Чтение онлайн

– Да, - я кивнула, снимая с себя верхнюю одежду и так же развешивая её на вешалке. – Вид у вас не очень.

– Речь не обо мне, - отмахнулся пренебрежительно, доставая из тумбочки сахарницу. – С чем пожаловала, если пришла без домашки?

– Спасибо, - решила начать с чего-то положительного и оказалась права: Ярослав отвлёкся от чая и взглянул на меня. – Вы были правы. Серьёзная игра заводит его сильнее.

– Боюсь спрашивать, как это выяснила, - этот юмор был вовсе не злым, хотя говорил он совершенно спокойно, но без улыбки. – Надеюсь, мне не придётся вытягивать из тебя подробности, как в прошлый раз.

– Я же сама пришла, - я легко улыбнулась, не сводя тёплого взгляда с психотерапевта. Почему-то мне хотелось подарить ему кусочек тепла. Чувствовала, что нуждается в нём. По телу прошёл едва ощутимый разряд тока, когда Ярослав смотрел на мои губы. На мою улыбку. – Расскажу всё сама, но я стесняюсь.

– Катерина, - он развернулся спиной, заливая кипяток в чашки с заваркой, - ты пришла добровольно говорить то, что считаешь нужным. Но учти, я не увижу всей картины, а значит подумай, на что ты вообще рассчитываешь, - он вздохнул и поставил чашки на свой стол, оборачиваясь ко мне. – Мне надоело это повторять.

– Он поцеловал меня в щечку, - я потянулась за чашкой чая и слегка обожгла пальцы. Горячая. И умолчала о подробностях, о том, что было после. Тсс. – Меня, а не Лену. Видел меня, а не её. Это как бы победа.

– Сомнительная, - грузом опустились на мои плечи его слова. – Егор – игрок. Не мне тебе говорить об этом. Ты уже знатно испытала это на своей шкуре. Ничему не учишься, а вроде бы отличница.

– Дело не в этом, - спокойно, Катерина, спокойно. Верь в себя. – Мне не важно, играл он или нет, притворялся или нет, видел меня или Лену. Я хочу принять этот знак как импульс к изменениям. Мне проще будет успокоиться, зная, что я исправила одну несправедливость.

– То есть тебя злило то, что Егор видел в тебе Лену? И всё? – сделал небольшой глоток, пронзительно глядя на меня. – Считаешь, что не влюблена и не зависима от него?

– Я не говорю, что не влюблена. Но да, меня злило, что меня не замечают, - проблемы в детстве, знаю. Фрейдизм.

– Похоже, ты сама знаешь, откуда ноги у этого поступка растут, - впервые за сегодня Ярослав расслабился. Плечи опустились, глубокий выдох, лёгкая улыбка и спокойный взгляд.

Конечно, я знала. Про Фрейда много слышала, читала его работы тезисно. То, что поняла, запомнила.

– Зачем ты ко мне пришла? – похоже, что с ним действительно что-то не так. – Не похоже, что тебе нужно чужое мнение. Ты сама всё решила для себя.

– Вы правы, - я согласно кивнула и улыбнулась. – Мне нужно было услышать свои слова вслух.

Ярослав улыбнулся, откинулся в кресле, слегка запрокинув голову. Свет падал, выделяя его кадык, скулы, отточенный подбородок. Прекрасные черты лица. Между нами повисло молчание. Он прикрыл глаза. Пальцы поглаживали ручку чашки, а на губах играла лёгкая улыбка. Похоже, предавался воспоминаниям. Где-то в больнице раздавались болтовня и шум, но, похоже, в его голове сейчас играла совсем другая пьеса. Музыка. Разговоры. Взгляды и картины. Не хотела разрушать эту идиллию. Надо признать, я даже любовалась им, сидя напротив, допивая остатки своего чая. Он такой же, как этот чай. Тёплый, приятный, немного горьковат, но вкус всё равно отличный.

– Катерина, - он прервал наше молчание, которое ни капли не давило на уши, - знаешь, в чём минус работы психотерапевта?

– Вы анализируете слова всех людей вокруг, их походку, осанку, взгляды, жесты, мимику? – это была догадка, но очень объективная. Я была уверена, что хоть один пункт – правилен.

– Примерно, - он усмехнулся тепло, ставя чашку на стол и снова откидываясь в кресле, но уже смотрел на меня. – Не можешь расслабиться, когда это нужно.

– Разве вы не умеете выключать сознание, там, мозги, мысли? – откровенный бред несу, потому что не сильна в этой терминологии ещё. Ярослав улыбается – его явно потешил мой вопрос.

– Умею, но бывают такие случаи, когда сделать это очень трудно, - вот теперь мне не нравилась эта его улыбка. Он уж слишком приятный, приторный даже. Что-то не так.

– Я не психотерапевт, даже не врач, и не взрослая, - говорила медленно и отрывисто, чтобы он успевал распробовать на вкус все слова, - но, может, вы скажете, что с вами происходит? Чувствую, что вас что-то беспокоит. Понимаю, это не моё дело…

– Мне приятна твоя забота, - он снова расслабился. Я думала, что он и так расслаблен. Похоже, мне не удаётся улавливать, когда он напрягается. Это незаметно для меня происходит. – Но эти вечные «чувствую» от женщин мне порядком надоели.

– Если вам тяжело, можете рассказать мне, - «тимуровец» из меня слабенький, но я хочу ему помочь, Ярославу. – Пусть я и не давала клятву Гиппократа, не врач, но всё равно хочу вам как-то помочь.

– Не стоит тебе вмешиваться в это, но спасибо за предложение, - он уставший, действительно уставший. Ему тяжело и непросто.

– Я вмешалась в отношения двоих завязанных друг на друге высокомерных людишек – мне море по колено, - захохотала, удивляясь собственному оптимизму. Наверное, это всё для Ярослава делается.

– Это точно, - он тоже улыбнулся. – Ты права, мне нужна помощь. Но вряд ли ты сможешь справиться. Тебе всего семнадцать.

– Между прочим, меньше чем через месяц, будет восемнадцать, - это было смешно, как цыплёнок, который хвастается ещё не выросшим хохолком.

– Да уж, это многое меняет, - он встал из-за стола, обошёл его и, пройдя мимо меня, потрепал по волосам. – Ты добрая, оказывается.

– Вы тоже, - я вскинула голову и улыбнулась ему с неподдельным блеском в глазах. – Поэтому мне так хочется вам помогать.

– Аккуратнее, Катерина, - он резче, чем надо, убрал руку и отошёл к какой-то из своих полок с папками, - я тоже человек, и мне не чужды чувства.

– Вы на что намекаете? – я с прищуром уставилась в его спину, потому что лицом ко мне поворачиваться он не хотел. И улыбалась. Чувствовала подвох.

– Ни на что, - врёте, Ярослав, врёте. Вы ведь хотели сказать, что тоже мужчина, вам не чужды чувства симпатии. Приятно, что я могу нравиться ему. Он же хороший человек. Симпатичен мне. Если бы не Егор, уверена, что могла бы подбивать клинья к нему.

– Можете не говорить, - улыбка. – Я, как вы сказали, отличница, понимаю всё и так. Умею читать между строк… Как только мне исполнится восемнадцать, может, сходите со мной на свидание, а?

– Катерина, - чуть серьёзнее интонация, грубее, старше. Но это не отец и не брат. Он не пожурить меня хочет, а одёрнуть, чтобы не завладеть моими мыслями. Хотя, откровенно говоря, лучше он, чем Егор.

– Знаю, что с пациентами нельзя устраивать личные встречи, - я кивнула согласно, но на самом деле не была согласна.