь кого-нибудь в помещении коммуникатора, чтобы мы могли быть в контакте.

– Я сделаю эту комнату своей штаб-квартирой.

– Теперь развяжи жреца и давай его сюда. Он получит несколько божественных приказов, а вскоре и божественное посещение.

– Хорошо, Брама.

– Сэм, подожди! После сражения, если мы останемся живы, я хотел бы поговорить с тобой… насчет общего культа.

– Ты хочешь стать буддистом?

– Нет, снова женщиной…

– Для всего есть место и время; для этого сейчас нет ни того, ни другого.

– Когда настанет время, я буду здесь.

– Я сейчас дам тебе твоего жреца. Не выключай коммуникатор.

***

После падения Лананды Ниррити служил молебен в развалинах этого города, моля о победе над другими городами. Его темные сержанты медленно ударили в барабаны, и зомби упали на колени. Ниррити молился до тех пор, пока пот не покрыл его лицо как бы блестящей стеклянной маской и не проник внутрь его протезной брони, которая умножала его силу. Только тогда он поднял лицо к небесам, посмотрел на Мост Богов и сказал:

– Аминь!

***

Когда Ниррити шел к Кейпуру, боги ждали.

Войска из Кильбара ждали, как и войска Кейпура.

Ждали полубоги, герои и благородные.

Ждали брамины высокого разряда, ждали многочисленные приверженцы Махасаматмана. Эти последние носили название Божественной Эстетики.

Ниррити посмотрел на заминированное поле, ведущее к городским стенам, и увидел у ворот четырех конных всадников – Локапаласов; рядом с ними полоскалось на ветру знамя Неба.

Он опустил подзорную трубу и повернулся к Ольвиггу.

– Ты был прав. Интересно, Ганеша там, внутри?

– Скоро узнаем.

Ниррити продолжал движение вперед.

***

В этот день поле удерживал Бог Света. Клевреты Ниррити так и не вошли в Кейпур. Ганеша пал от меча Ольвигга, когда пытался нанести удар в спину Браме, дравшемуся с Ниррити на холме. Затем Ольвигг упал, зажав живот, и пополз к скале.

Брама и Черный переглянулись, когда голова Ганеши покатилась вниз.

– Это он говорил мне о Кильбаре, – сказал Ниррити.

– Ему нужен был Кильбар, – сказал Брама, – и он хотел приобрести Кильбар. Теперь я знаю, почему.

Они бросились друг на друга, и броня Ниррити сражалась за него с силой многих.

Яма пришпорил коня на подъеме и неожиданно был засыпан песком и пылью. Он поднес к глазам край плаща и услышал над собой смех.

– Где теперь твой смертельный взгляд, Яма-Дхарма?

– Ракша! – зарычал Яма.

– Да. Это я, Тарака.

И Яма внезапно был окачен галлонами воды; лошадь его встала на дыбы и опрокинулась на спину.

Яма стоял на ногах с мечом в руке, когда крутящееся пламя приняло человеческую форму.