Чтение онлайн

А то, что мой младший брат уже Вой, в свои неполные четырнадцать — так на то он и Гением считается, что случай это весьма и весьма редкий.

Тогда, я предпринял следующую попытку: написал рапорт, всё так же «по команде», с просьбой об отмене назначенного экзамена. Или, хотя бы о переносе его на какое-нибудь неопределённое «потом».

Рапорт свой получил обратно на руки, с такой же резолюцией: «Отказать», что и раньше. Только проставлена она была уже не рукой Ротмистра, а рукой Полковника. И подтверждалась личной подписью Булгакова.

— Не понимаю, Юр, чего ты так мечешься-то? — прочитав и отложив мой крайний рапорт, который я, в расстроенных чувствах, принёс с собой на очередной наш сеанс с Ларисой Валентиновной. — Не успеваешь, и не успеваешь. Не отменили, так не отменили. Просто сделай, что сможешь, покажи тот уровень владения силой, какой уже у тебя есть, а «сдал» или «не сдал» — какая разница? Это уж экзаменаторам решать. Тебе-то от этого ничего не будет. Сдашь или провалишь — ничего же не изменится.

— «Провалишь»… — хмуро буркнул я. — Не хочу я его проваливать! Вообще не хочу его сдавать!

— Да что такое-то в нём? Что не так-то? — совсем растерялась психологиня. — Подумаешь, младшего брата не догонишь — ты из-за этого?

— Что не так? — проигнорировал я часть вопроса про брата. — А то, что одним из главных испытаний на экзамене будет пуля! Я, блин, должен её прямое попадание в грудь выдержать! Как прикажете это вообще «проваливать»?!!! Покров Гридня должен спокойно выдерживать однократное попадание ружейной пули с расстояния в пять метров! В меня стрелять там будут! А я даже понятия не имею, что это за «покров» такой, и как его делать!

— Оу, — как-то осеклась Лариса Валентиновна и даже замерла. — Ничего себе… Я как-то даже о таком не подумала, — потом извиняющимся тоном добавила. — Просто, у нас, Одарённых Разума, совсем другие тесты. «Покров» мы можем тренировать или нет — это… как бы сказать, факультативно. У нас силу и тонкость воздействия проверяют… А ты точно не владеешь «покровом»?

— Я не знаю, — признался я. — Не знаю: то, чем владею я — это «покров» или нет. И насколько это «что-то» вообще надёжно. «Покров» я в действии видел дважды. Первый раз у Ратника. Тогда она выдержала несколько полных магазинов из короткоствольного автомата почти в упор… А вот второй раз, и тоже у Ратника: всего пятнадцать пистолетных выстрелов на бегу. Причём, пятнадцатый выстрел его «покров» пробил! И «покров», и тело за ним — насквозь! То, чем владею я, на оба эти «покрова» не похоже. И сколько-то надёжным оно вообще не выглядит.

— Оу, — задумалась девушка. — Даже не знаю, чем тут тебе помочь. А ты пробовал у других Стихийников спрашивать? У своих командиров хотя бы?

— Эм… нет, — как-то растерялся я. Почему-то, такой простой вариант мне в голову даже не приходил.

Примечание:

Герои IV — Зло! они украли меня и лишили работоспособности почти на неделю! Кошмар какой… Но, теперь я снова ими переболел и постараюсь больше так надолго не задерживать проду)))

Совет психологини оказался простым, но действенным. Собственно, как и всё в этой жизни, что действительно работает. Оно всё — просто до чрезвычайности… звучит. А так: карцер — он практически не изменился: те же белые стены, тот же керамогранитный пол, те же пятнадцать градусов, даже кран всё тот же — чуть-чуть подтекающий, с кончика которого, медленно-медленно набухнув, срывается и падает крупная капля холодной воды. Примерно, раз в полминуты. Ну, по крайней мере, до тридцати я успевал между её падениями сосчитать…

Но, всё же, обо всём по порядку.

Я действительно послушал совета Ларисы Валентиновны и пристал с расспросами к взводнику, который у нас, вообще-то, являлся Воем Огня, о чём всем окружающим отрыто сообщал носимый им на воротнике, с левой стороны, специальный значок. Начал трясти его на предмет, что же такое, этот их «покров»? Как его делать, как тренировать, и, есть ли он у меня?

Оказалось… что нет.

Совсем. То, что я принимал за него, им не являлось. Вода, распределённая по телу — это не «покров». Вода на теле — это только вода на теле: удобный способ носить постоянно с собой запас готового рабочего элемента своей Стихии, который можно быстро применить, не тратя время на его поиск в окружающем пространстве. Будь то пространство в пустыне, чистом поле или запертом сухом помещении. Не больше и не меньше.

По его словам, взводник наш мне даже позавидовал — ему-то, с его Огнём, такой фокус никак не провернуть. Объятым языками пламени, особенно-то не походишь. Тем более, в людных и общественных местах. Ему приходится на постоянно носимую с собой зажигалку надеяться. Прямо, как «Пиро» из «Людей-X». Правда, это только на нынешнем его Ранге. Вроде бы Витязи, Пестуны, а тем более, Богатыри, уже лишены такого недостатка и слабого места в своей боеготовности. Они элемент своей Стихии способны не просто находить, а мгновенно создавать, словно бы из ничего, в любой окружающей обстановке.

Как именно они это делают, взводник не знал — он же не Витязь. И даже ещё не Ратник. Ему рано пока о таком задумываться. Вот, туда позже, через десяток-другой лет, когда сдаст свой экзамен на повышение Ранга и начнёт вплотную подходить к границе следующего, тогда и настанет время думать о таких вещах. Сейчас ему и так хватает того, что следует тренировать и отрабатывать.

А «покров» — это чисто волевая фишка Одарённых, общая для всех видов Дара. Даже Разумникам и Ремесленникам доступная. Он представляет из себя что-то похожее на энергетическую оболочку, обволакивающую тело пользователя и выполняющую роль одновременно брони и усиления тела. Приём «стандартный» и «внеклассовый» — то есть, не зависящий от вида энергии, используемой Одарённым.

И, оказывается, взводник мне кучу материалов с описанием этого приёма, методов его активации, тренировок и развития, дал сразу, ещё тогда, когда ротный только назначил экзамен. В тех самых распечатках. В той толстенной пачке бумаги, на тщательное и вдумчивое изучение которой мне, до сих пор, отчаянно не хватает времени.

Получается, что всё снова упёрлось во время. В свободное, мать его, время.

Я взводнику на это пожаловался. И снова попросил освобождение хоть от чего-нибудь. С прежним результатом. То есть, нулевым: программа и распорядок — есть программа и распорядок, они установлены для всех и пересмотру подлежат только с личного непосредственного решения Директора Лицея. Директор пересмотр не одобрил, значит — всё, вопрос закрыт. Учись, тащи и не дёргайся.

Такой ответ меня не устроил. Совсем не устроил. Но я промолчал. Не стал спорить или возмущаться. Вместо этого, пошёл и завалился на свою койку читать свои бумаги.

И продолжал это делать, до самого построения на вечернюю поверку-прогулку. Забив и на уроки, и на ведение взводной документации, и на всё остальное. Даже на ужин не пошёл вместе со всеми.

На поверку, так уж и быть, сходил, не стал выпендриваться. А вот вернувшись с неё, отбой проигнорировал. Чтобы не мешать остальным, сгрёб свои бумажки и ушёл с ними к столу дежурного по роте, стоящему возле входной двери на этаж — там дежурное освещение всю ночь не гасится. Притащил с собой табуретку, поставил рядом со стулом дежурного, уселся и принялся продолжать их изучение, более ни на что не отвлекаясь, сосредоточившись только на этом. До самого утра. До прихода командира роты.