Чтение онлайн

Мама… Мама была в шоке:

— Девочка, как же так? Я ничего не знала! Почему ты даже не намекнула…

И дальше мамин «гнев» пал, конечно, на Наташку и Соньку, поскольку они с мамой постоянно вместе и процесс сепарации ещё не завершён… Но знала бы мама, что скоро, очень скоро и это произойдёт! Мама замахнулась в шутку на них кухонным полотенцем, которое держала в руках:

— И эти две кулёмы мне ничегошеньки не сказали… — и уже посидев с опущенной головой секунду, она произнесла своё слово: — Ну, хорошо, знакомь нас! Будем принимать зятя!

Димка явился со своей семьёй и Серёгой Кармацким в «имение» к бабушке и дедушке — знакомить всех и официально просить моей руки у мамы.

Димка — красивый как бог — с букетом нежных лилий для меня, розовых роз для мамы и бордовых для бабули шествовал по тропинке к дому. Для сестрёнок у него тоже были припасены презенты: шоколад, фрукты и кое-какие персональные подарки. Решил, видимо, умаслить всех и сразу. И Наташка с Сонькой, конечно, растаяли, хотя они и так были максимально благосклонны. Машка приняла. Это для меня очень важно. Она единственная из нас с холодной головой, и если она одобряет, то это точно «знак качества».

Вечер прошёл легко. Я боялась, как сойдутся эти две семьи, но байки деда про своих животных, названных в честь проштрафившихся курсантов и подчинённых, внесли свою лепту в атмосферу непринуждённости, теплоты и юмора. А бабулин стол даже самых больших ценителей высокой кухни не оставил равнодушными. И я опять смахивала слезу, потому что слишком хорошо, слишком всё трепетно и чудесно.

На работе новость о нашей помолвке и приближающемся союзе (свадьба назначена на начало октября) произвела фурор. Вячеслав Анатольевич бегал по офису и радостно вопил:

— Скоро белые пойдут! Скоро белые пойдут!

— Вячеслав Анатольевич, вы о чём?

— Я лучше знаю, — заговорщически вещает он мне уже полушёпотом. — Скоро сезон «белых грибов», месяцев так через девять будем ждать, да?

— Да ничего подобного…

— Знаем, плавали — я трижды отец! И заядлый грибник!

Слова босса заставляют задуматься. Не может быть!

Летим домой через аптеку. Димке ничего не говорю, чтобы не баламутить парня, а у самой «подгорает». Говорю, что хочу купить кое-какие витамины — осенний авитаминоз и тому подобное. Беру несколько тестов. Блин, как ими пользоваться-то? Ладно, разберусь на месте.

Дмитрий

Дашка в последнее время такая чувствительная. И я не только про её эмоциональность и скачки настроения — к этому я привык, но слёзы… Нет, она не рыдает от горя над своей неминуемой судьбой, хотя её судьба стать моей женой уже неминуема. Контракт с холдингом подписан. Дата свадьбы назначена. Место выбрано, и всё остальное — тоже. Благо у моей будущей супруги богатое приданое в виде «бабьего царства» и деда генерал-майора, которые могут вместе с моей мамой быстро всё решить. Так что, дорогая, уже не свинтить!

Приезжаем домой, и она сразу ретируется в спальню. Окей, я её не останавливаю. Иду мыть руки на кухню и ставлю варить кофе. И тут я слышу что-то похожее на вой. Твою ж… Что случилось? Бегу к Дашке.

Она в ванной, сидит на полу, а вокруг неё три теста, и на всех — по две полоски! Дашка поднимает на меня зарёванные глаза, но не может сдержать улыбку:

— Чтобы я ещё раз доверилась твоему «дружищу»! — хнычет показательно она.

А меня самого душат слёзы счастья.

Сажусь на колени перед ней, беру её лицо в свои ладони и смотрю прямо в эти зарёванные, но такие прекрасные и чистые глаза…

— Дашка, это так чудесно! Люблю тебя, моя девочка…

Она сама бросается мне на шею, и мы так и сидим обнявшись. Глажу её по спине.

— Ты будешь самой лучшей женой и самой лучшей мамой!

— А ты — отцом…

— А я — отцом! Спасибо, малышка, спасибо…

Дмитрий

День свадьбы.

Дашка очень переживает, а ей вообще нельзя. Она никому не говорила, что ждёт малыша. Знаем только мы. Всё рассекретим после свадьбы.

Срок ещё небольшой — шесть недель, но я уже чувствую себя отцом.

Никогда не думал, что смогу быть настолько счастливым, но меня топит в этих чувствах, и, как бы сказала Дашка: «Кружите меня, кружите!» Но внешне я сохраняю вид стойкой и неприступной скалы.

Подписи в загсе формально поставлены. А для красоты и гостей у нас сегодня выездная регистрация и банкет в шикарном загородном отеле.

Гостей слишком много. Нам бы с Дарьей хватило и узкого круга наших семей и друзей, но статус семьи Матвеевых обязывает собрать расширенный состав партнёров и нужных людей. Мы с Дашкой договорились: немного потерпим это событие, и как только станет ей невмоготу — сразу свалим в закат, сославшись на раннее отбытие нашего рейса в медовый месяц…

Я замираю, когда вижу её.

Она бесподобна!

Как тогда в лифте, она мне открыто улыбается… Манящая моя лисичка…

Но сегодня она без бутафории — всё естественно и прекрасно на миллион процентов.

На ней белое платье, подчёркивающее узкую талию и округлые бёдра, с длинной юбкой, переходящей в шлейф. Её плечи открыты, и такая нежная шейка, на которой красуется колье из белого золота и бриллиантов, — это мой подарок ей на свадьбу вместе с серьгами в комплекте. Голову и плечи покрывает лёгкая фата, плавно сливающаяся со шлейфом от платья. А в волосах, убранных в аккуратную причёску, видны две лилии и веточки гипсофилы — как и у меня в бутоньерке.

Она настолько элегантна, что впору её короновать.

Никакой вычурности, никаких мещанских атрибутов, которые меня всегда бесили в нарядах невест на свадьбах, где я побывал за свою жизнь. Нет кружев, страз, кричащих воланов и рюш — это не про Дарью… Она безумно хороша. Люблю свою девочку и очень горд ею!

Даша

Передо мной — белая дорожка, по бокам украшенная вазонами с лилиями и горящими свечами в высоких стеклянных подсвечниках. Гости сидят по правую и левую руку, их очень много, но я не замечаю никого, кроме него.