Чтение онлайн

Странное дело – я должен был чувствовать ужас, должен был бежать отсюда, не оглядываясь, забиться в самую глубокую щель, какую только можно и дрожать от страха от увиденного, осознавая жестокость мира, но вместо этого во мне росла холодная, тяжёлая решимость. Другой бы на моём месте, при первом вида крови, даже не стал бы открывать люк и спускаться внутрь, но я ощущал неудержимое желание изучить это место.

– Ну что ж, – произнёс я вслух, чувствуя, как голос звучит непривычно гулко, отражаясь от каменных стен. Ковров бы парочку, чтобы занавесить их и будет нормально. – Бывшего хозяина тут больше нет. А я есть.

Решение принято. Я остаюсь.

В конце концов, что мне терять? У меня нет дома, нет денег, нет друзей, и никто не придёт меня искать, если я исчезну. В этом мире я даже не имею официального статуса – просто пришлый торговец с юга, которого никто толком не знает. А здесь хотя бы есть крыша над головой, вода, вентиляция, возможность развести огонь, приготовить пищу, и главное – уединение. Никто не придёт сюда проверять, чем я занимаюсь, никто не будет задавать вопросы. Никто больше не предаст и не выгонит, потому что это некому делать. Все социальные связи разорваны, а заводить новые я пока не планирую.

Идеальное место, чтобы начать всё с чистого листа.

Но сначала нужно было навести порядок. Нельзя жить рядом с трупом, даже если он превратился в мумию. Это не гигиенично, не эстетично, и, честно говоря, просто жутко. Каждый раз, когда я буду просыпаться, мне придётся натыкаться взглядом на высохшее тело с дырой в груди. Какая уж тут медитация и духовный рост, тут бы кукухой не поехать. Я и так последние дни балансирую на грани, а постоянное соседство с покойником, верный способ эту грань переступить.

Я поднялся, задул свечу, потому что нечего тратить невосполнимые на данный момент запасы, учитывая, что дневного света пока хватало, и подошёл к трупу.

Тело лежало в углу, скрючившись, поджав колени к груди, словно в последний момент попыталось свернуться в клубок, защищаясь от невидимого врага. Кожа на лице, руках, на всех открытых участках, приобрела тёмно-коричневый, почти чёрный оттенок, туго обтягивая кости. Глаза запали, веки провалились, губы втянулись, обнажив идеально белые зубы, образуя противоестественный и странный контраст с почерневшей плотью. На месте носа зияла тёмная впадина.

Но самым жутким всё равно было растение, растущее прямо из груди. Бледная погань первого ранга, достигшая зрелости, сейчас выглядела почти красиво: тонкие, переливающиеся в рассеянном свете листья, изогнутый стебель, на верхушке которого набухал какой-то странный бутон. Красота смерти.

Я подошёл ближе, присел на корточки, внимательно разглядывая, как именно растение крепится к телу. Корешки, тонкие, как нити, оплетали рёбра, уходя внутрь. Отделять растение от тела было нельзя, я прекрасно помнил, что случилось с грибом Почен, когда я просто оторвал его от дерева. Ци рассеялась, и ценный ингредиент превратился в бесполезную гнилую биомассу. Здесь, учитывая, что речь шла о первом ранге, последствия могли быть такими же плачевными.

Значит, нужно перемещать тело вместе с растением. Аккуратно, чтобы не повредить ни корни, ни стебли.

Я распрямился, осмотрелся. Комната с котлом, где на полу был начерчен огромный круг с тысячами непонятных знаков, находилась в другом конце подземелья, за складским помещением. Путь предстоял неблизкий, и тащить труп по каменному полу, рискуя повредить растение, было бы верхом глупости.

Нужно было что-то, на что можно было бы его положить. Какие-нибудь носилки, или хотя бы подобие волокуши. Учитывая, что практик тут жил и спал на кровати, у него должно было быть сменное постельное бельё, да даже хотя бы тряпки. Что-то из этого мне и подойдёт.

Вернулся в складскую комнату, принялся осматривать шкафы. И оказался прав, обнаружив большое количество разнообразной одежды самого разного фасона. Помимо женской и мужской, была даже детская, от чего по моему телу побежали мурашки. Чёртов больной ублюдок. Я представил, как он заманивал сюда свои жертв, как они, возможно, надеялись на помощь, на сострадание, а попадали в этот каменный мешок, из которого не было выхода. И заканчивали свою жизнь в котле.

Взял поношенное ханьфу большого размера, всё в подозрительного вида пятнах, расстелил на полу рядом с трупом, потом, набравшись решимости, взял тело и осторожно переместил на ткань.

И у меня внезапно закружилась голова, как бывает, когда слишком резко поднимаешься с кровати. Только вот не в шестнадцать же лет. Ну что за слабое тело досталось в наследство?

Я пошатнулся на месте, опустившись на одно колено и устало протёр тыльной стороной ладони глаза. Не успел и понять причину внезапно возникшей усталости, как со стороны складской комнаты послышался едва различимый шёпот. Со стороны могло показаться, будто помимо мёртвого хозяина, здесь обитали и другие существа. В голову сразу пришли отвратительные крысы, снующие в канализации, как вдруг шорох послышался откуда-то сзади.

Я резко обернулся. Ни крыс, ни других обитателей, лишь странное чувство, будто за мной нечто следит и возникшее в груди ощущение близости к цели.

Пришлось закрыть глаза и досчитать до десяти, попутно выбрасывая все мысли, а когда открыл глаза, несуществующие звуки, как и ощущение чужого присутствия, пропали словно осенний ветер.

Тело оказалось на удивление лёгким – высохшие ткани весили немного, кости истончились, став хрупкими, как у птицы. От волочения отвалилась рука, рассыпавшись на отдельные кости, и я поморщился, но не остановился. Растение, к счастью, не повредилось.

В лаборатории сложил останки в кучу, отступил на шаг, оглядывая результат своих трудов. Выглядело это всё равно жутковато: мумифицированный труп, лишённый руки, с зияющей дырой в груди, из которой торчали листья Бледной погани. Но по крайней мере, теперь он не мозолил глаза в жилой комнате. Принёс потерявшуюся по пути руку, положив её рядом.

Ещё раз окинул взглядом комнату, задержавшись на огромном круге с рунами, на котле, на тёмных, въевшихся в камень разводах крови, и поёжился. Тут творились ужасные вещи. Если бы мог, я бы эту пещеру и вовсе обрушил. Только вот силёнок не хватит.

Вернувшись в спальню, я принялся за уборку. Пыли здесь было не так много, как в других комнатах, видимо прошлый хозяин проводил здесь большую часть времени, и она не успевала накапливаться. Я перевёл старую одежду на тряпки и отправился к подземному ручью. Вода там оказалась холодной и на вид чистой, тем более у меня в любом случае не было особых альтернатив, поэтому я сначала выпил несколько глотков, проверяя, как она подействует на моё самочувствие. Не став напиваться от пуза, подождал немного. Живот не скрутило, голова не закружилась – значит, вода пригодна для питья. Потом набрал полное ведро, стоящее тут же, и принялся за уборку.