Чтение онлайн

Тут запиликал сигнал из научного центра, сообщая о завершении проверок всех систем. Володя чертыхнулся и нехотя поднялся. Мальчик подошёл к метеорологическому шару и выкопал из-под него гондолу с приборами, запустил их и проверил, как идёт сигнал от неё на антенну центра. Сбегал к монитору и протестировал сигнал уже оттуда. Убедившись, что всё работает, он дал команду на наполнение шара и через прозрачную стену центра наблюдал, как гелий из баллона надувает метеошар, вот тот оторвался от земли и закачался, удерживаемый якорем. Володя глянул на экран, где показывалось давление в баллоне. Всё, мальчик мышкой нажал «пуск» и метеошар тотчас устремился в небо, картина на мониторе сменилась какими-то графиками, показаниями приборов. Из всего этого мальчик знал только высотомер, термометр и направление ветра. Впрочем, даже это его интересовало постольку поскольку — для него тут никакой полезной информации нет, а результаты обработки ему потом передадут с Базы. Пока шар поднимался в небо, мальчик принялся за расчистку поляны, оттаскивая все контейнеры к лесу — скоро ему понадобится много места.

Снова сигнал. Володя бросился к монитору. Ага, шар достиг максимальной высоты и больше не поднимается. Мальчик переключил запись с одного винта на другой, подскочил к блоку и вытащил его, тут же заменив из стопки рядом чистым. Вытащенный диск он немедленно упаковал в специально для этой цели приготовленную коробку и бегом помчался к «окну», чуть ли не швырнув туда этот контейнер. Через пять минут прилетела записка с сообщением, что информация доставлена успешно. Мальчик облегчённо вздохнул и отправился стирать резервную копию — места на винтах, конечно, много, но вовсе не столько, чтобы хранить ставшую уже ненужной информацию. После того, как закончил, Володя принялся распаковывать новые метеошары, правда теперь гондола у них немного другая — большая сфера, нижняя часть которой совершенно прозрачна. Внутри виднелась мощнейшая широкофокусная камера для топографической съёмки. Поскольку эта гондола легче и меньше той, что улетела раньше, то и шары здесь меньшего размера. Разложив шесть десятков таких шаров, мальчик стал уже нетерпеливо посматривать на «окно», когда, наконец, оттуда выпали результаты обработки предыдущей информации.

Всё, что в ней интересовало мальчика, это указание высот, на которые надо поднять шары для максимально большого охвата территории. Сверяясь с выданной ему таблицей, он принялся настраивать высотомеры на шарах, чтобы они занимали строго отведённую им высоту. Вот всё готово и Володя подал сигнал к старту. Эти шары уже никто не привязывал и они поднимались сразу, как только наполнялись достаточным количеством гелия. Вот последний оторвался от земли и медленно растворился в небесах. С погодой ещё повезло — ни единого облачка, значит карты местности получатся очень хорошими. Мальчик начал выкладывать очередную партию метеошаров и вводить параметры по высоте. Как его заверили топографы, чем больше будет таких шаров и чем больше раз они пройдут над одной местностью, тем точнее будут карты. И шары эти никто экономить не собирался, в отличие от многих приборов — они самые обычные. А уж лететь такие шары могут сотни километров. Главное ретрансляцию сигнала с них обеспечить. Для этой цели тоже имелись специальные зонды, но пока их время ещё не пришло. Впрочем, пока должно хватить и тех ретрансляторов, которые стоят на самих зондах.

Вслед за второй партией, отправилась и третья — последняя. В общей сложности мальчик запустил почти сто восемьдесят зондов, и теперь каждый из них в режиме реального времени пересылал снимки местности. Володя, развалившись в кресле (а что? заслужил! сколько сегодня сделал?), наблюдал за передаваемыми картинками. Правда, зондов слишком много чтобы можно одновременно наблюдать за всей передаваемой информацией, ну да не беда, и так интересно. Вот дорога, по которой ехали повозки… город… мальчик с интересом понаблюдал за жизнью горожан, чувствуя себя чуть ли не господом богом. Он тут сидит, попивает кваску, смотрит, а они там внизу суетятся, каждый занимается своими делами и даже не подозревает, что некто как раз в эту минуту внимательно его рассматривает. Разрешение у этих камер такое, что можно разглядывать даже детали одежды.

Запиликал сигнал, сообщающий, что один винт заполнился и запись пошла на следующий. Мальчик немедленно заменил винт на чистый, а вынутый упаковал и отослал на Базу. Вернувшись, Володя переключил канал на информацию от метеозонда и проверил его состояние. Тот медленно плыл на северо-восток… с такой скоростью он покинет зону приёма через три часа. Мальчик вздохнул, вернул канал топографических зондов и отправился перетаскивать контейнеры.

Он уже перебросил двенадцать винтов с полученными данными, каждый из которых был размером в семьсот пятьдесят гигов… нехило так отснятый материал. Вот работёнку подкинул социологам и картографам. Ведь, по сути, там целый фильм о жизни совершенно незнакомой цивилизации. Какой робот-разведчик смог бы провернуть такое? Теперь понятно, почему учёные ухватились за возможность отправить человека. Никакой робот не соберёт столько информации.

Более-менее расчистив поляну, Володя отправился распаковывать контейнеры первого вброса. Достал мечи и повесил на дерево, лук, мальчик ласково погладил его… лук этот вообще уникальный, сделанный из синтетического композита со специально подобранными свойствами. Натягивается он вроде бы легко, но распрямляется очень быстро, из-за чего стрела летит с очень высокой скоростью. Мальчик хихикнул, вспомнив первые опыты.

Я оглядел лук. Тёмно-синий, сужающийся к краям и расширяющийся у руки. Здесь был сделан удобный хват и даже небольшая подставка для стрелы.

— Отличный лук, — сообщил Михаил, не знаю уж, почему вместо разработчика лук стал демонстрировать он, никак с этим делом не связанный. И познаний о предмете у него тоже, похоже, мало, точнее касались они только самого лука, а ещё точнее, материалов, из которых его изготовили. Как я понял, именно он занимался их подбором. Может потому и доверили демонстрацию вместо главного инженера. — Композит. Можно годами держать в натянутом состоянии и ничего не будет. Воды тоже не боится, соответственно. Тетива из синтетических волокон. Смотри.

О луках я уже знал достаточно, а вот Михаил, судя по всему, только теорию, но плохо представлял практику.

— А стрела не слишком тонкая для такого лука? — поинтересовался я.

— Какая разница? — удивился Михаил.

Я всё-таки не считал себя профессионалом в этой области, хотя и занимался стрельбой из лука с момента, как попал на Базу, потому только пожал плечами. В конце концов, могу я быть и не правым в своих опасениях. Однако оказался прав…

Михаил вскинул лук, с кажущейся лёгкостью натянул его и спустил тетиву… стрела и в самом деле оказалось слишком тонкой… на такую скорость она точно не была рассчитана. Изогнувшись дугой и едва не переломившись пополам… лучше бы переломилась… из-за этого изгиба она полетела не прямо, а в сторону, я вовремя отшатнулся…

— Ложись!!!

Люди на базе военные и привычные ко всему. Правда, сомневаюсь, что они привыкли к тому, что у них над головой свистят стрелы, но… услышав крик, все как один, кто находился на поляне, попадали на землю — это и спасло. Александр Петрович, когда первое потрясение прошло, вовсю костерил незадачливого изобретателя.

— Да не думал же я, что так изогнёт стрелу! — взвыл, наконец, тот.

— А должен был думать!!! Инженер хренов! Неужели так трудно посмотреть на нагрузки, которые возникают у стрелы в момент выстрела? Даже мальчик вон сразу сообразил!

— Понял я уже. Надо специальные стрелы делать…

— Никаких специальных стрел!!! — отрезал Александр Петрович. — Как ты прикажешь их Володе изготавливать на месте? Или ты считаешь, они бесконечные? Думай.

Впоследствии, правда, выяснилось, что это Михаил намудрил, вместо обычных стрел захватив на стрельбище какие-то экспериментальные для тренировочного лука, перепутав колчаны, из-за чего ему ещё влетело и от главного инженера. Судьба. Но, как заметил на это Александр Петрович — молодёжь надо учить.

Думать долго не пришлось. Михаил чуть уменьшил напряжение лука и выдал рекомендации по стрелам вместе с простой машинкой по их изготовлению, напоминающей мясорубку. В один конец вставляешь подготовленную заготовку, вращаешь ручку, заготовка стачивается ножами, проходя по трубке, и с другой стороны появляется готовая стрела. Остаётся только приделать наконечник и перья. Самые разнообразные наконечники на все случаи жизни упаковали в несколько пластиковых контейнеров… перья тоже. Предполагалось, что не сразу удастся найти нужные перья для стрел, а раз они практически ничего не весят, то запаковать их в один из контейнеров можно много.