Чтение онлайн

Аливия приуныла, но тут же утешилась, найдя себе новое занятие — её так впечатлила его утренняя каждодневная гимнастика, что ей тоже захотелось попробовать. Пришлось объяснять, что это не зарядка, а тренировка. Девочка хныкала и просила научить — и куда девалась прежняя почтительность, когда она узнала, что её спаситель из благородных?

Володя задумался, а потом согласился — тренировка хоть немного отвлечёт девочку от тяжёлых воспоминаний, да и направит её неуёмную энергию в безопасное русло. Так что вскоре они уже занимались вдвоём: Володя показал простейшие упражнения и следил за правильностью их исполнения. К удивлению Володи, девочка не ныла и слушала каждое его слово, старясь всё делать хорошо, и без споров повторяла все движения, если мальчик считал, что она что-то делает неправильно. Видя такую старательность, Володя решил заняться всерьёз, а не обычной утренней зарядкой, сшил ей что-то похожее на тренировочный костюм и соорудил небольшую спортивную площадку. Даже небольшую боксёрскую грушу подвесил, на которой показывал удары.

Пока Аливия тренировалась, мальчик в очередной раз задумался о рюкзаке с припасами и палаткой, которые оставил в лесу в тот день, когда встретил Илирию и Аливию. Конечно, с ними ничего не будет — материал у них хороший и не сгниёт, но всё же оставлять их на всю зиму в лесу не стоит. Но главное то, что он хотел похоронить мать Аливии. Несколько раз он уже готов был отправиться в дорогу, но каждый раз не решался оставить девочку одну на острове — ведь это путешествие наверняка займёт не меньше двух дней. А ещё сколько времени понадобится, чтобы могилу вырыть в зимнем лесу? Брать же с собой Аливию по понятной причине не хотелось. В конце концов мальчик решился… Отыскав нужный контейнер, он вскрыл его, достал три небольших складных арбалета. Точнее два небольших, а один вполне себе приличных размеров — серьёзная игрушка, мальчик до сих пор не мог понять, зачем их ему положили, не очень удобная вещь — долго перезаряжается. А у маленьких слишком слабый бой, только в упор и стрелять, но сейчас именно маленький ему и нужен — как раз для Аливии… может быть… мальчик с сомнением глянул в сторону девочки, которая колотила грушу.

— Локоть плотнее к телу держи! — крикнул он ей и снова вернулся к арбалетам. Быстро собрал и рукоятью натянул тетиву на маленьких. Дёрнул рычаг, взводя. Нет, наверное, всё равно слишком туго для неё. Он прицелился в небо и нажал спуск.

— Аливия, подойди, пожалуйста.

Девочка, перестав лупить ни в чём не повинную грушу, подбежала, вытянувшись по стойке смирно. Мальчик усмехнулся: дисциплина, однако. Он продемонстрировал как взводить арбалеты и как спускать.

— Попробуй.

Аливия, сосредоточенно сопя, дёргала рычаг из всех сил, но так и не сумела его натянуть. Задумалась. Володя уже хотел остановить её, но глядя на решительный вид девочки, воздержался. Та вдруг подошла к одному из врытых столбиков, упёрла арбалет в землю и в него, потянула за рычаг, налегая на него всем своим весом. Тот сначала подавался медленно, потом быстрее и вот щёлкнула взведённая тетива, Аливия покатилась по земле, не удержавшись на ногах, но тут же вскочила и задрала нос, довольная собой, хотя и тяжело дышащая от напряжения, положила взведённый арбалет на стол.

— Вот!

— Однако, — удивился Володя. — Хм. Конечно, медленно, но… Впервые вижу девчонку, которая с такой страстью интересуется оружием.

Аливия восприняла это как комплимент и ещё выше задрала нос.

— Тебе действительно это интересно?

— Ага, — беспечно отозвалась та. — Хочу как следует врезать Джереми! — Аливия нахмурилась и погрозила кому-то кулаком.

— Джереми? — удивился мальчик. — А кто это?

— Задавака один! Он сын друга отца… Всегда, как приходит к нам, дразниться и таскает меня за волосы! — Аливия возмущённо уставилась на Володю, предлагая и ему разделить её обиду.

— Хм… понятно. — Володя задумался. — Что ж, я научу тебя айкидо — думаю, как раз тебе подойдёт. А вот арбалет слишком серьёзная вещь для таких обид. Ладно, слушай внимательно, я показал тебе его не просто так. Мне нужно дня на два уйти. — Аливия испуганно посмотрела на него. Володя вздохнул. — Аливия, ну ты же ведь уже взрослая девочка. Здесь на острове тебе ничего не угрожает: крупных зверей нет, да и частокол не даст им проникнуть на территорию; с большой земли тоже никто не переправится — озеро не замёрзло, а плыть в холодной воде вряд ли какое животное захочет. Опять-таки, через частокол им не перебраться, а здесь ещё разные ловушки за оградой есть, которые я тебе показывал. Однако на всякий случай я научу тебя пользоваться этой штукой… и с его заряжанием надо бы что-то придумать, твой метод не очень годится.

— А тебе действительно надо уходить?

— Аливия, если бы не было нужно, я бы не уходил. Я ещё свежего мяса добуду и научу тебя шашлыки делать. Пальчики оближешь! К тому же я не прямо сейчас уйду — сначала тебя стрелять из арбалета научу …

Конечно, хорошо стрелять у Аливия не получалось, но в мишень она, по крайней мере, попадала. Володя ещё приспособил к ложу арбалета небольшой ворот, как у спиннинга, и теперь, хоть и медленно, но девочка легко справлялась с рычагом. Правда, сразу стало неудобно целиться, но для Аливии это не критично.

Через несколько дней Володя убедился, что девочка вполне сносно справляется с арбалетом, и стал собираться в дорогу. Аливия печально смотрела на него, но отговаривать не пыталась.

— Аливия, ну что за настроение? Обещаю вернуться как можно скорее. Еду я тебе наготовил… гм… ну почему тут нет микроволновки?

Что такое микроволновка Аливия не знала, но смысл фразы поняла.

— Я умею разжигать плиту! Я много раз это делала!

Володя вздохнул, но спорить не стал — выбора всё равно нет. Похоже, детям в этом мире не надо объяснять, к чему может привести игра с огнём.

Переправившись с острова, мальчик присыпал плот снегом, приладил снегоступы, поправил рюкзак и зашагал к месту своей прошлой ночёвки, периодически сверяясь с картой и компасом. Как ни старался Володя идти быстрее, но снег сильно тормозил движение, даже с учётом того, что всю поклажу на этот раз он не нёс, а вёз за собой на санках. Мальчик никак не мог привыкнуть к здешней погоде, когда температура не опускалась ниже пяти, но снега при этом наметало много. Иногда она поднималась чуть выше нуля и тогда мокрый снег налипал где только можно, превращая дни в настоящий кошмар. Если высокая температура держалась несколько дней, то снег сходил почти полностью, чтобы уже через несколько дней выпасть снова. Возможно, из-за таких колебаний озеро и не замерзало — просто не успевало. Но сейчас был как раз период снега, и каждый шаг давался мальчику с трудом. До вечера он на свою прошлую стоянку так и не вышел, и пришлось расчищать снег, чтобы установить палатку. К счастью при таких температурах земля просто не успевала промёрзнуть, и с установкой палатки никаких проблем не возникло.

К месту Володя добрался только на следующий день ближе к полудню. Спустил рюкзак и проверил содержимое, вроде бы ничего не пропало, уложил его в санки и отправился к месту боя с волками.

Особой надежды, что звери не тронут тело не было, но надо похоронить хотя бы то, что останется. Заметив памятное дерево, Володя подвёз санки и отвязал лопату, начал копать вокруг, пытаясь найти мать Аливии под снегом. Вот лопата что-то зацепила и мальчик заработал с удвоенной силой, показалась голова… как и ожидалось, звери обглодали женщину почти до костей. Володя поспешно отвернулся, но поборов себя, продолжил работу. Закончив, он, стараясь не смотреть на труп, расстелил одеяло и осторожно перенёс останки на него, завернул и только сейчас облегчённо вздохнул, вытерев пот.

Приступил к расчистке участка для могилы. Как оказалось, местные тоже хоронили своих мёртвых, только ставили не кресты, а трёхгранные пирамиды, выточенные из камня, или, за неимением такого надгробия, обходились тремя воткнутыми пирамидой в холм палками. О здешнем похоронном обряде и религии Володя осторожно расспросил Аливию, желая для её матери сделать всё настолько правильно, насколько можно. Да и знание о религии всегда полезно, тем более в средневековом мире. Религия оказалась довольно познавательной, вроде бы в ней присутствовал один Бог-Творец, но в тоже время существовали и другие боги, каждый из которых отвечал за что-то определённое в мире, им молились, строили храмы, были даже жрецы таких богов. Мальчик сначала думал, что это что-то типа земных ангелов, но оказалось, что ангелы сами по себе, а боги сами. Расспрашивая дальше, он сумел приблизительно разобраться в местной религии, в основе которой, как оказалось, лежала та самая Пирамида, которую ставили на могилах или на всех без исключения храмах. Люди верили, что мир построен именно по такому принципу, где на вершине всего находится Бог-Творец, создатель всего сущего. Ниже стоят Боги-Возвышенные, те, кого за заслуги и праведную жизнь поднял Бог-Творец, даровав божественную силу и пригласив их помогать ему управлять миром. Ещё ниже помещались ангелы, посланцы Богов-Возвышенных и их помощники, ещё ниже духи… люди в этой пирамиде находились примерно в середине, а самый низ занимали всякие ползающие твари: червяки, змеи. Почему червяков и змей занесли в самый низ мальчик в общем-то понял, хотя внутренне и не согласился с этим — слишком хорошо знал биологию, чтобы покорно ставить змей и червей на одну ступень. Потому и самым страшным оскорблением в этом мире было пожелание в следующем возрождении ползать. Идея возрождения или реинкарнации в местной религии Володю чрезвычайно заинтересовала, и он даже пообещал себе, как только научится читать добыть книг по теологии. По тому, что сумела растолковать Аливия, местная религия заключалась в следующем: после смерти те, кто стоял в пирамиде на ступень выше и те, кто стоял ниже, оценивали жизнь человека, взвешивая её на Весах Судьбы. Если человек вёл себя праведно (Аливия весьма путано объяснила, что считать праведным, а что нет, похоже, сама плохо понимала ещё), то в следующем возрождении, он рождался существом, стоящим в Пирамиде выше. Если на Весах Судьбы перевешивали неправедные поступки, то он, соответственно, спускался по Пирамиде. Если же Весы оставались в равновесии, снова рождался человеком. Таким образом, каждый мог после многих Возрождений подняться до Бога Возвышенного, который потом сам мог стать Богом-Творцом своих миров. Из-за такого подхода в религии отсутствовала противостоящая Богу сила, то есть понятия дьявола не существовало. Зато были Соблазняющие, те, кто стоял на ступенях Пирамиды выше, кто ради того чтобы подняться самому, подкупал людей властью или деньгами при жизни, требуя плату вечной душой, которая должна будет пропустить этап возрождения, служа господину. В чём заключается выгода этих соблазняющих и зачем им нужна служба таких душ, Володя тоже не понял, а Аливия объяснить не могла.