Чтение онлайн

«Трепетнокрылый Фантамик» потихоньку приближался к склону. Конструкция жилища Двиддиона была проста: параллелепипед из плавленого камня и стекла, опасно приютившийся на самом краю обрыва. К северу поверхность уступа была расширена посредством искусной укладки взаимно заклинивающих друг друга больших валунов — образовалось нечто вроде виадука длиной метров тридцать, кончавшегося небольшим углублением посадочной площадки, ничем не защищенной и открытой со всех сторон. К югу от жилища уступ превращался в тропу, ведущую к еще одной, узкой ровной площадке в расщелине между отвесным склоном горы и приподнятым краем уступа. На этой площадке стоял небольшой черный аэромобиль, а за ним, наполовину выдолбленное в скале, виднелось какое-то помещение — по мнению Герсена, скорее всего, мастерская. Вторую площадку, защищенную выступами обрыва, трудно было заметить издали. Герсен опустил «Фантамик» на эту площадку, за черным аэромобилем Двиддиона.

Бугардойг ехидно критиковал такой выбор места посадки: «Почему все вы, йетчи, такие заумные недоумки? Почему не сесть в самом удобном месте? Для тебя это было бы слишком просто и очевидно?»

«Я ожидаю прибытия преступника, намеренного убить Двиддиона, — сдержанно ответил Герсен. — Не хочу, чтобы убийца знал о моем присутствии».

Бугардойг только презрительно хрюкнул.

Герсен отвязал пленника, открыл люк и спрыгнул на площадку. «Не могу оставить тебя одного в салоне, рядом с пультом управления, — сообщил он Бугардойгу. — Это было бы чревато неожиданностями. Выходи!»

Бугардойг сложил на груди огромные руки: «Никуда я не пойду».

«Выходи немедленно! — приказал Герсен. — Я не могу терять время».

«Любое занятие любого проклятого йетча — сплошная потеря времени, — рычал Бугардойг. — Давай, иди по своим делам».

«Тогда тебе придется сидеть в трюме».

«Не придется».

Герсен вытянул вперед обе руки: «Смотри!» Дрогнул бицепс его правой руки — в ладони, как по волшебству, появился лучемет: «Ты знаешь, что я могу сделать этой штукой». Шевельнулся бицепс его левой руки — в ней мгновенно оказалось изощренное орудие убийства, известное под наименованием «дедактор»: «Ты знаешь, что это такое? Нет? Дедактор стреляет тремя видами стеклянных игл. Одна разновидность не смертельна — она всего лишь вызывает доводящую до исступления чесотку по всему телу, продолжающуюся три недели. Если ты сейчас же не перейдешь в трюм, я выпущу в тебя десять таких игл».

«Ладно, ты меня убедил», — сказал Бугардойг. Испустив стон и сопроводив его громкой отрыжкой, фоджо встал и с раздражающей медлительностью спустился по трапу: «Посмотрим, какие еще фокусы ты покажешь».

Герсен взглянул на небо: «Нужно спешить».

Он направился к жилищу отшельника; Бугардойг вперевалку следовал за ним.

Дверь в противоположной обрыву стене убежища Двиддиона резко отодвинулась в сторону. В темном проеме стоял высокий худощавый человек. Он сделал шаг вперед, и теперь можно было разглядеть его лицо: высокий выпуклый лоб, редкие лысеющие серовато-коричневые волосы, черные мрачноватые глаза в глубоких глазницах, впалые щеки, изящный острый подбородок — лицо, свидетельствующее о недюжинном интеллекте и о предрасположенности к безрадостному времяпровождению. Отшельник недружелюбно разглядывал посетителей.

Герсен остановился: «Вы — Двиддион?»

«Я — Двиддион, — глубоким басом ответил отшельник. — Разве мой выбор места жительства не позволяет догадаться о моем настойчивом стремлении оставаться в одиночестве?»

«В том числе к смерти в одиночестве? Выслушайте меня внимательно — у нас очень мало времени. Меня зовут Кёрт Герсен. Это — Алоиз Бугардойг, достопочтенный обитатель поселка Полдули, согласившийся стать моим проводником».

«С какой целью вы прибыли?»

Герсен снова внимательно посмотрел на небо — и снова увидел только сплошную пелену темных туч и вихри тумана, несущиеся вниз с порывами ветра.

Очередной ревущий шквал принес с собой хлещущие по лицу капли полузамерзшего дождя. Двиддион втянул голову в плечи и с тихим нетерпеливым восклицанием отступил внутрь своего дома. Герсен и Бугардойг последовали за ним — отшельник исключительно неохотно посторонился, чтобы пропустить их.

Никакого вестибюля, никакой приемной тут не было — они сразу оказались в просторном основном помещении. Оно произвело на Герсена впечатление суровой пропорциональности — здесь не было ярких цветов, не было никаких украшений, мебель обеспечивала лишь минимальные удобства. Трудно было сказать, о чем именно говорил такой интерьер. Он мог быть отражением характера Двиддиона, его мироощущения — или же отшельник мог просто-напросто привести обстановку в соответствие с видом, открывавшимся из широких окон: на почти бездонное ущелье, наполненное несущимися по ветру клочьями тумана, на черный Притц, озаренный почти непрерывными сполохами лиловатых молний.

«Могу ли я снова поинтересоваться причиной вашего вторжения?» — холодно спросил Двиддион.

«Разумеется. Вас известили о недавнем конклаве Дексады на Диком Острове?»

«Да. Я решил не участвовать. Какой бы вопрос ни обсуждался, я всегда остаюсь в меньшинстве — точнее говоря, в полной изоляции; поэтому в моем присутствии не было необходимости».

Герсен протянул ему фотографию: «Вам известны эти люди?»

«Конечно».

«В том числе этот человек, номер шестой?»

«Это Сайлас Искромолот, 99 го уровня. На мой взгляд, он умен, умеет импровизировать в зависимости от обстоятельств, чрезвычайно изобретателен — и ни в коем случае не должен быть допущен в состав Дексады».

«Полностью с вами согласен, — кивнул Герсен. — Кстати, на самом деле его зовут Ховард Алан Трисонг. Он отравил Триединого и всю Дексаду с помощью чарн'e. Точнее, за исключением двух членов Дексады — Бенджамина Роука, которого он утопил, и вас. В связи с этими убийствами Триединым теперь следует считать вас. Для того, чтобы Трисонг стал Триединым, необходимо, чтобы вы умерли, и в данный момент Трисонг спешит сюда, чтобы вас убить».

Двиддион уставился, моргая, на фотографию, перевел взгляд на Герсена: «Все они умерли?»

«Все».

Отшельник прокашлялся: «На мой взгляд, это просто невероятно».

«Вполне вас понимаю. Это шокирующее известие. Но мы не можем терять время. Вам нужно срочно покинуть Воймонт вместе с нами...» — Герсен жестом пригласил Двиддиона выйти.

Отшельник отступил на шаг: «Я ничего не знаю. В моем распоряжении нет никаких фактов. Я не могу действовать опрометчиво... Кто вы такой, в сущности?»

«Я все объясню — как только мы отсюда улетим. Пойдемте, не мешкайте!»

Двиддион тревожно покачал головой: «Нет, конечно нет. Это просто какая-то истерика. Я не могу...»

Герсен подал знак Бугардойгу: «Схвати этого человека и вынеси его наружу». Как только Двиддион оказался бы в безопасности на борту «Фантамика», Ховард Алан Трисонг мог попасться в западню. «Если повезет, с ним можно покончить здесь, сегодня же!» — думал Герсен.

Бугардойг моргнул и двинулся к отшельнику. Двиддион возмущенно воскликнул сдавленным голосом: «Отойдите!» Несмотря на то, что отшельник отбивался кулаками, великан-фоджо, крякнув от раздражения — по его мнению, он оказался в глупейшем положении — подошел вплотную к Двиддиону, схватил его, поднял и перебросил через плечо: «Куда теперь? Мне наскучила вся эта белиберда!»

Герсен раздвинул входную дверь: «Неси его в корабль, быстрее! Я понимаю, что тебе все это надоело, но ничего не поделаешь». Бугардойг, с отшельником на плече, выступил наружу; Герсен тут же последовал за ним.

Три человека, подходивших к жилищу Двиддиона, остановились, как вкопанные. Слева стоял субъект, лоснившийся, как тюлень, в облегающем черном бархатном костюме. У него было круглое белое лицо с блестящим искусственным носом из кружевной золотой жести, инкрустированной мелкими драгоценными камнями. Посередине стоял Ховард Алан Трисонг — в зеленых брюках, красновато-фиолетовом пиджаке, плещущем на ветру черном плаще и треугольной черной шляпе. Справа, удивленно уставившись на Бугардойга, застыл чернокожий чернобородый громила с физиономией, словно вырубленной топором.