Чтение онлайн

— Какой ещё...

Я пихаю его в грудь, от неожиданности он поддаётся. Веду его в прихожую и выставляю за дверь. Сползаю на пол и реву... Димка звонит в дверь, потом на телефон — я не открываю и не беру трубку. Минут через пятнадцать приходят Маша с Кармацким... А я вся в муке и со следами «войны» на кухне. На полу вода — не только та, что стекла с Матвеева, но и от моих слёз.

— Ого! Какие люди! Привет, брат!

— Привет, сестра! Где кувшин с водой?

Маша в недоумении смотрит на нас:

— Брат? Сестра?

Морщусь и строю гримасу, глядя на Кармацкого. Если на Димку не могу, то хоть на его друга немного эмоций сброшу:

— Это он начал. — И показываю ему язык. — Кувшин с водой я уже вылила на голову твоему дружбану, на тебя не осталось.

— Ого! Повезло Матвееву!

Кармацкий явно в душе хохочет, но перед нами сдерживается, только глаза сияют. Говорит Машке, что увидятся, и прощается со мной:

— Пока, sister!

— Пока, brother! — отвечаю я.

Машка не расспрашивает, только качает головой и уходит к себе. Беру телефон и решаюсь прочитать сообщения от Матвеева:

«Даш, я встречался с родителями. Это мамина помада.

Извини, отключил телефон, поскольку разговор был серьёзный. По поводу холдинга и нас с тобой.

Даш, ну что ты там надумала?

Сижу в машине у твоего подъезда. Жду тебя.

Выходи. Едем домой.

Жду под окнами до четырёх дня. Потом мне в Иркутск. Выходи, котёнок, я прощу тебе душ.

Хочу тебя обнять.

Выходи уже».

Реву... Ну что я ревнивая такая? Свой эмоциональный шторм надо уже уметь гасить и останавливать. Накидываю плащ и выхожу к Диме. Прямо в пижаме. Он и правда в машине. При виде меня он включает ближний. Сам выходит и идёт мне навстречу.

— Девочка Даша умеет не только поливать голову возлюбленного водой, но и посыпать свою пеплом?

— Дима, прости...

Он обнимает меня, вдыхая мой аромат и чмокая в виски, лоб и макушку.

— Прощаю, но больше так не делай, не выслушав. Твоя голова очень странно работает в состоянии ревности, — я чувствую Димкину улыбку щекой, к которой он прижался, нежно потираясь лёгкой щетиной. — Даш, у тебя нет ни малейших поводов.

— Ага, с таким-то красавчиком?

— Ты красивее! Мне всем мужикам морды бить, которые на тебя зыркают? Думаешь, я не вижу?

— Я не даю повода.

— Так и я не даю.

— Угу.

— Ты думаешь, что после наших секс-марафонов я вообще могу смотреть на других баб? Я, конечно, орёл, но в тридцать пять — это уже не восемнадцать, когда хочется любую, всегда и везде, а боевая готовность по щелчку пальцев. Физиология мужчины не так работает. Я сытый мужик, сытый тобой, и хочу только тебя во всех смыслах...

Он целует меня. Кладёт мою руку на свой пах. Я ощущаю его стального «дружищу». Ого! Меня саму начинает подтапливать.

— Только тебя хочу, — говорит он прерывисто. — Поехали домой!

— Угу.

Он усаживает меня в машину и трогается в сторону дома…

— Дима, я в пижаме.

— И это прекрасно. Легче снимать!

Дмитрий

Отец с мамой вернулись из путешествия раньше. Они уже месяц колесили по Европе и хотели приехать в конце сентября, но моё появление в светской хронике с Дашей мотивировало их сорваться. Это, конечно, мама настояла.

Дашку они уже видели со мной на корпоративе компании, но тогда мне не удалось их представить друг другу, да и в качестве кого — я тогда ещё особо не понимал. Сегодня уже всё очевидно и для родителей, и для меня.

Уверен, что отец уже и так подбил всю информацию про Дашу и её семью. Но там всё идеально: Андриевские со всех сторон образцовая семья в трёх поколениях. Для дальновидного отца это важно. Хотя я с ним согласен: для публичных людей, радеющих за свою репутацию и своих клиентов, это значимый момент. Дашка и здесь абсолютно без «изъянов».

Я приехал к ним в загородное поместье. Сначала обсуждаем вопросы, связанные с холдингом. Отец не юлит:

— Дмитрий, пора брать всё в свои руки. Мы решили, что передаём контрольный пакет акций тебе. Расклад будет такой: у тебя 51%, маме и мне — по 20%. Совсем из жизни компании мы не собираемся уходить…

— А 9%? С Ивлевыми мы же разорвали все отношения.

— Ты передашь их своей супруге как гарантию её принятия в семью. Пока ты временно будешь ими управлять. Ты же серьёзно настроен в отношении Дарьи Андриевской?

— Несомненно.

— Мы с мамой одобряем этот выбор. И с наследниками не тяните.

Всё складывается замечательно. Но я не уверен, что Дарья не взбрыкнёт с этими девятью процентами. Точно будет отнекиваться. Ладно, простраиваю в голове: если что, подключу её деда — тот одобрит, и для семьи Андриевских это будет гарантией моих серьёзных намерений. Решено. Дело за малым: надо сделать Дашке предложение, от которого она не сможет отказаться.

После «холодного душа» от Дашки моя голова работает ещё лучше. Пора забирать эту девочку! После Иркутска всё решим.

Едем домой. Дашка успокоилась. Мне тоже комфортно с ней. В машине играет лёгкая музыка… Остаток ночи проводим в объятиях друг друга. Любим друг друга нежно, вязко, долго… Не хочется улетать от неё, но нужно.

Даша

Неделя без Димы еле ползёт. Да, мы перезваниваемся и иногда вечерами шалим по телефону, но это — малое… Хочется большего. Только в разлуке понимаешь, как на самом деле ты привязан к человеку.