Чтение онлайн

Ряды со съестным остались за спиной, на прилавок с женским припасом Алиса бросила лишь мимолетный взгляд, но князь моментально поинтересовался:

— Хочешь?

Девушка отрицательно помотала головой, хоть платье ей и приглянулось. Ян пристально посмотрел на свою спутницу и вложил в ее ладонь монеты.

— Это твоя зарплата на первый месяц работы. Назначаешься домоправительницей, в обязанности входит присмотр за домовым, чтоб не мухлевал при уборке. Согласна?

— Да, — пискнула Алиса.

Из-за лавины новых впечатлений, она выпустила из виду, с кем гуляет по ярмарке. А сейчас… сейчас спрашивал князь, отказать ему оказалось невозможно, а спорить — немыслимо. Хоть никакой практической пользы от такой должности для правителя Акарама девушка не видела. При ином раскладе, Алиса об этом непременно сообщила бы, но сейчас о возражениях не могло быть и речи.

— Тогда встречаемся здесь через час.

За час домоправительница успела совершить чудо: наполнить вещами два огромных пакета, привести в порядок руки — теперь ни за что не скажешь, что еще вчера девушка занималась уборкой, подстричь челку и вернуть нормальную форму бровям. Преображенная, в зеленой амазонке для верховой езды, счастливая она, словно золотая рыбка, вынырнула из толпы. Сзади семенил парнишка-разносчик с сумками. От их вида у хозяина темных земель отлегло от сердца: столько вещей не набирают, если планируют скорый переезд. Плохо, ой, плохо знал князь тонкости женской натуры, но Алиса действительно не собиралась уезжать. Во-первых, девушку никто нигде не ждал, а во-вторых, — долг. И пусть князь подарил свободу, но долг жизни никакие слова отметить не могут. Алиса не была бы дочерью своего отца, если б уехала, даже не попытавшись его вернуть. Она не отдавала себе отчета, что за "во-вторых" тянется еще целый ряд причин: и любопытство, и воспоминание о лишающих здравомыслия поцелуях в Тарине, и… Но стоит ли оглашать весь список? Должны же у девушки оставаться свои секреты.

Несмотря на все возможные обиды, обратно ехать на малыше Алиса отказалась наотрез. После совместного путешествия, с маленьким мантикором установилась связь, очень похожая на ту, что соединяла ее с далеким миром. Девушка знала — зверю плохо. Пусть обижается, но причинять боль она не будет. Ян без возражений поддержал принятое решение. На малыша даже сумки с приобретениями Алисы не повесили, нагрузив ими взрослого сородича. Мантикор обиженно сопел, горестно опустив голову, пока Алиса не присела рядом на корточки.

— Я тебе имя придумала. Кристоф. Нравится?

За подаренное имя, он тут же простил нерадивую хозяйку. Ниточка чужой судьбы окончательно прикипела к Алисе. Теперь прогоняй не прогоняй…

Поскольку последнего свободного зверя загрузили покупками, князь посадил девушку перед собой, обнял.

— Скорости не боишься?

— Нет.

— Тогда держись крепче.

Как оказалось, на ярмарку они плелись прогулочным шагом.

Сначала Алиса судорожно цеплялась за лацканы одежды Яна, потом расслабилась, освоилась и просто жила настоящим. Ощущением незыблемой надежности, ветром, слившимися в одну полосу обочинами…

— Ну, как тебе?

— Здорово, — ответила она искренне.

— Скоро и Кристоф так сможет. Подожди немного, пока перелиняет.

Как-то незаметно Ян стал вечерами возвращаться домой, а если требовалось уехать по делам — неизменно сообщал Алисе. Преображенный замок играл красками, домовой добросовестно поддерживал порядок. Ни о чем напоминать ему не требовалось. Через две недели связь с миром, которую девушка ощущала десять лет, истаяла, исчезла. Новое солнце загорелось в полную силу, больше ничего не угрожало зеленым морям, красным деревьям и фиолетовым птицам. Алиса за них искренне радовалась, но без далекого стука сердец в ее душе возникла пустота. Полдня она проплакала, уткнувшись в густую шерсть Криса. Потом заставила себя успокоиться, испечь пироги и накрыть столик на западной террасе. Здесь они с князем провожали закат. Удивительно красивое зрелище, каждый день разное, наполняющее душу спокойствием, умиротворенностью.

— Кто тебя обидел? — вместо приветствия спросил Ян.

— Никто, просто… — она замялась.

— Расскажи, — мягко попросил князь.

Именно попросил, и Алиса решилась и стала рассказывать. О детстве, ведьмаке, далекой планете… О том, о чем никогда ни с кем не делилась. Мужчина внимательно слушал, не перебивая, не обзывая выдумщицей или обманщицей.

— Я его найду, — произнес Ян, когда девушка замолчала.

— Кого? — поинтересовалась она растерянно.

— Ведьмака.

— Зачем? — искренне изумилась домоправительница.

Затем, что обычным маленьким девочкам не доверяют судьбы миров. Затем, что в первом сне ведьмак проверял на Алисе новые чары. А то, что случилось дальше, похоже на вмешательство богов, и девушка действительно помогала хранить целый мир, правда, от ее смерти он бы вряд ли пострадал. Вот только ничего из этого Ян объяснять не стал.

— Поговорить, — ответил он обтекаемо, и сменил тему.

После этого вечера пустота в душе не исчезла, но перестала изматывать, будто уменьшившись в размере.

…Ведьмака князь не нашел. Его убили три года назад.

Столько книг, как вмещала замковая библиотека, Алиса никогда не видела. Первые дни она с ними чуть ли не ночевала. Малыш ревновал. Не для того он научился перестраивать кости, чтоб хозяйка обнималась с пыльными фолиантами.

Ян уехал на ежегодный съезд, накануне целый вечер жалуясь Алисе, как его достали высокие коллеги и бессмысленные сборища. Проводив закат солнца в одиночестве, девушка направилась во двор. Там можно с ногами забраться на лавочку и смотреть на звезды. Довольный мантикор устроился рядом, на полу, на скамейку он уже не помещался, стремительно вымахав в размере. Чудная красная шерсть стала линять, облазить безобразными клочьями. Мохнатым пушистиком Крис дохаживал последние недели. У взрослых мантикоров шерсть жестче и в два раза короче.

Алиса уже задумалась о возвращении в замок, как молоточек, прикрепленный к калитке, тихонько, этак застенчиво, подкупающе, ударил об щит. Малыш тихо зашипел, да вновь опустил голову на лапы.

Алиса подошла к воротам. За кованой оградой, скромненько так, примостился невероятно красивый мужчина. Высокий, стройный, золотые волосы убраны в сложную конструкцию из кос и прядей, а глаза, будто бездонные голубые озера. Когда поздний гость радостно улыбнулся и почтительно поклонился, сердце и вовсе на миг замерло.

— Позвольте обратиться, хозяюшка.

А голос. Такой бы слушать и слушать.

Алиса благосклонно кивнула.

— Просим милости, хозяюшка. Жизни нам вовсе не стало. Скоро по свету пойдем.

Девушка удивленно моргнула. Как она успела понять, князь заботился о своих людях. А кто еще мог стоять за воротами?

— Совсем невмоготу стало. Заступитесь, скажите повелителю, пусть нас в город отпустит. Умрем мы здесь, как есть умрем.

Мантикор зарычал, но домоправительница не обратила на это внимания. В прекрасных глазах незнакомца отражалась такая мука… Но что она могла сделать? Кто она такая, чтоб просить князя?

— Хозяюшка, на колени встану.

— Прекратите, — запротестовала Алиса. — Вот еще, что задумали. Я попробую…

— Спасительница.

— Навсегда отпустить? — уточнила она задачу.

— Ох, сиятельная госпожа. Я молить о таком не смею.

— Вы в городе в стражу пойдете?

— Зачем в стражу? В замок леди Ришель, а потом по деревням.

— Это если леди откажет? — понятливо кивнула Алиса.

— Как откажет? — моргнул гость. — Когда это леди инкубам отказывали? Все по чин чину будет.