Чтение онлайн

Мальчик расставил несколько приборов, в каждую кружку плеснул вина и с каждой же чокнулся.

— Ну что ж, вот мне и исполнилось четырнадцать. Всем спасибо за поздравления… — Володя чуть отхлебнул, нацепил на вилку сыр и начал медленно его жевать, уставившись куда-то вдаль. Потом резко поднялся, смахнув всё со стола, в том числе и приготовленный по торжественному случаю торт, и выскочил из дома. Сегодня температура опустилась ниже нуля, и морозец немного остудил разгорячённого мальчика. Он устало прислонился к косяку и так постоял минут десять. Вернулся в дом, накинул куртку и отправился на озеро.

Возможно, ему не было бы так тоскливо, отличайся этот мир от Земли. А так… Те же растения, животные, даже Луна та же. Да, попадаются иногда непонятные растения или странные звери, ну и что? Да если он на Земле отправился бы в тропики, там больше встретил бы непонятного и незнакомого, чем здесь. Когда впечатления от новизны схлынули, мальчик перестал понимать, действительно ли он в другом мире, или его просто выбросили где-то в тайге, и он проходит очередной экзамен на выживание.

— Глупо, — решил он, вернувшись с озера. — И чего я сорвался? Теперь убираться…

Володя вздрогнул, оторвавшись от воспоминаний, и поспешно добавил дров в костёр. Вроде бы на ночь должно хватить… На всякий случай притащив ещё одну найденную корягу, он водрузил её прямо в центр костра и с чистой совестью отправился спать.

На следующее утро пошёл снег, которому Володя обрадовался как настоящему другу. Всё-таки правильно он сделал, что отправился в этот поход. Новые впечатления прогнали тоску, а лёгкое чувство опасности — чай, не городской парк тут — заставили собраться. Возможно, именно этого Володе не хватало, вот и расклеился. Когда он мечтал отправиться в новый мир, он размышлял о том, как здорово быть одному. Никому ничего не должен, и тебе никто не должен; ни ты не зависишь от других, ни от тебя никто не зависит. На Земле эти невидимые связи давили и угнетали его, заставляя в ужасе просыпаться среди ночи. А вдруг случится то же, что случилось с родителями и сестрёнкой? А Гвоздь? Лучше уж не иметь ни родных, ни друзей… зато и не потеряешь их, не придётся потом испытывать боль. Стремление к такому полному одиночеству заставляло его первое время в этом мире испытывать настоящую эйфорию. Но постепенно она испарилась, остались только будни. Пока была работа, позволявшая ни о чём не думать, ещё можно было делать вид, что всё хорошо, но как раз ко дню рождению самые важные дела оказались закончены. Тут мальчик и понял каково это по-настоящему быть одному. Впервые осознал, что ему в его жизни действительно во многом везло, несмотря на смерть родных. Ведь не оттолкни его тогда отец и лёг бы он вместе с ними. А потом? Гвоздь! Какие шансы были у него встретить такого как Гвоздь? И ведь встретил. И он действительно заботился о нём. По-своему, но заботился, лупя без жалости его, когда застал с сигаретой, или Мишку, предложившего торговать наркотиками. Потом встреча с Александром Петровичем, благодаря которой весь их беспризорный отряд нашёл кто новых родителей, а кто дело по себе. Даже его мечта сбылась… А когда сбылась, он уже не уверен, что ему нужно именно это. Но жалеть о чём-либо — занятие совершенно бессмысленное.

Как ни странно, но придя к такому выводу, Володя совсем приободрился. Раз проблема ясна, можно найти и способ её решения. Впрочем, с этим как раз тоже никаких проблем — пора выходить к людям. Хотя бы в ту деревню, за которой наблюдал. Вот снег сойдёт, и можно будет на несколько дней туда прогуляться, возможно, сделать какие-то покупки. Тут мальчик резко замер и насторожился. Прислушался. Показалось?

На этот раз волчий вой раздался так отчётливо, что никаких сомнений не осталось. С волками Володя был знаком не понаслышке, приходилось сталкиваться в тайге. Обычно они даже зимой предпочитали не связываться с человеком, если не были совсем уже голодны, но пару раз приходилось пускать в дело оружие. Здешние волки могли отличаться от земных, но, судя по всему, совсем недалеко что-то происходит.

Мальчик покосился на палатку, потом быстро подбросил дров в уже почти потухший костёр, подхватил лук, закинул колчан за спину, посох и, стараясь соблюдать тишину, отправился на разведку. Чуть отбежав, он недовольно покосился на лук, вот за каким фигом его взял? Машинально схватил. Ну да ладно, всё равно с ним надо тренироваться. Володя закрепил посох за спиной и приготовил стрелу. Судя по всему, до места действия оставалось недалеко. Володя определил направление ветра и осторожно стал заходить с подветренной стороны, чтобы волки его не почуяли. Скинул мешающий ему посох и прислонил к дереву, а сам осторожно выглянул из-за ствола клёна и замер.

Позже Володя много раз думал, что бы случилось, если бы он не взял с собой лук, если бы не растерялся в первое мгновение и сумел правильно оценить ситуацию. Возможно та женщина осталась бы жива… Но сейчас мальчик на миг опешил, на крохотную долю секунды, и этого хватило — пистолеты он уже достать просто не успел. В момент опасности он действовал скорее на инстинктах, вколоченных годами тренировок, потому едва волк прыгнул на жертву, растерянность отступила, Володя моментально сообразил, что не успеет достать пистолеты, раньше надо было… Или сразу… не будь у него лука, он так бы и сделал, но лук был и теперь стрелять приходилось из него. Выстрел оказался точным, и волк рухнул на землю. Володе удалось выстрелить и второй раз, убив ещё одного, однако здешние волки, по-видимому, ещё не знали, что человек — царь природы. Для них люди такое же мясо, как любое другое, только более опасное. Зарычав, сразу несколько зверей бросились на него — мальчик только и успел взять посох, который в ближнем бою годился лучше лука. Первого же волка он принял на обитый железом конец и в тот же момент, крепко зажав середину посоха, повернул верхнюю часть, выпуская острейшее и прочнейшее лезвие, сделанное из того же композита, что и его мечи. Волк заскулил, когда лезвие пронзило его, но тут же затих. Мальчик снова заставил клинок спрятаться и откинул волка, перехватил посох, выпустил второй клинок из нижнего конца и перерубил второго зверя, потом кинулся на защиту женщины, но элементарно не успел… если бы он с самого начала достал пистолеты… если бы…

Разобравшись с волками, он мельком взглянул на лежащую женщину и помрачнел — волк чуть ли не вырвал у неё ключицу, удивительно, что женщина находилась в сознании, похоже ещё не успела почувствовать боль. Кажется, она поняла, что умирает, поскольку побледнела и прикрыла глаза. Если бы они находились у него на острове, Володя мог бы попытаться обработать и зашить рану, но даже в этом случае она скорее всего умерла бы от потери крови. А сейчас… Даже будь у него с собой «набор юного хирурга», как он называл свой хирургический несессер, проводить операцию в лесу…

Тут женщина вдруг что-то сказала, Володя уловил только «дочь» и имя Аливия. Мальчик присмотрелся и едва не ахнул, заметив, кого женщина прикрывает собой. Теперь понятно, почему она не бежала, почему не попыталась увернуться и так упала — она закрывала маленькую девочку, лет семи… столько было его сестре, когда… Володя нагнулся и дотронулся до неё, едва не ахнув второй раз — всё тело девочки горело, температура, наверное, под сорок. Женщина снова что-то сказала.

Мальчик встал и с тоской посмотрел на неё. Женщина умрёт, и он здесь ничего сделать не может, но умрёт не сразу, ещё час или два проживёт — чтобы оценить состояние женщины его знаний хватало. С другой стороны, если немедленно не доставить девочку домой, она тоже не выживет. Оставлять её зимой на улице — преступление. Значит, надо хватать её и бежать назад, но как быть с женщиной? Не оставлять же её здесь умирать? Или оставить?

Женщина вдруг зачем-то потянулась к его бедру… мальчик удивлённо смотрел на неё, но когда она достала «катран», попытался отобрать. Женщина вздрогнула и отодвинулась. Чего она хочет? Володя растерялся, а женщина вдруг резко взмахнула рукой с зажатым ножом, мальчик отшатнулся, но нож пронзил вовсе не его сердце.

— Спаси дочь… — на этот раз он понял всё отчётливо. Мальчик вздрогнул и закрыл глаза. Потом резко встал, одним движением выдернув свой нож из тела мёртвой женщины. С каким-то непонятным для него самого ожесточением несколько раз вонзил его в снег, очищая от крови.

Он сразу понял поступок женщины. Она знала, что умирает, и знала, что умирать будет долго. И так же знала, что дочери нужна помощь, помощь как можно скорее, а спасатель здесь только один, который при всём желании не сможет нести двоих. Также она видела его нерешительность — не мог он вот так хладнокровно бросить умирать кого-то, даже понимая необходимость этого. И она решила за него все сомнения …

Володя, разом успокоившись, встал и склонил голову. Постоял секунды две, размышляя… надо бы похоронить, но земля мёрзлая, сколько провозишься, а девочка… он тряхнул головой и решительно нагнулся, стащил женщину с девочки, наклонился над ней и уже внимательней осмотрел. Девочка, кажется, начала бредить. Володя встал, носком сапога подбросил посох и перехватил его, закрепил за спиной на ремнях, подобрал лук и колчан, потом поднял девочку и понёс её к палатке, стараясь идти как можно быстрее. Там он расстелил шерстяное одеяло и уложил её, смастерил из снега и платка компресс и положил на лоб девочке. Со всей возможной скоростью сложил палатку и уложил вещи, глянул на получившийся тюк, покачал головой и привязал его к верёвке, подняв повыше на дереве, привязал как можно прочнее, после чего сориентировался по карте и компасу, огляделся, запоминая ориентиры. Вернулся к ребёнку и старательно укутал его в одеяло, соорудив такой тюк, чтобы удобно было нести за спиной — он видел по телевизору, что так носят детей в какой-то стране в Африке, но там подобным образом носили детей поменьше. Ладно, выбора всё равно нет.

Этот путь Володя вспоминал потом часто, как он, почти падая от усталости, чуть ли не бегом шёл по лесу, возвращаясь к себе. Как периодически останавливался, чтобы поменять холодный компресс на голове девочки. Ну что ему мешало взять аптечку? Точнее аптечку-то он взял, но там лежали лекарства только против травм: резиновый жгут, противошоковое, бинты, антисептик — всё это никак не могло помочь сейчас. Ну почему он не догадался положить что-нибудь жаропонижающее? Конечно, кто мог предполагать, что всё так обернётся?