Чтение онлайн

Впрочем, понятно, откуда.

Она.

Катя.

9.3

*

Катя не узнавала себя. Отправить селфи мужчине. В белье. Она в жизни никогда такого не делала! А тут осознать не успела - как пальцы сами все сделали. Конечно, ее грехопадение было обусловлено еще и тем, что сообщения Кира застали ее в белье.

Катя видела, как он на нее смотрел. На нее многие так смотрели, но ей это было большей частью все равно, лишь изредка грело самолюбие. А в случае с Кириллом ей вдруг остро захотелось сказать спасибо родителям за свои внешние данные. Свою наружность Катя всегда воспринимала как нечто само собой разумеющееся. И умом понимала, что красива, но для нее это было скорее удобно, чем что-нибудь еще. Удобно быть здоровой красивой, обеспеченной. И сейчас вдруг Катерина осознала, что, по крайней мере, красота может дать ей что-то... важное? Нужное - так точнее.

В глубины психоанализа Катя лезть не стал, отрицать очевидное - тоже. Кирилл ей нужен - это тот единственный вывод, который она пока могла сделать. Нужен. В каком качестве - это она обдумает потом. Пока - нужен, и точка.

А она ему понравилась. Внешне - точно. Значит, надо задействовать весь арсенал, какой имеется.

Поэтому, когда пиликнул телефон, Катерина примеряла очередной комплект белья. Подбирая, чем бы еще изумить господина дипломата. Сегодня-то она явно не подготовилась, но в следующий раз...

Спустя десять минут Катя с идиотской улыбкой и в белом кружевном белье лежала на кровати.

А следующий раз - уже завтра.

*

Назавтра кофе они так и не выпили. И послезавтра - тоже. Все, чем они занимались - это пили друг друга. И не могли напиться.

Налюбоваться.

Он смотрел на нее и все никак не мог поверить. В это. В свое счастье или везение. В то, что это все - его. Впервые вдруг настигла чисто мужская и глупая по сути гордость - когда идешь по улице с девушкой и на тебя смотрят завистливо. И идиотски хочется выкатить грудь и надуть щеки. И напрячь бицепс заодно. Но-но, это - мое!

Но она красивая. Такая красивая, что эта мысль по-прежнему сбивает с ног. И делает неправильно счастливым. Работа выполняется на автопилоте и бодро, лишь бы ее сделать побыстрее. Все время - ей, Кате.

А Кате все никак не могло повериться, что он здесь. Тот, кто непостижимым образом поселился в ее мыслях - еще до известия о беременности. Тот, кто ее спас. Что он здесь, с ней.

Что он такой красивый. Необыкновенный.

Она запретила себе закрывать глаза. И смотрела - насмотреться не могла. Как натягивается кожа на ключицах. Как бугрятся мышцы на руках, когда он не дает себе навалиться на нее. Как темнеют глаза, набухая совсем грозовыми осенними тучами.

И как он смотрит на нее.

Как смотрит.

Господи и папа с мамой, спасибо, что создали меня красивой!

*

Они пытались разнообразить культурный досуг. Кир даже свозил Катю в Переделкино, показать дома Аркаши. Честность в личностных отношениях Кир ценил больше всего, и поэтому рассказал и о том, что бегемот не его, а брата, и что вот дача брата же. А вот мы мимо проезжаем мимо дачи Рождественского. Да-да, той самой. И храм вот, смотри... мучительно вспоминая, что ему Аркаша втирал про этот храм и эмалевые изразцы на куполах - Аркаша ведь давал денег на строительство храма.

Но все их попытки сводились к одному. К шелесту половинок штор. Этот то, в чем они нуждались острее всего оба, и пока эта жажда не утолена, ни о чем другом было невозможно говорить.

9.4

*

– Катюша, у нас сегодня Соловьев гостил, такое чудо сотворил на кухне...
– жизнерадостно начал Тихомиров, приветствуя вернувшуюся домой дочь. И замолчал.

– Спасибо, па, я не голодна, - Катерина с отсутствующим и мечтательным видом проплыла мимо отца в направлении своей комнаты. Родители проводили ее дружным и недоуменным взглядом.

– Так, что с нашей принцессой?
– нахмурила брови Дарья.

– Ты как первый раз замужем!
– Тихомиров обнял жену за плечи. Она лишь хмыкнула.
– Влюбилась дщерь наша.

– А он?
– после паузы спросила жена.

– А у него есть голова, на голове - глаза. Без вариантов.

– Думаешь...
– Дарья пристроила мужу голову на плечо, - у них уже все хорошо?

– Ну, прямо сейчас еще не совсем уж все. Необходимо же исполнить ритуал, повыносить друг другу мозг, выпить пару литров крови.

– Думаешь, это необходимо?

– Это у вас генетически заложено!
– ответно фыркнул Тихомиров.

– У нас?!
– Дарья с удивлением подняла голову с плеча мужа.

– У вас!
– передразнил он.
– Тебе напомнить, как ты меня мучила и истязала, пока не согласилась?

– Я?!
– Дарья возмущенно уперла руки в бедра.
– Тебе напомнить, кто сделал первый шаг? Кто пришел к тебе, когда ты все никак не мог решиться?!

– Я?!
– Тихомиров синхронно упер руки в бедра. А потом расхохотался. Смех у него с возрастом не менялся, может, стал чуть ниже. И еще больше задевал какие-то струны в душе.
– Хорошо, милая, как скажешь.
– Снова обнял жену.
– Мне такая интерпретация событий даже нравится. Пришла и соблазнила неумелого и робкого мальчика, умница моя.

– Да-да, все так и было, - закивала Дарья, улыбаясь. Странно, но, даже имея двух взрослых детей и статус представителей третьего поколения, некоторые события все равно воспринимаешь так, будто они были вчера. Будто вчера шагнула через порог и обняла, прижимаясь ладонями к спине.
– Но, послушай, все эти ритуальные танцы... Кате нельзя волноваться, помнишь?

– А вот это, матушка, на твой контроль, - Дмитрий крепче обнял жену. И они так и стояли какое-то время, обнявшись. Слова лишь облекали то, что они оба чувствовали, как единый организм.

Послание десятое. Вопросы есть? Вопросов нет!

Ни к кому и никогда в своей жизни Катерина Тихомирова не испытывала такого острого и жгучего интереса. Ей хотелось знать о нем все. Но ограничивалась большей частью наблюдениями.

Как двигается, разговаривает, улыбается, варит кофе. Как смотрит на нее и как говорит. Как раздевает ее и как раздевается сам. Как дышит и как целует. И вообще - все-все высматривала, выслушивала, впитывала как губка.

И все больше приходила к выводу, что он ей тогда, в Африке соврал. Необыкновенный. Ну совершенно необыкновенный.

Умница - Надин была права на все сто процентов. Гораздо умнее, чем Катя - впрочем, ее это не слишком волновало, в этом отношении Катя придерживалась патриархальной системы взглядов. Мужчина должен быть умнее женщины. Или хотя бы должен быть в этом уверенным.

Но Кир был умным без «или». Острый аналитический ум, быстрый, мгновенно схватывающий и анализирующий любую ситуацию. Это сказывалось даже в бытовых житейских мелочах. Свободное владение несколькими иностранными языками, которое он сам воспринимал как нечто обыкновенное. Мягкое чувство юмора. Катя от всего этого откровенно млела, особенно от интеллекта. Никогда бы не подумала, что умные мужчины - это так привлекательно. Может, ей и не попадались раньше такие?