Чтение онлайн

— Конечно, — улыбаюсь я ему, когда он медленно двигает руки к моему полотенцу. — Что ты делаешь? — в моем дрожащем голосе слышался страх.

— Тебе придется довериться мне, хорошо?

— Хорошо... — мой голос затихает, когда я смотрю в его глаза, как будто они хранят секреты, которые я ищу. Мой голос полон опасений. Я не смею разорвать зрительный контакт в страхе потерять все, что хочу от незнания, что мне нужно. Я чувствую, как его руки задерживаются на моем полотенце намеренно медленным движением.

Грэм одной сильной рукой держит меня за бедро, удерживая на месте. Он думает, что я буду уклоняться от его прикосновений, но не понимает, что я не способна двигаться, даже если захочу. Я чувствую физическое влечение к нему. Разрыв любого контакта будет только жестокой пыткой для самой себя. Его свободная рука опускается чуть выше моей груди, где он позволяет своему мизинцу задержаться достаточно низко, чтобы потереть кожу под тканью полотенца, которое разделяет нас.

Пытаться объяснить каково это, когда Грэм смотрит на меня так, как сейчас, невозможно. Нанизывать слова, чтобы выразить, как он заставляет меня чувствовать себя – безнадежно. Никто не в состоянии понять, чем наши взгляды обмениваются друг с другом. Заверение с моей стороны, что я принимаю все, что произойдет дальше, и его чистая внимательность. Каждое простое и сложное движение он делает, чтобы убедиться, что я чувствую себя свободно в его объятиях.

Грэм, которого я вижу перед собой не тот, каким его знают. Для большинства он суров и слишком самоуверен для своего же блага. Тот, кого я имею честь знать, мягкий и подлинный. Он ставит мои потребности выше своих собственных и делает приоритетом обеспечение моего полного комфорта. Мне нравится, что не все знают эту его сторону, как будто она предназначена только для меня.

Я закрываю глаза на долю секунды, делая столь необходимый глубокий вдох, пытаясь успокоить нервы. Открываю их снова с новым пониманием того, чего хочу и наблюдаю, как его рука движется туда, где полотенце спрятано, удерживая его на месте. Всего один палец – это все, что нужно, чтобы избавить меня от полотенца и оставить незащищенной под его пристальным взглядом.

У меня нет времени чувствовать неловкость, пока Грэм смотрит на меня так же, как утром, когда проснулся. Невозможно не чувствовать себя красивой, когда кто-то вроде Грэма смотрит на тебя с таким восхищением. Прежде чем я успеваю сдвинуться хоть на дюйм, Грэм переворачивает меня на спину, накрывая своим телом, пытаясь удержать на руках как можно больше своего веса. Его глаза встречаются с моими, не позволяя мне отвести взгляд. Как будто если он отвернется на долю секунды, я исчезну. Грэм мягко убирает волосы с моего лица.

Мягкие поцелуи начинаются прямо за моим ухом, по телу прокатывается дрожь. Это не остается незамеченным Грэмом, его улыбка становится шире, когда он прокладывает дорожку поцелуев вдоль одной ключицы к другой, не пропуская ни дюйма кожи. Я удовлетворенно закрываю глаза, когда он пробирается на то же самое место, которое вызывает неконтролируемую дрожь.

Я не могу остановить это прежде, чем это произойдет, поскольку чувство снова прокатывается по моему телу, заканчиваясь на кончиках пальцев ног.

— Ты сведешь меня с ума этим, детка, — шепчет Грэм между поцелуями, целуя пальчики на моей правой руке. Я знаю, что мне должно быть стыдно за свою неопытность, ведь Грэм был со многими девушками. Я никогда не смогу сравниться ни с одной из них.

— Грэм... — Я нерешительно пытаюсь остановить его, когда он касается губами моего бедра. Он смотрит на меня, а я смотрю, как парень собственнически кладет свою ладонь на мою голую кожу.

— Ты заслуживаешь восхищения и защиты. Я подвел тебя и собираюсь потратить столько времени, сколько нужно, чтобы доказать тебе, чего ты достойна на самом деле. — Грэм делает паузу, чтобы поцеловать меня в живот чуть ниже пупка.

Я могу только кивнуть ему головой, попытка заговорить невозможна. Грэм со мной честен, я знаю, чего он хочет, и я солгу, если скажу, что не хочу того же. Мне не нужны свечи и лепестки роз, разбросанные по всему полу и кровати, чтобы это было волшебно. Когда я чувствую, как губы парня достигают кожи между моих грудей, то понимаю, что окружение не имеет значения. Важен лишь тот человек, который не торопится, пытаясь стереть с меня каждое чужое прикосновение, которого я не хотела.

Я знаю, что действия Грэма основаны не только на нападении Крейга прошлой ночью. Знаю, что это играет в глубине его сознания. Его взгляд на меня вчера вечером и сегодня утром был таким, словно он собирался сдвинуть горы, если это поможет стереть все мои воспоминания о боли. Парень, который сейчас на мне, может требовать от меня всего, что я могла ему дать.

Не заботясь о том, что произойдет завтра или через день или даже через час, я принимаю решение. Когда оглянусь на этот день, я буду знать, что позволила себе чувствовать то, к чему стоит стремиться до конца времен.

Глава 32

Грэм

Простой взгляд – это все, что нужно. Медленное движение головой, Кеннеди, кивающая мне в молчаливом одобрении. Тишина между нами внезапно становится оглушительной. Я знаю, что это значит для нее. Черт, теперь я знаю, что это значит для меня. Быть чьим-то выбором – значит все.

До Кеннеди я никогда не задумывался о том, насколько важны и последовательны такого рода решения. Это все равно, что дарить подарок, который ты знаешь, что никогда не сможешь вернуть, сожалеешь ты об этом или нет. Как только он исчезнет, пути назад уже не будет.

Когда мои губы возвращаются к губам Кеннеди, я долго и напряженно думаю о том, что это значит. Продолжаю то, что, как я знаю, произойдет, целуя ее, скользя языком по ее губам, получая доступ после того, как проделал дорожку из поцелуев вдоль ее подбородка. Я знаю, что она хочет того же, потому что ее руки блуждают по моей спине, останавливаясь на моих бедрах, когда мой рот снова находит ее, как будто у него есть собственный разум.

Сожаление – это не то, что я буду чувствовать с Кеннеди. Я никогда не пожалею о том, что происходит между нами. Я боюсь, что она будет сожалеть. Не хочу быть тем, кто украдет ее невинность только для того, чтобы потом она поняла, что поторопилась. Я хочу, чтобы она наслаждалась этим всю оставшуюся жизнь. Хочу, чтобы она могла сказать без тени сомнения, что никогда не пожалеет о том, что отдала мне свою девственность. Раньше мне было все равно, и я никогда не принимал это во внимание, когда девушки отдавали ее без раздумий. С Кеннеди, я чувствую... Я начинаю понимать, что с ней я другой.

Руки Кеннеди нетерпеливо двигаются от моих бедер, направляясь туда, где моя эрекция упирается в ее бедро. Я стратегически держу большую часть своего веса подальше от нее. Потеря девственности – достаточно большое дело, поскольку это бывает лишь однажды. Она неопытна и мне не хочется пугать ее до чертиков.

Глаза Кеннеди расширяются, когда она проводит рукой по моему члену. Милая, но озорная улыбка появляется на ее лице, когда она снимает полотенце с моей талии и бросает на пол рядом с кроватью. Ее тяжелое дыхание и сверкающие глаза говорят мне, что все в порядке. Ее глаза светятся доверием. Когда смотрю на нее сверху вниз, не могу представить ее более красивой.