Чтение онлайн

Но ведь для тонущего что важно? Как раз таки важно достичь дна, чтобы оттолкнуться от него со всей возможной силой для того, чтобы всплыть на поверхность. Вот я и оттолкнусь. Так оттолкнусь, что все охренеют.

От автора: фух… Герой достиг дна, это было морально тяжело (мне в том числе), но хватит его мучать) пора расти в силе, это же мир культивации)

Стоя на краю яруса, я наконец ощущал спокойствие. Оно конечно пришло не сразу. Была и пустота и дикая злоба, поднимающаяся изнутри, заставляющая сжимать кулаки и скрипеть зубами. Я даже хотел развернуться, подняться обратно на площадь, найти этого старейшину и крикнуть ему в лицо, что он ошибается, что он ничего не знает, что его драгоценный артефакт – просто кусок бесполезного камня, не способный разглядеть то, что спрятано глубже… В тот миг мне казалось, что если я промолчу, если проглочу обиду, то предам сам себя. Что обязанность доказать свою ценность лежит на мне, иначе они все навсегда останутся в своей правоте, а я сгину в безвестности, подтвердив их слова собственным существованием.

Зачем-то хотел кому-то, что-то доказать, ударить, сделать глупость, хотел, чтобы они все увидели и осознали, как были неправы. Желание выглядеть сильным перед теми, кто уже вынес приговор, оно вообще свойственно такому возрасту, как у меня сейчас. Или не столько возрасту, сколько положению: когда тебя публично объявляют ничем, любой на моём месте захотел бы опровергнуть это любой ценой.

Но не сделал ни одного из этих движений. Не развернулся, не побежал назад, и не закричал, потому что, пока злость поднималась во мне, пока гормоны шестнадцатилетнего тела требовали немедленного действия, я наконец сумел обуздать и взять разум под контроль. Сначала считаем до десяти, тормозим, анализируем и только потом начинаем действовать.

Один. Два. Три. Четыре. Пять. Шесть. Семь. Восемь. Девять. Десять.

Выдох…

Злость, конечно, никуда не делась, кипела где-то внутри, но она перестала управлять мною, превратившись во что-то вроде фонового шума, на который можно не обращать внимания, если сосредоточиться на чём-то другом. А сосредоточиться мне как раз было на чём.

Я проиграл. Это факт, который не имел смысла отрицать. Проиграл по всем статьям: меня обокрали, меня предали, меня вышвырнули, и на глазах у тысяч людей сказали, что я бездарь, и теперь у меня вообще ничего не осталось. Нет денег, нет жилья, нет друзей, и нет будущего, если верить старейшине.

Но почему-то мне не было страшно.

Странное дело: когда у тебя есть что терять, страх – твой постоянный спутник. Ты боишься потерять деньги, боишься потерять крышу над головой, боишься, что завтрашний день окажется хуже сегодняшнего. Но когда у тебя уже ничего нет, когда дно достигнуто, когда ты стоишь на самом низу и понимаешь, что ниже падать уже некуда, страх исчезает. Остаётся только пустота. И лишь от человека зависит, что он с ней сделает. Начнёт пить, скатится в нищенское существование или найдёт в себе силы жить дальше.

Я наконец сделал глубокий вдох. Воздух наверху был чистым и свежим, не чета трущобному, где всё пропитано смрадом, особенно в районе канализационных стоков, но теперь мой путь вёл туда. Не потому, что мне этого хотелось, и не потому, что я выбирал между плохим и очень плохим, а потому, что это был единственный путь, который оставался открытым. Какая ирония… Вчера я себя тормозил, чтобы не спускаться в трущобы, а теперь осознанно собирался туда идти.

Но сделаю я так, только лишь по одной причине. Потому что больше не буду играть по чужим правилам.

Всё это время – с момента, как я очнулся за воком с бамбуковыми палочками в руках, я играл по правилам, которые устанавливали для меня другие. Я подстраивался, проговаривал в голове нужные слова, учился кланяться вовремя и с правильной глубиной, запоминал, кому можно возразить, а кому лучше промолчать. И каждый раз, когда я следовал этим правилам, я проигрывал. Каждый чёртов раз.

Может быть, пришло время играть по своим? Пользоваться мозгами?

Я посмотрел на браслет, тускло поблёскивающий на запястье под рукавом грязной куртки. Внекатегорийный артефакт. Штука, ради обладания которой меня убили бы, даже не спросив имени. Находящийся у меня с момента попадания в этот мир и давший мне всё, что не мог дать никто. Штука, которой я толком не пользовался, опасаясь, что кто-нибудь заметит. Ещё один плюс трущоб, что там я смогу скрыться и более активно его использовать.

У меня словно перед глазами встал текст, который я читал позапрошлой ночью, про путь к истинному бессмертию. Там же отчётливо было сказано, что это инженерная задача высочайшей сложности. Только расчёты, последовательность, умение работать с собственным телом как с механизмом, который можно разобрать, очистить, собрать заново и заставить работать так, как нужно тебе, а не так, как предписано свыше. А значит мне не нужны чудеса, дары небес, или милость старейшин. Мне нужен был план, инструменты и время.

И так уж сложилось, что всё это у меня есть. Кодекс мог анализировать, структурировать, дополнять любую информацию, относительно предметов, к которым я прикасался. Моё тело – молодое, не обременённое старыми травмами и болезнями, со временем, которое я мог тратить щёдрой рукой и всё ещё оставаться молодым. Если кто-то другой в моём возрасте торопится, боится не успеть, упустить окно возможностей, то мне спешить было некуда. Практикующие живут десятилетиями, а те, кто добирается до вершин – столетиями. Один год, два, пять – в этой шкале не срок.

Что же по поводу плана, то он как раз выкристаллизовывался в голове. Не детально, не во всех подробностях, но основные вехи, главные точки, которые нужно пройти, – они уже начинали обретать очертания.

Я ещё раз посмотрел вниз, на трущобы. Внизу умирали тысячи людей. Умирали быстро, умирали медленно, умирали от голода, от болезней, от рук таких же, как они, отчаявшихся и озлобленных. Но некоторые выживали. Выживали годами, десятилетиями, выгрызая себе место под солнцем, которое туда почти не заглядывало. Если они могли, смогу и я., Тем более что у меня было то, чего не было у них.

Я больше не буду гнаться за быстрым успехом. Я не буду лезть в логово к духовным зверям, надеясь найти сокровище, которое решит все мои проблемы. Даже если такое сокровище существует, оно достанется тому, кто уже силён, а не тому, кто надеется на удачу. Я больше не буду доверять тем, кто смотрит на меня сверху вниз. Я не буду играть в их игры. Я буду играть в свою.

Шаг за шагом, день за днём, методично, последовательно, без рывков и истерик. Я очищу своё тело с помощью Кодекса, с помощью правильного питания, с помощью тяжёлого физического труда, с помощью медитаций, которые я теперь знал, как делать правильно. Я накоплю ци. Может быть, это займёт месяц, может быть, год, может быть, десять лет. Плевать, потому что практик – это путь к бессмертию. А путь не измеряется сроками, он измеряется тем, насколько ты готов по нему идти.