Когда любовь становится игрой
Шрифт:
– Ты спишь? Прости, что разбудила, но я не могла молчать! – выпалила я, едва услышав ее "Алло", переполненная эмоциями.
– Что случилось? Говори, не томи, – пробормотала подруга, окончательно просыпаясь, чувствуя мою взволнованность.
И я рассказала ей все, не утаивая ни одной детали, ни одного ощущения, словно исповедовалась в церкви. О том, как Артур сначала пугал меня, а потом покорил своим напором и нежностью. О том, как мое тело откликалось на каждое его прикосновение, и как я чувствовала себя самой счастливой женщиной на свете и желанной. Света слушала молча, лишь изредка издавая восхищенные вздохи, представляя себя на моем месте.
А когда я закончила, она восторженно воскликнула: – Боже, я так рада за тебя! Ты заслуживаешь этого счастья! Главное, будь осторожна и не теряй голову, помни о последствиях.
Какое-то время я еще поговорила с подругой, обсуждая предстоящую поездку в Абхазию, куда она с детьми собирается на несколько дней, их туда повезет Армен. Обмолвилась, что ей звонил ее бывший муж, после того случая мы с ней практически не разговаривали о нем, думали, что когда полиция его увезла, он на этом успокоится, похоже, что нет, его ненависть не знает границ. Мы сами себя успокаивали, но пока подруга находится в Сочи, ему трудно будет ее найти, он будет бессилен.
Ночь неумолимо двигалась к своему завершению, поэтому, приняв душ, смыв с себя остатки страсти, я умостилась в теплую постель, как вдруг услышала звук смс:
"приятных снов, милая Зоя" – написал Артур, словно читая мои мысли.
"и тебе, приятных снов", – ответила я, прежде чем уснула, убаюканная воспоминаниями о нашей близости.
Утро встретило меня ярким солнечным светом, пробивающимся сквозь неплотно задернутые шторы. В голове витали обрывки воспоминаний, заставляя невольно улыбаться.
Телефон, лежащий на прикроватной тумбочке, вибрировал, сообщая о новом сообщении.
"Доброе утро, соня. Как спалось?" – гласило сообщение от Артура. Мое сердце забилось быстрее.
"Прекрасно! А тебе?" – ответила я, не в силах скрыть радость в голосе.
День пролетел в суете дел, но мысли постоянно возвращались к Артуру, сегодня его не было на лекциях.
" видимо сегодня он решил прогулять, устал наверное" - шипел внутренний голос от негодования.
Целый день, он не давал о себе забыть, каждое его сообщение вызывали трепетное волнение. Вечером, после работы, меня ждал сюрприз: Артур прислал курьера с огромным букетом моих любимых цветов. К букету прилагалась записка:
"Жду тебя сегодня в восемь. Будь готова к новым приключениям".
Глава 16.
Глава 16.
Глава 16.
Восемь вечера растекались тягучим предчувствием. Я, словно алхимик, колдовала перед зеркалом, шлифуя отражение до ослепительного сияния. Звонок в дверь, словно дерзкий выстрел в ночной тиши, заставил сердце встрепенуться испуганной птахой в грудной клетке. На пороге стоял Артур, и в уголках его губ таилась дразнящая, как опасный секрет, улыбка. Он бережно, словно хрупкую драгоценность, взял мою ладонь в свою, и мы растворились в объятиях ночи.
– Куда? – вопрос сорвался шепотом, а молчание в ответ обернулось сладостной пыткой, разжигающей любопытство. Лишь ускользающая тень улыбки играла на его лице.
"Кто ты, ангел во плоти или демон, скрывающийся под маской добродетели?" – шептал внутренний голос, полный настороженности.
И вот мы в укромном гнездышке ресторана. Столик утопал в нежном мерцании свечей, а воздух был пропитан томным ароматом роз. Легкая музыка, словно шелковый шарф, ласкала слух. Артур был воплощением галантности и внимания, окружал меня заботой, словно королеву, возведенную на трон его сердца.
Он рассказывал о себе, о мечте, погребенной под тяжестью отцовских амбиций: о ГИТИСе, о магии сцены, о жизни, посвященной искусству. Но отец, властный и непреклонный, настоял на экономическом образовании, на передаче "детища", взращенного в бурные девяностые. И Артур, хоть и сопротивлялся, уступил, принеся мечту в жертву сыновнему долгу.
– Почему тебя отчислили? – вопрос вырвался непроизвольно, словно камень, сорвавшийся со скалы, нарушив хрупкую идиллию.
– Не хочу об этом, – отрезал Артур, и в его голосе прозвучала глухая тень. – Неприятная история. Давай лучше выпьем за наш прекрасный вечер.
"Смутные сомнения терзают меня", – продолжал шептать внутренний голос, отравляя разум ядом подозрения.
Я сделала вид, что удовлетворена ответом, но зерно сомнения уже проросло в душе колючим сорняком. Слишком идеальным казался Артур, слишком гладко лилась беседа. Словно он тщательно выверял каждый свой жест, каждое слово, словно играл заученную роль. А эта история с отчислением… она зияла темной пропастью, не дающей покоя. Внутренний голос настойчиво кричал о фальши, о тщательно скрываемой правде.
Вечер продолжался, и Артур не переставал очаровывать. Он рассказывал о далеких путешествиях, о любимых книгах. Но я видела, как его глаза избегали моего взгляда, как напряжены его плечи. Под маской безупречности скрывалось что-то, что он отчаянно пытался скрыть.
«Ну, надо же, какой эрудит, – иронично шептал внутренний голос, – а с виду и не скажешь, я-то думала, что он только одним местом работать умеет, ну ладно еще языком».
После ужина он предложил прогуляться по ночному городу. Полная луна, словно серебряное око, следила за нами с высоты, создавая мистическую атмосферу. Артур взял меня за руку, и я почувствовала, как по коже пробежали мурашки. Но не от нежности, а от внезапного, леденящего предчувствия. В его прикосновении не было тепла, лишь холодная, просчитанная расчетливость.
– Малышка Зоя, прошу, доверяй мне, – неожиданно сказал он и коснулся моих губ поцелуем.
– Ты что-то скрываешь от меня? – ответила я, отстраняясь. – Зачем ты это говоришь?
В ответ Артур молчал, и его губы вновь тронула эта неуловимая, загадочная улыбка.
Мы шли по городу в тишине, и молчание давило на плечи, как тяжелый груз. – Может, вернемся к машине? – предложила я, чувствуя, как напряжение внутри меня достигает критической отметки.
– Конечно, – услышала я в ответ.
«Что-то должно произойти, я это чувствую», – прошептал внутренний голос.
Спустя какое-то время мы были уже в машине, Артур держал меня за руку, изредка поглядывая на меня.
– Как только тебя увидела, я поняла, что ты не отступишь, – зачем-то я сказала, – твой взгляд одновременно и пугал, и манил.
«Ага, сейчас еще признайся ему в любви», – язвительно прокомментировал внутренний голос.
– Ты мне сразу понравилась, – ответил Артур, – Леди-Лед, которая манит своим холодом, и которую хочется отогреть.