Чтение онлайн

Не выдержав, Ник встал и пошел на кухню. Приготовив черный кофе по-турецки, присел за стол и, маленькими глотками потягивая напиток, призадумался.

Зря он так вспылил. Но переход от счастья, даже блаженства, в котором он находился, к жестокой действительности оказался для него непосильным. Надо было, наверное, еще с ней поиграть — выслушать ее просьбу, даже согласиться для виду, но сделать все по-своему. Тогда он мог бы провести с ней целое воскресенье, и даже ночь на понедельник. Пусть это было бы и не совсем порядочно, но разве он не имеет права адекватно ответить этой парочке, разрушив их постыдный замысел?

Но он не сдержался — вернее, просто физически не смог подавить в себе боль и гнев, завладевшие им в то мгновение, когда он понял, что сейчас произойдет. Что ж, он ни о чем не жалеет. Жалеть надо этой беспринципной Джоанне, если это ее настоящее имя, конечно. Пусть впредь сто раз подумает, прежде чем использовать свой недюжинный артистический талант и женскую привлекательность. Как известно, и на старуху бывает проруха…

Ник разложил по полочкам и свое, и ее поведение, сто раз нашел оправдания себе и даже пару раз ей, когда, случайно повернув голову к окну, увидел посветлевшее небо. Ночь прошла, а он и не заметил.

Перед последним совещанием Дэниел Николас Тайлер, как обычно, был спокоен и подтянут, или по крайней мере казался таковым. Его немного подводили темные тени под глазами, вызывающие у адвокатов понимающие усмешки. Казалось, они вслух говорили: что ж, дело молодое… Его оппонент, если можно было так назвать Джулиуса Бэрда, наоборот, был бледен, чем-то изрядно расстроен и, что для него было действительно крайне необычно, несколько помят.

Глядя на него, Ник прекрасно понимал его состояние — ведь тот считал, что все на мази, что он вот-вот с помощью своей любовницы отхватит приличный куш, а тут такой облом. Но что-то мешало Нику почувствовать себя победителем. Наоборот, на душе было так противно, будто он сам был повинен в чем-то очень неприятном.

Пытаясь взбодриться, Ник надменно улыбнулся бледному Бэрду и спросил:

— Ну что, у вас будут еще предложения?

Тот уныло передернул плечами, признавая свое поражение, и Ник повернулся к ожидающим их решения адвокатам.

— Я думаю, можно приступить к процедуре подписания.

Те достали заранее подготовленные листы договора, и стороны по очереди принялись скреплять своими подписями каждую страницу, передавая их Тайлеру. Дойдя до последней, где была проставлена сумма, Ник немного помедлил и вдруг, неожиданно не только для своих адвокатов, но и для себя, жирной чертой зачеркнул ее и указал сверху на два миллиона больше.

Все зашумели, не понимая, что произошло, но он спокойно произнес:

— Ничего страшного, я решил, что завод вполне стоит этих денег.

Джулиус с благодарностью посмотрел на него и еле вымолвил неслушающимися губами:

— Спасибо!

Адвокаты Бэрда тоже принялись его благодарить, почему-то особо напирая на его благородство, тогда как адвокаты Тайлера угрюмо молчали, воспринимая его уступку как личное поражение.

Старший из них, Ли Брэдли, пожал плечами и холодно предупредил непредсказуемого клиента:

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, Тайлер. Ник и сам не понимал толком, для чего это сделал, но вида не показывал. Что сделано, то сделано Пара миллионов для него и в самом деле незначительная сумма. Скрепили завершившуюся сделку рукопожатиями и открыли бутылку шампанского. Джулиус был все так же уныл и растерян, казалось, что его не особо обрадовала столь желанная для него сумма. Немного отойдя с ним в сторону, Ник отсалютовал ему полным бокалом и иронично спросил:

— Что ж, надеюсь, вы понимаете, что заработали эту пару миллионов лишь благодаря самоотверженности Джоанны?

Тот тупо посмотрел на него, ничего не понимая.

— При чем тут Джоанна?

Ник скорчил укоризненную гримасу.

— Она старательно выполнила ваше указание сделать все, чтобы сумма сделки была повышена. Как и было велено, она очень старалась…

Джулиус дернул на себе галстук, глотнул так, будто у него в горле застряла кость, и, прохрипев:

— Извините, мне нужно уехать! — выскочил из комнаты.

Ник с видом превосходства посмотрел ему вслед, поднес ко рту шампанское и сделал глоток. Колючие иголочки закололи в горле и почему-то в глазах, вызывая у него досаду на самого себя. К нему снова, как на приеме Нельсонов, подошел Стэффорд. С энтузиазмом потряс его руку, говоря:

— Вы очень благородно поступили, пожертвовав Бэрду деньги. Так бы он их не принял, но под видом сделки… Думаю, он очень вам благодарен, ведь лечение сестры выльется в весьма кругленькую сумму…

Ник непонимающе уставился на него.

— Какой сестры?

Стэффорд удивился.

— Вы что, не знаете, что его сестра попала в аварию?

У Ника панически сжалось сердце.

— Как зовут сестру?

— Джоанна Бэрд.

Ник поставил бокал с шампанским на журнальный столик, выплеснув половину. Медленно сосчитал до десяти, чтобы голос не сорвался и не выдал его.

— Что случилось конкретно?

— Она ехала из города в свой поселок поздно ночью. Не знаю уж зачем, обычно она такого не делает. Джоанна человек очень благоразумный, я бы даже сказал — пугливый. Но в ту ночь что-то погнало ее за город, возможно к брату в дедовский дом, хотя она вот уже полгода живет в Ливерпуле. Похоже, превысила скорость и не справилась с управлением, потому что других причин полиция не находит — шоссе было пустынным, дождя не было. В общем, она врезалась в бетонное ограждение. Ее спасла вовремя сработавшая подушка безопасности. Да еще повезло, что ехавший мимо дорожный патруль успел вытащить ее из машины буквально за секунду до взрыва.

Ник перекосился. Он еще не до конца осознал, что же произошло. Почему-то мозг соображал крайне медленно, будто его набили ватой. Боясь признаться себе, кто на самом деле виновен в этой аварии, Ник устремил пустой взгляд вдаль, будто надеялся увидеть там Джоанну живой и невредимой. Стэффорд терпеливо ждал продолжения, видя, что Тайлер явно не в себе. У него даже мелькнула мысль, что тот знаком с Джоанной куда ближе, чем он предполагал. Но почему тогда Николас не знал, что Джоанна — сестра Джулиуса Бэрда?

Но вот, с трудом затолкнув в легкие воздух, Ник хрипло спросил:

— Когда это случилось?

Ответ оказался убийственным:

— В ночь на воскресенье.

Нику по-настоящему стало плохо. Неужели это его вина? Но он же отправил ее домой на такси. Неужели она взяла свою машину и погнала к брату? Но зачем? Искала сочувствия после его чудовищного обвинения или просто хотела предупредить Джулиуса, что у нее ничего не вышло?.. Но теперь, когда с его глаз упали шоры, он и сам увидел вздорность собственных обвинений. Вряд ли Джоанна сознательно пыталась его одурачить. А что, если и она испытывала к нему то же непреодолимое влечение, что и он к ней? И почему он не дал ей договорить ту роковую фразу? Вполне возможно, она сказала бы ему вовсе не то, что он предполагал…