Чтение онлайн

Только вернись он живой и здоровый — Ариана такую трепку ему задаст, век помнить будет!

— Кайя... — еще раз осторожно начала она, но та снова затрясла головой, прерывая, и даже лицо ладонями закрыла.

— Я знаю, я вам не нравлюсь, — забормотала она, — да и что во мне может нравиться? А Вилхе — он самую лучшую девушку заслуживает, потому что он!.. Потому что он такой!.. Он самый!.. Он никогда не стал бы мне лгать!

Ариана даже руками всплеснула. Грудь вдруг заполнило нежностью, да такой большой, какую она лишь при рождении Вилхе и Аны испытывала. И потом еще раз, когда сердце Дарре в семью приняло. А сейчас и для Кайи место в нем появилось. Вот же глупенькая: приняла Арианину замкнутость за холодность и недовольство и измучилась, наверное, боясь разочаровать мать своего избранника.

Ариана сделал два шага вперед и ласково обняла напрягшуюся Кайю. Легко погладила по тщательно уложенным волосам, утешая и рассеивая страхи. Хотя бы эти.

— Он самую лучшую и выбрал, — мягко проговорила она. — Ту, что заслужила не только его любовь, но и уважение своим отношением и преданностью. И я буду рада однажды назвать тебя своей дочерью, потому что вижу, как сын счастлив с тобой, и бесконечно это ценю.

— Но я же... — Кайя запнулась то ли от избытка чувств, то ли в попытке понять, стоит ли верить в такое чудо. — Я не пара ему совсем, — прошептала она, но не отстранилась, слишком сильно соскучившись по материнскому теплу. Тому, что согревает, защищает и дает уверенность в собственных силах. Кайя никогда не ощущала его рядом с Беанной, хоть и приучила себя считать ее приемной матерью. А вот в Арианиных объятиях вдруг разомлела, да так, что начала потаенным делиться. Но с кем еще, если не с ней? Уж лучше пусть сразу обрубит, указав Кайе на место, чем жить нелепыми надеждами, а потом с головой окунуться в разочарование. — Сирота приблудная: робкая и невзрачная.

Ариана улыбнулась: от кого-то она уже слышала подобные слова. Уж не от себя ли? А Лил тогда самим совершенством казался: статным, красивым, просто необыкновенным.

Впрочем, за двадцать с лишним лет ничего не изменилось.

— Мне кажется, Вилхе думает совсем по-другому, — уверенно сказала она и коснулась губами чистого лба Кайи. — И я склонна с ним согласиться. И потому сейчас очень рассчитываю на твое самообладание.

— Они улетели... с Кедде?.. — выдохнула Кайя, поняв Ариану еще до того, как та продолжила говорить. Ариана разомкнула объятия и тут же сжала Кайину руку, обещая всяческую поддержку. Кайя же совсем еще девочка, от страха за любимого может глупость какую сотворить. А Ариана чувствовала за нее невольную ответственность. И перед сыном, и перед самой собой.

— Я могу только предполагать, — размеренно проговорила она. — Нас с Лилом он не предупредил вовсе, но куда еще?..

— Никуда! — мотнула головой Кайя. Потом выдернула у Арианы руку и решительно зашагала по пекарне. — Джемма в последнее время все пропадала: видимо, нашла-таки нового пленника. Не знаю, почему Вилхе не сказал ничего, но, значит, так было надо: ему виднее. Однако если все еще он не вернулся... — тут она остановилась, и Ариана поймала секундное отчаяние в ее взгляде, немедленно снова ставшем твердым. — Надо выяснить, куда они отправились. У Нетелл, у Кеолы спросить: наверняка они хотя бы направление знают. А там...

Ариана кивнула, давая понять, что согласна с Кайей, и ощутив нежданную гордость за выбранную сыном девушку. Разглядел Вилхе за всей этой неприметностью настоящий характер и храброе сердце. И на душе тоже стало легче: не пропадет Вилхе с такой половинкой, не даст она его в обиду, в любом несчастье будет рядом и поможет с ним справиться. Лишь бы Создатели надежду ее не обманули. И не оставили их с Кайей сиротами.

— К Тиле пойдем! — заразившись Кайиной решимостью, заявила Ариана. — Вытребуем у него поисковый отряд: в конце концов, это его обязанность...

— За твоим сыном, Ариана, присматривать — моя обязанность? — раздался от входной двери несколько недовольный голос армелонского градоначальника. — Так уволь, у меня свои два оболтуса помимо пятитысячного менее своевольного населения!

— Я имела в виду, за выполнением закона о драконьем рабстве следить, — сконфуженно отозвалась Ариана и только тут заметила, что следом за Тилой в пекарню зашел и Лил.

— Оставь, Ариана, не оправдывайся, — проговорил он, неуловимым движением привлекая ее к себе. — Он тоже Хедина сегодня не досчитался, вот и срывается на всех подряд.

— Так Хедин с Вилхе! — воскликнула забытая всеми Кайя. — Слава Ойре!

И тут же залилась румянцем от внимательных взглядов трех пар глаз. Отступила за прилавок, словно прячась за него.

Тила почесал затылок.

— Приятно, Энда вас подери, — признался он, — хоть ничуть и не облегчает задачу...

— Тила Эдрика выловил, — не дождавшись рассказа от товарища, сообщил Лил. — От него и узнали, что ребята в Стенбирг отправились золотого дракона выручать.

— Как далеко! — охнула Ариана.

— Почти неделя верхом, — угрюмо заметил Тила. — Дорога, правда, всего одна, но то для человека, а не для ящера.

— Не пугай! — жестко отрезал Лил. — Путь дракона тоже несложно вычислить: он по прямой летит, чтобы быстрее было. Можно голубиную почту разослать, чтобы соседи окрестности своих поселений прочесали. Пара сотен рольдингов награды в этом деле и вовсе чудеса сотворят.

— Ладно, не учи! — огрызнулся Тила. — Уж свое дело я знаю! Лично в Стенбирг поеду, хвосты им там всем пооткручу за драконыша. Лишь бы не...

Он не договорил, проглотив конец фразы, словно боялся ей навлечь беду, и постоял еще молча вместе с друзьями, напитываясь их поддержкой. Потом развернулся и шагнул к выходу.

— Дракона бы... — выдохнул с горечью и, не дожидаясь ответа, покинул пекарню.

Глава двадцать седьмая: По следам героев

Вальгард решительным тоном отверг предложение Джеммы обеспечить ему невидимую защиту и в одиночку направился в Стенбирг. Вряд ли ему могла грозить какая бы то ни было опасность от жителей, несмотря на довольно потрепанный вид городских стен, явно недавно испытавших на себе мощь крылатой твари. А вот драконам там точно не будут рады, и любое неловкое движение кого-либо из его спутников могло обернуться самыми большими проблемами. Да и, признаться, в отсутствие свидетелей Вальгард чувствовал себя раскованнее, а избранный способ получения информации как раз и требовал свободы и спокойствия.

Первым делом Валь двинулся в торговые ряды: местные кумушки всегда знали все последние новости, и нужно было лишь разговорить их. Будь у Вальгарда с собой больше денег, он мог просто подкупить какую-нибудь особо жадную бабу, теперь же приходилось рассчитывать лишь на собственное обаяние. Впрочем, оно его еще никогда не подводило.

— Синий дракон! — перебивая одна другую, делились торговки впечатлениями о прошедшей ночи. — Огромный такой: чуть весь город нам не разнес. И если бы его Мейрик не подстрелил, наверное, и не беседовать бы нам нынче с вами.

Валь удержался, не вздрогнул. Тела дракона они по дороге не видели, и это давало надежду на то, что рана Кедде не была слишком серьезной.

— А те, что на денежное хранилище покушались? — спросил Вальгард. Торговка махнула рукой.

— Может, пожрал он их или в Долину свою утащил детенышам на забаву, — ответила она. — Они же как раз там в самой гуще были. А когда завалы разобрали, так и не нашли их ни живыми, ни мертвыми. Вот и выходит, значит...

Продолжение Вальгард слушать не стал: картина и так складывалась вполне законченная. Вытащил, получается, Кедде ребят из заварушки, справился со своей ненавистью, которой так Нетелл боялась, удалось им самого страшного избежать. Сейчас же предстояло лишь разыскать то место, где раненый дракон привал устроил, и отвезти всех четверых в Армелон. На то, что золотой дракон также жив, Валь не переставал рассчитывать.