Чтение онлайн

– Хотела бы я на это посмотреть, - я улыбнулась, проглатывая комок в горле, который мешал говорить.

– Испачкай и посмотришь, - дерзкий и смешной врач – он мне таким нравился. Я бы не отказалась иметь такого друга, который бы меня вытягивал из пропасти разочарования.

– Можно будет иногда приходить?

– Я не выполняю функцию подушки, - я взглянула на него, - и одеяла тоже. Поговорить можно, но плакать лучше в туалете, чтобы никто не видел этого. Все думают, что когда они плачут, они красивые. Крупнейшее заблуждение.

– Ещё немного и всё. Я быстро отхожу, - утёрла веки и почти не потёкшую тушь. – Сюда приходить, если что?

– Лучше звони мне сначала. В какие-то дни у меня бывает большой наплыв людей, и я физически не смогу уделить тебе время, - он положил руки мне на плечи, по-дружески договариваясь со мной о встрече.

– Телефон твой мне где взять?

– Я же оставил визитки на столе. Ты не додумалась взять? Идея с тем, чтобы ходить ко мне на консультации, к тебе пришла после того, как ты ушла от стола больше, чем на метр? – издевается. Но от этих издевательств мне не обидно - мне становится лучше. – В регистратуре спросишь. Только подходи к молоденькой, а то дамы бальзаковского возраста считают меня тайно влюблённым в них всех сразу. Не будем подрывать мой и без того трудный авторитет в их глазах.

Я молча кивнула и улыбнулась. Комок в горле, уже остаток эмоций, всё ещё мешал говорить. Он видел это и терпел. Сам решил проводить меня к выходу, чтобы я не потерялась. Предложил помощь. Дал номер телефона записать так, без визитки.

– Не думай о том, почему я так забочусь о тебе. Принимай это как должное, - он приобнял меня за плечо и поймал взгляд.

– Тебе не впервой быть антиподом Егора? – я не могла долго смотреть в глаза. До сих пор было трудно признаться вслух, что этот садист мне нравится.

– И это тоже, - уклончиво говорил Ярик, поворачивая на последней лестничной площадке.

– Много было таких?

– Это не то, что я хотел бы тебе рассказать, - он смотрел вперёд.

– Тогда зачем мне всё это рассказывала Аня? Ты ведь слышал, что она говорила. К чему всё это было? – я закусила губу, но было поздно. Словесный поток, все мысли, уже выходили. – Чтобы отвадить меня от Егора? Или чтобы я поставила крест на нём? Что за вздор! С каких пор такими словами можно заставить отпустить человека? С каких пор такими методами вообще пользуются?

– Высказалась? – он сбросил руку и остановился позади меня, тогда как я сделала немного шагов и прошла вперёд.

– Нет, - но язык прикусила до того сильно, что он противно заколол.

– В письменном виде изложи и принеси мне в следующий раз, - до того противное спокойствие у него было, что мне хотелось ударить его и разрушить эту, кажущуюся мне иллюзорной, маску благоразумия.

– А если я не приду?

– Мне меньше проблем. Не люблю возиться с подростковыми проблемами, так что ты облегчишь мне жизнь, - он выглядел не суровым. Он был до того прост, искренен, что у меня и в мыслях не возникало мысли о лицемерии. – Такой ответ устроит?

– Устроит, - я поняла, что проиграла эту партию, но никакого разочарования не чувствовала. Любопытство. Он заставил меня ощутить непритворное любопытство.

– Не в моей манере так отвечать, но только на неё ты обращаешь внимание, - что? – Уж прости, не удержался проверить свои заметки в действии.

– Проверить? Я что, подопытная? – во мне закипал гнев. Ещё бы.

– Ты моя знакомая, чуть больше обычного прохожего. Плюс, я хотел понять, в чём твоя особенность. И понял, - Ярик был похож на довольного кота, который получил то, что хотел. – Не поверишь, но теперь мне ещё интереснее.

– Ты же понял, что я за фрукт. К чему ещё этот интерес? – я до сих пор дымила, но уже приобретала признаки штиля.

– Считай, что это профессиональное, - он ухищрённо улыбнулся. – А насчёт Ани – она просто не любит Егора и жалеет всех девушек, которые оказывались в радиусе действия его чар.

– И это жалость, по-твоему? Болезненная она какая-то, - я сморщила лицо. – И что значит «не любит»?

– Ты говоришь, что ты не ребёнок, а до сих пор делишь мир на чёрное и белое. Все вещи приносят боль. Под разным углом посмотри на них и поймёшь. Жалость не обязательно тёплая. А любовь не обязательно красивая. Даже влюблённость не может быть приятной. А в твоем случае ничего хорошего вообще ждать не стоит, - он дёрнул меня за ухо и улыбнулся.

– Я не ребёнок. Просто у меня ещё не сформировалось мировоззрение. И в этом…

– Давай обойдёмся без оправданий. Они сейчас никому не нужны, - он взмахнул головой и перевёл взгляд на пробегающих мимо медсестёр. – Ты не выросла для таких отношений. И я не про физиологию.

– Но…

– Ты морально не готова идти за человеком. Ты, может, и отвечаешь за себя, но не способна наступить себе на горло и действовать в угоду чужим интересам. Серьёзные отношения – это не телесная близость. И не духовная. Это отсутствие духовности своей, собственной.

– Как это?

– Человек, в котором ты растворяешься, но при этом остаёшься собой – самый редкий вид отношений, но все стремятся к нему. Это как идеал, недостижимо, невозможно, но никто не запрещал идти к этому.

Ярослав выглядел немного взрослее сейчас. Словно год опыта лёг ему на лицо тенью. Без грусти, радости – его выражение было никаким. Единственное, что читалось в нём сейчас – мудрость. Какая-то своя человеческая мудрость. Мне стало неудобно в этом теле быть, словно оно не моё. Я не готова к серьёзным отношениям. Сколько себя помню, никогда не задумывалась над тем, что включают в себя эти отношения. Что это вообще такое. Какого окраса придаёт этому слову эпитет «серьёзные».

– У тебя были подобные отношения? – успокоив собственную гордыню и досаду, я всё-таки рискнула спросить. Не то, чтобы я рассчитывала на совет: он мне и так помог.

– Были.

– И почему они прекратились? – я перевела взгляд на Ярика и пожалела, что задала этот вопрос. Нет, он скрывал свои эмоции, только его безучастное лицо мне не понравилось. Словно часть его боли, собственной, причинённой им самим, пролезла сквозь кожу наружу.

– Я оказался не готов к таким отношениям, - он моргнул несколько раз и улыбнулся уголками губ, справляясь с собственными тараканами.

– А сейчас?

– Не уверен, - он посмотрел на меня и улыбнулся, показывая, что разговор на эту тему пора прекратить. – Мы задерживаемся. Аня подумает, что я тебе что-то лишнее говорю тут. Идём.

– Всё наладится, - это единственное, что я могла выдавить из себя. Ярик не смотрел на меня, он шёл рядом и улыбался пробегающим рядом медсёстрам, перебрасываясь с ними парой фраз.
– Мне кажется, что ты хороший человек.

– Ты такой ребёнок ещё, - он ухмыльнулся. – Считаешь людей хорошими, чувствуешь сердцем и смотришь на мир сквозь очки.