Чтение онлайн

Валленхофы и Дорны.

Мира и Эвген.

Знал ли Элиан, кого привёл ко мне в тот день? Вряд ли – он обычный студент, который хотел помочь своему другу.

– Вам нехорошо? –окликнул меня старичок. – Вы бледноваты.

– Всё в порядке, – я улыбнулся ему. – Просто задумался. У Валленхофов очень интересные корма.

– О да, – оживился старичок. – Если надумаете взять, я вам скидку сделаю! К нам не часто заходят представители Ассоциации.

– Спасибо, – сказал я. – Подумаю.

Развернувшись, я направился на улицу. Люмин на пороге встряхнулся и вопросительно посмотрел на мое лицо, я наклонился и потрепал его между ушей, мол, все нормально. В этот момент Крох глянул на меня чуть внимательнее обычного, но тут же отвел взгляд.

Пройдя несколько шагов по дорожке, я остановился у колонны с магическим светильником и привалился к ней плечом.

Солнце било в лицо, где-то на тренировочном поле чей-то зверь, похожий на помесь медведя и вола, бил лапой по валуну, откалывая куски.

Итак, раз семья Миры скупает весь мой корм, значит они изучили состав и поняли, что их «Серебряная нить» хуже, а, может, и другие разновидности тоже. По всей видимости, Валленхофы боятся конкуренции. Вот только… Почему они не попытались выкупить рецепт? Не пригрозили мне пальчиком, чтобы я не продавал корма на рынке? В конце концов, не предложили работу? Это очень странно…

Что до Дорнов… Они торгаши, и, судя по всему, у них нет своего производства, иначе в их то лавке все полки были бы завалены собственным кормом. А предложений мне не делают, потому что я для них не того полёта птица, пока не расширю производство.

И что мне теперь делать? Если подумать, то… Да ничего. Выходить на рынок и заваливать его кормами в больших объемах я не планирую, как и не собираюсь конкурировать ни с кем из этих семей. Продажа корма для меня сейчас – это так, чтобы поддержать штаны. Моё дело – лечить зверей, не больше, не меньше.

Одно порадовало, что среди ингредиентов в составе кормов я так и не заметил серебристый сочник.

Я глубоко вздохнул и оттолкнулся плечом от колонны.

– Пошли, ребята.

Неспешно шагая по дорожке Арены в сторону выхода, я считал в уме. В погребе лежит пятьдесят восемь готовых порций корма, из которых десять обогащённые. Сорок продам мире, значит, останется восемнадцать обычных.

Люмин, то и дело подпрыгивая и посматривая на меня с видом охотника, пытался поймать зубами собственную тень, а Крох двигался рядом, демонстративно глядя перед собой, мол, я выше всего этого.

– Молодец, – сказал я Люмину. – Еще немного и накормишь семью.

Ушастый радостно пискнул, а я продолжил размышлять.

Сколько дней мы проведем в Лесу неясно, а корм через двое суток точно испортится. Возьму с собой шесть порций на два дня, плюс завтрак на троих перед выходом, итого девять шариков. Даже останется небольшой запас.

Через несколько минут мы подошли к двери лавки. Первым делом я спустился в прохладный погреб, отсчитал восемнадцать порций обычного корма и перенёс их в лабораторию.

Нашинковав лист обольстителя, добавил его в девять порций и насытил маной все шарики. Затем замотал их в тряпицы, пометил мелом и отнёс обратно в погреб.

Вернувшись в лавку, подхватил ранец и зашел на склад. Снял с верхней полки аптечку, обернул каждую склянку в тряпичную полоску, чтобы не побить в пути, и уложил всё в строгом порядке в ранец: анестетик на дно – в спешке он точно не понадобится, кровоостанавливающие чуть выше, обезболивающее рядом. Рубаху Ларка и флягу с водой поместил сверху, а инструменты убрал в отдельной карман.

Оставив ранец у двери, я вышел во двор и увидел забавную сценку. Люмин, заприметив большую жирную муху с блестящей синей спинкой, устроившуюся на пластине Брумиша, прижался животом к земле и принялся описывать вокруг бронебруса тактический полукруг.

Подобравшись поближе, зайцелоп напружинился, совершил героический прыжок, но… Муха лениво взлетела, а Люмин шлёпнулся на пластины бронебруса, не удержался и съехал по ним на землю, как по ледяной горке.

Брумиш повернул голову, посмотрел на пушистого десантника и выдохнул, отчего под его мордой поднялась пыль. Люмин встал, отряхнулся с обиженным выражением и демонстративно отвернулся.

Я улыбнулся и двинулся к колодцу мыть руки. Уже вытирая их, услышал резкий стук в дверь и громкий окрик:

– Это я!

Узнав голос, я поторопился к двери, открыл засов и толкнул створку. На пороге стоял Элиан с Астиком на плече. Все три хвоста куницы подёргивались, чутко улавливая из-за распахнутой двери звуки двора: шорох Люмина и тяжёлое дыхание Брумиша.

– Заходи, – я посторонился.

Элиан шагнул внутрь, Астик приподнялся на задних лапах и поддался вперёд.

– Спокойно, – шепнул парень.

Я сходил за запасным ключом с бородкой сложной формы, и вложил ему в ладонь.

– Вот, только не потеряй.

– Мог и не говорить, – Элиан сжал ключ в кулаке.

– Пойдём, покажу, что нужно делать.

Стоило зайти во двор, как Астик распушил три хвоста, внимательно обвёл взглядом двор, остановился на Брумише, задержался на Крохе, и последним заметил Люмина, который занят незаконченным делом – охотой за мухой.

Я подвёл Элиана к грядкам.

– Смотри, в этом бочонке, – я постучал по тёплому боку, – отстаивается вода. Для полива растений используй только её.

– Понял.

– Пользуйся лейкой и лей под корень, а не на листья. Как только вода в бочонке начнет заканчиваться, доливай свежую из колодца и не трогай её – пусть отстоится хотя бы полдня. В лавку никого не пускай, – добавил я. – Если кто-то будет настаивать, говори, что хозяин ушел в Лес и закрывай дверь.

– А если принесут больного зверя?

Я ненадолго задумался. Оставлять животных без лечения – самое последнее дело.

– Можешь отправлять их к целителю Транту, у него лавка в центре. Пусть говорят, что от меня, он мужик нормальный, разберётся.

– Понял.

– Борка я предупредил, – продолжил и перевёл взгляд на грядки. – Если возникнут проблемы, смело иди к нему, он поможет.

Вдруг за спиной раздался глухой шлепок. Я обернулся и увидел, что Астик каким-то образом уже восседал на спине Брумиша, хотя всего минуту назад притирался к плечу Элина.