ЖАНРЫ

Князь Вольдемар Старинов. Дилогия
Шрифт:

В этот момент совершенно неожиданно для всех очнулся Володя. Неуловимо-быстрым движением он поднял лук, второй рукой сразу наложил стрелу и одним движением натянул-выстрелил куда-то в сторону леса, откуда немедленно донеся короткий крик, а потом, ломая ветки, рухнуло тело, рядом упал лук. А в сторону леса неслась уже вторая стрела… и этот выстрел оказался таким же точным. Тут уже очнулась вся разбойничья братия, сообразившая, что сейчас их всех просто элементарно перестреляют. Мощный бугай (интересно, у него кличка не Малыш?), взмахнув дубиной, бросился к телеге, за ним, обгоняя вожака, остальные. Володя выпустил ещё одну стрелу, на этот раз в подбегающих людей, а потом, отбросив лук, вдруг рухнул с телеги и покатился по земле прямо под ноги набегающему бугаю. Тот уже ни затормозить, ни среагировать не успел, проскочил вперёд, споткнулся и рухнул прямо перед телегой, а Володя уже стоял на одном колене, выставив вперёд два меча, на которые и насадили себя бежавшие следом. Как и предполагал Володя, эти разбойники брали свирепостью натиска, но никак не умением. Чуть ошеломить их необычными и непривычными действиями и вот они уже бестолково мечутся, не понимая кого атаковать первым и откуда идёт наибольшая угроза. Не теряя ни мгновения мальчик одним слитным и плавным движением извлёк мечи и, не дожидаясь, когда пронзённые рухнут, стал подниматься с колена, разворачиваясь и одновременно, выбрасывая правый меч перед собой. Подбегавший с боку разбойник с проклятьем отскочил, успев в последний момент избежать удара, но не заметил меча в левой руке, идущего следом, машинально поднял руку в попытке защититься, по ней меч и прошёл от локтя до кисти. Охнув, разбойник отскочил, а Володя, опять не задерживаясь и не отвлекаясь, продолжил разворот к споткнувшемуся бугаю, который как раз стал подниматься, меч прошёлся ему сзади по шее, голову не срубил, но позвоночник задел, тот так и рухнул вперёд, не произнеся ни слова.

— Бей его! — наконец очнулся главарь, бросаясь вперёд. Володя отклонился, снова развернулся и рубанул пробегавшего мимо него ещё одного разбойника, потом со всей силы пнул между ног ещё одного, вдруг выскочившего навстречу и пока тот с воем падал, успел снова повернуться к главарю. Тот уже оценил обстановку: за какое-то мгновение его отряд от одного человека потерял пятерых убитыми и троих надолго выведенными из строя. Ещё двое лежали перед телегой, когда попытались атаковать остальных: одного сразил Филипп из арбалета, второй подвернулся под меч графа — разбойники явно не могли противостоять рыцарю в открытом бою, а лучники, на которых и была вся надежда, погибли с самого начала. Правда, один из разбойников попытался подобрать лук, но успевший уже взвести арбалет Филипп всадил ему в спину стрелу. Оценив всё это, главарь махнул рукой. — Отходим!

Однако отвлёкшись, он на мгновение потерял из виду противника, и это стало для него роковым, Володя уже стоял рядом. Тот попытался отмахнуться мечом, но мальчик присел, пропуская удар над собой, и одним мечом подрезал ногу, заставляя врага осесть, а потом второй пронзил живот. Главарь захрипел, выронил меч и осел на землю. Володя выпрямился и огляделся… наблюдавший за ним граф чуть вздрогнул, заметив, что взгляд мальчишки за время боя ничуть не изменился, по-прежнему оставаясь совершенно спокойным, словно не смертельный бой вёл, а цветы собирал. Впрочем, наверное, в этом случае эмоций было бы больше. Вот мальчик с тем же равнодушным выражением огляделся, прислушался к раздающемуся в лесу треску веток от удирающих разбойников, вытянул перед собой мечи, резким взмахом стряхнул с них кровь и тем же быстрым и точным движением вбросил в ножны. Даже не повернувшись в сторону своих спутников, он вернулся к телеге и занял прежнее место.

— Э-э-э… милорд, — несмело поинтересовался Филипп. — Откуда вы узнали, что там лучники?

— Я не знал. — Филипп, честно говоря, и не ждал ответа, так спросил, на всякий случай, его этот вопрос действительно интересовал. — Я их искал. Глупо выходить вот так на дорогу перед несколькими вооружёнными людьми в доспехах, не новичков с оружием. Значит, был какой-то сюрприз — осталось только его найти. Я видел откуда вышли разбойники и заметил как встали — поэтому сделал вывод, что лучники с большой вероятностью находятся там, где их и обнаружил.

— М-м-м… — теперь уже заинтересовался и граф. — А почему?

— Потому что они встали так, что если бы мы бросились на них в атаку, то именно с того места расстреливать нас удобнее всего.

Никому на месте боя не хотелось задерживаться дольше необходимого, поэтому, собрав стрелы, все торопливо загрузились на телегу и двинулись дальше. Володя после боя снова замер рядом с Джеромом, отсутствующе глядя перед собой. Филипп некоторое время наблюдал за ним, а когда Володя и на привале замер перед разожжённым костром, не мигая, глядя на огонь, он сел рядом, но мальчик даже не шелохнулся.

— Это было впервые?

Володя не видел смысла делать вид, что не понял вопроса, а тем более что-то скрывать.

— Да.

— Что ж… держись. Я видел, как после первого боя здоровых мужиков выворачивало наизнанку.

Не дождавшись ответа, он покачал головой, на мгновение задумался, потом поднялся и подсел к Аливии, которая с момента ссоры Володи и Эндона сторонилась мальчика, и начал ей что-то объяснять. Девочка слушала молча с возрастающей тревогой, потом испуганно глянула на Володю и поспешно поднялась, не слушая больше солдата. Подсела к Володе и доверчиво прислонилась к нему, Володя машинально обнял её за плечи, но всё так же смотрел в костёр.

Граф хотел было заговорить с князем, но его очень вежливо остановил Филипп, попросив подождать до утра. Артон раздражённо глянул на солдата, явно размышляя, а не врезать ли тому хорошенько, чтобы не смел вмешиваться в разговор благородных, потом глянул на неподвижного мальчика и девочку рядом с ним, развернулся и ушёл.

— Ты сильно расстроился? — спросила вдруг Аливия.

— Не знаю, — честно ответил Володя. Потом вдруг очнулся и глянул на неё. — А ты чего ещё не спишь? Который час?

— Так и ты не спишь. Ты так сидел тут у костра… мне страшно… да ещё этот Эндон…

Володя смутился. Вот уж действительно болван — устроил тут самобичевание и самокопание.

— Всё в порядке. Честное слово, Кнопка, всё в порядке. Давай-ка ложись спать, а завтра мы продолжим путь. И всё будет хорошо, честно слово.

— Попробуй только обмануть, — пробурчала Аливия и, не выдержав, потянулась и сладко зевнула.

— А ну-ка спать и без разговоров! Марш в шалаш!

Для вида недовольно поворчав, девочка подчинилась. Володя задумчиво поворошил веткой костёр, чтобы разгорелся сильнее и снова замер, но на этот раз в душе не было страха или тоски. Эх, Кнопка, ей достаточно пары слов, чтобы снять всю тяжесть с сердца… Володя лёг прямо на траву и уставился на небо… Интересно, почему Аливия так похожа на Ленку? Или за всё время одиночества готов уже в каждом увидеть отца, мать или сестру?

На следующее утро он проснулся бодрым, словно и не было вчерашней битвы. Он по-прежнему помнил каждый её миг, но теперь уже не воспринимал всё так остро. Собрав вещи и забросив их на телегу, он подошёл к Филиппу, наблюдавшему за дорогой.

— Нам долго ещё до города?

— Не очень, милорд. К обеду покинем лес, а часам к двум будем на месте.

— А город большой?

— Да нет… средний. Рогур, жителей тысяч пятьдесят.

Хм… Для средневекового города вполне большой даже, а не средний. Но кто знает.

Уложив вещи, Володя забрался на своё облюбованное место возле возницы и достал гитару. Играть на тряской дороге не очень удобно, но мальчик быстро приноровился. Неплохо получается, если, конечно, не пытаться достичь идеала. Как обычно, Аливия, заслышав игру, немедленно придвинулась ближе, не мешая и не прося что-нибудь спеть, но мальчику быстро надоело просто перебирать струны. Задумавшись, он наконец подобрал песню под настроение и запел… Джером чуть придержал лошадь, чтобы та не сильно трясла телегу и тоже стал слушать, хотя вряд ли что-нибудь понимал…

Средь оплывших свечей и вечерних молитв, Средь военных трофеев и мирных костров Жили книжные дети, не знавшие битв, Изнывая от мелких своих катастроф…

Граф Артон дослушал песню до конца, хотя ничего и не понял, потом его взгляд упал на Аливию, которая слушала своего провожатого, открыв рот. Некоторое время он размышлял, потом, переборов себя, подошёл к девочке.

— Князь Вольдемар ведь обучал тебя своему языку?

Девочка явно испугалась разговора с высокородным, бросила умоляющий взгляд в сторону Володи, но тот снова погрузился в размышления и этого не заметил.

Поделиться с друзьями: