Когда отцветут ирисы
Шрифт:
Мы плавно подошли к магазину и остановились чуть поодаль от входа. Я попытался немного разрядить обстановку и успокоить свою спутницу.
– Может, тебе взять чего-нибудь? – Я вопросительно глянул в её сторону. – Есть хочешь?
– Нет-нет, не надо! – Она разгорячено замотала головой. – Я ничего не хочу.
Я устало вздохнул и направился в сторону входа, девочка медленно плелась за моей спиной. Я купил холодный чай и кислый мармелад, на выходе протянул продукты непонимающей Тане. Она снова замотала головой, ещё усердней прежнего, но я твёрдо сложил сладости в её руки. Казалось, она налилась краской настолько, что сейчас провалится под землю.
– Спасибо… – Девочка прошептала это, не поднимая на меня глаз.
Выйдя из магазина, мы начали медленно обходить нашу улицу. Через некоторое время она немного пришла в себя и продолжила рассказ.
– Сначала отец просто… Орал. – Таня отхлебнула немного чая. – Что никто ничего не понимает, соседи пи… Нехорошие люди, только сплетничают и всё-такое. Что молодежь глупая пошла, ну, классика для него.
Я беззвучно хихикнул.
– Он успокоился потом, мама, наверное, ему травы заварила. – Таня иронично ухмыльнулась. – Он вообще всегда дёрганный и неразговорчивый, ты не обижайся из-за этого. После того, как его друг умер, он совсем в себя ушёл.
Таня говорила о смерти моего отца так буднично, будто в силу возраста ещё не до конца развила чувство такта. Я немного расстроенно отвёл глаза, но она этого не заметила и продолжила.
– Ну так вот… Мама сказала, что-то вроде «Дорогой, ну зачем ты с ним так? Он же сирота, ему очень тяжело…» – Таня наигранно процитировала свою мать. – А отец начал что-то рассказывать про свой долг, про договорённость с другом, что он обещал молчать и даже тебе ничего не говорить.
Я удивлённо повёл бровью и вернул свой взгляд на спутницу.
– Он что-то сказал про эту договорённость? – Я заинтересованно спросил.
– «Яков предупреждал, будто знал…» – Таня подняла глаза вверх, вспоминая слова отца и цитируя их. – «Говорил, что скоро произойдёт это, прижмут… И чтоб скрыл ото всех эту смерть чудовищную… Вот суки, падлы!»
– Последнее было необязательно. – Я потянул к пачке и достал сигарету. – Что значит «смерть чудовищную»?
– Не знаю. – Девочка невинно пожала плечами. – Ты бы слышал, как он это всё говорил, будто расплачется сейчас. Ещё сказал, что очень не хотел с тобой ссорится, типа, плохо ему от этого. Но-о, по-другому не-ельзя.
Таня шутливо растягивала слова, произнесённые её отцом. Я затянулся сигаретным дымом и немного помрачнел. Я не мог себе представить, какую страшную тайну скрывает Сергей и как она давила на него все эти годы. Мы ещё немного погуляли с Таней, она по кругу рассказывала мне одну и ту же историю, вспоминая незначительные детали. Телефон завибрировал и на экране возникло сообщение от моего друга. Мы пошли в сторону дома.
Подойдя к подъезду, я увидел темноволосую голову товарища с привычной недовольной физиономией. Завидев его, Таня потухла и лихорадочно спрятала глаза в пол. Артём же, напротив, заинтересованно глянул на неё.
– Привет. – Не отрывая от неё взгляда, друг пожал мне руку. – Как зовут?
– Таня. – Она ответила это быстро и в последний раз смущенно глянула на меня. – Пока, Кирилл.
Она пулей влетела в подъезд, оставив моего друга с открытым ртом. Он медленно перевёл на меня хитрый взгляд и заговорщически улыбнулся.
– Кирюх… – Друг лукаво сверкнул глазами. – Ты б написал, я бы попозже пришёл.
–Да блять, угараешь что ли? – Я закатил глаза. – Это дочь дядьки, рассказала мне тут про него…
– Ага, да. – Ехидная физиономия не сходила с лица Артёма. – Правда, она ж полторашка какая-то, в грудь дышит, ха-ха. Не, если тебе нравится…
– Боже… – Я недовольно опустил на него глаза. – Ей пятнадцать лет, ты прикалываешь что ли?
Друг присвистнул и задумчиво скривил губы.
– Не, ну недолго осталось, конечно… – Артём ухмыльнулся.
– Да иди ты нахуй. – Я вымученно вздохнул и открыл подъездную дверь.
Мы поднялись в квартиру. Я передал дорожную сумку другу, а сам напоследок скидал часть вещей в портфель, выключил везде электричество и перекрыл воду. Взглянув последний раз на свою квартиру, я закрыл дверь на все замки и мы направились в путь.
***
Дом Артёма встретил меня громким телевизором, детским смехом и булькающим звуком на плите. Я только успел разуться, как ко мне подбежала трёхлетняя девочка и сильно обняла мою ногу. В коридор вышла низкая полная женщина, вытирающая руки полотенцем.
– Кирюша, привет, проходи! – Она по-доброму улыбнулась мне, а после грозно глянула на сына. – Тёма, посади сестру за стол, она не доела.
Артём незаметно для матери выругался и поднял сестру на руки. Девочка захныкала и забила по его плечам кулачками, пока он уносил её в сторону кухни. Я закинул свои вещи в комнату друга, в которой, как обычно, творился полный хаос: вещи валялись на не заправленной кровати, плавно свисая на пол, гора пустых кружек стояла у монитора, на стенах беспорядочно висели какие-то графики и схемы, пепельница у окна была заполнена горкой окурков. Я сел на компьютерный стул и начал вертеть в руках фигурку машины, которая стояла у него на столе.
– Пошли, мать поесть приготовила. – Голос Артёма донёсся со спины.
– Не… – Я ответил, не поворачиваясь. – Не хочу есть, спасибо.
Я услышал сзади себя недовольный вздох и матный шёпот. Артём схватил меня за предплечье и силой поволок на кухню. Не успев ничего ему сказать, я уже сидел за столом, а тётя Люба ставила передо мной тарелку борща и свежий хлеб. Как только друг сел напротив меня и приготовился к трапезе, со стороны гостиной раздался истошный детский плач.
– Тёма, сходи посмотри, что у неё случилось. – Женщина села за стол, отламывая себе кусок хлеба.
Мой друг ничего не ответил, только раздражённо опустил ложку в тарелку и вышел из-за стола. Мы остались с тётей Любой одни на кухне, мне стало не по себе. Она буднично начала разговор.
– Ну что, как квартира твоя? – Сказала она, кладя ложку в рот. – Совсем плохо всё?
– Ну, почти… – Я повторил заученную легенду Артёма. – Так сильно затопили, что обои отклеились, ламинат вздулся… Теперь только капиталить. Хорошо, что друзья рядом были, один бы я там совсем с ума сошёл.
– Ужас-то какой. – Тётя Люба цокнула языком и покачала головой. – Тебе уж проще квартиру продать, всё равно уедете скоро. Или вернуться думаешь?
– Не знаю ещё. – Я положил ложку супа в рот. – Всё равно сначала в более-менее приличный вид привести надо будет.
– Ну смотри-смотри. – Женщина потянулась за перечницей и продолжила. – Мне как Тёмка позвонил, я уж думала пожар, прости господи… Перепугался больше тебя.
– Это да… – Я слабо улыбнулся. – Сказал, что силком меня утащит оттуда, если сам к нему идти откажусь.
– А что, не хотел к нам идти? – Женщина вопросительно подняла на меня глаза.
– Да не то, чтобы не хотел… – Я замялся. – Как-то неловко вас притеснять просто…