Чтение онлайн

— Как у вас сложились отношения с начальником отделения службы безопасности?

— Нормально. Зайлер знает меня давно. Но если мы не прижмем партизан и не ликвидируем подполье, всю вину он свалит на меня!

— Да, вам не позавидуешь, Ганс.

— Ничего. На днях мы получили официальное распоряжение рейхсфюрера о привлечении к борьбе с партизанами частей вермахта. К сожалению, в Берлине партизанским действиям долго не придавали значения. Вот и результат!

— Ганс, если вам потребуется помощь, не стесняйтесь, я буду рада помочь вам… Правда, я еще не успела осмотреться, не опомнилась после долгой дороги… Хотя Зайлер встретил меня вполне дружелюбно. Так что…

— Дорогая Эльза, я признателен вам. Но, боюсь, у вас не хватит времени и для своих дел…

— Будущее покажет, Ганс. Во всяком случае запомните мои слова!

— Еще раз благодарю.

— Не стоит. Ваш начальник выделяет мне для работы левое крыло первого этажа, вы не пособите с мебелью?

— Смогу. Сегодня же прикажу навести там порядок и обставить комнаты.

Помолчали.

— Кстати, Ганс, вы не интересовались, что произошло с моим отцом? Он жил почти рядом.

— О нем никто ничего не знает. Ваша мать исчезла. Соседи понятия не имеют, куда она девалась. Я лично провел небольшое расследование. Документов никаких не осталось; они были или вывезены, или уничтожены при отступлении русских войск. Службе безопасности стало известно, что в отряде «Смерть фашизму» есть кто-то из сотрудников местного НКВД. Со временем, возможно, что-то и прояснится. Если будут новости, сообщу вам. Когда вы приступите к новым обязанностям?

Эльза не ответила.

— В случае удачи карьера ваша обеспечена.

— Когда это будет, Ганс! Пока я даже не представляю, с чего начинать…

— С начальства! У него есть данные обо всех подразделениях, действовавших в этом районе.

— На его помощь я и рассчитываю. Зайлер обещал пятерых сотрудников в мое распоряжение.

— Неплохо! А вы говорите, что не знаете, с чего начать!

— Меня смущает то, как он отнесся к моему появлению здесь.

— Конечно, ему это не нравится!

— Почему?

— В вас он прежде всего видит информатора. А это ему ни к чему. Ведь теперь он ничего не утаит от Берлина!..

— Ждать от него подвохов?

— Не обязательно. Постарайтесь сработаться…

— Помогите мне, Ганс, наладить с начальством хорошие отношения!

— Сделаю все от меня зависящее.

— О, Ганс! Я действительно рада, что встретила вас. Проводите меня до гостиницы. Завтра мы встретимся? Мне предстоит серьезный разговор с Зайлером… Я очень волнуюсь…

— Милая Эльза, не придавайте встрече с начальством такого значения. Время внесет коррективы в ваши отношения. Мой совет вам: держитесь уверенно, разговаривайте с ним сухо и официально. Зайлер — старая лиса. Дайте ему понять, что он для вас никто.

— Спасибо. До завтра.

Эльза поднялась в свою комнату, несколько минут ходила из угла в угол, стараясь сосредоточиться и проанализировать события сегодняшнего дня.

К «Викингу» надо присмотреться, — решила она, — каждый день буду обедать и ужинать не торопясь. Раньше чем через неделю выходить на связь не стоит. Информацию, собранную в пути, придется передать позже… А что дает встреча с Крегером? Пока судить трудно. Время покажет…

Крегер говорил, что мама исчезла неизвестно куда. Если она эвакуировалась в глубь страны, это хорошо. Присутствие матери и сына здесь, в городе, очень затруднило бы положение Эльзы… Близкие невольно сковывают свободу действий разведчика…

С раннего утра команда в полном составе под началом Гардекопфа расставляла мебель, врезала в двери замки. Штурмбанфюрер Крегер прислал на подмогу несколько солдат из инженерного батальона, размещавшегося поблизости.

Еще в дороге Эльза убедилась, что Штольц был прав, когда выделил ей в заместители Гардекопфа. Штандартенфюрер хорошо знал своих подчиненных. Гардекопф не задумывался над приказами начальства — он их беспрекословно выполнял. Такой помощник Эльзу устраивал.

Из кабинета Зайлера выглянул Крегер:

— Хайль, Эльза!

— Хайль!

— Начальник отделения службы безопасности просит вас зайти к нему.

— Спасибо, Ганс.

Крегер пропустил Эльзу вперед.

— Доброе утро, фрау Миллер. Крегер мне все утро рассказывал о вас. Рад, что вы давно знакомы. Рад, что прислали именно вас. Мне очень не хватает специалистов в России!

— Постараюсь быть полезной. В свою очередь рассчитываю на вашу поддержку.

— «Опель-капитан» ждет вас, фрау. Шофер и пять человек, которых я обещал передать вам, находятся в служебной комнате. Документы получите у Крегера. Он же поможет вам разобраться в них. Вы довольны?

— Да.

— Если у вас возникнут вопросы, которых не решит штурмбанфюрер, заходите в любое время. Крегер, проводите фрау Миллер к переданным в ее распоряжение офицерам.

Эльза и Крегер направились в служебную комнату. Сидевшие там офицеры и шофер вскочили. Крегер придирчиво осмотрел их:

— С сегодняшнего дня и до особого распоряжения вы все переходите в подчинение фрау Эльзы Миллер. Работа предстоит совершенно секретная. Ни мне, ни начальнику отделения службы безопасности с сегодняшнего дня вы не подотчетны. Чем будете заниматься, не должен знать ни один человек в СД!

Крегер сделал небольшую паузу и усмехнулся:

— Даже под трибунал подвести вас может только фрау Миллер. Вы хотите что-либо добавить? — спросил он Эльзу.

— Да. Прежде чем допустить вас к новой работе, господа, предупреждаю: разглашение того, чем вы будете заниматься, карается по законам военного времени. Когда мы с вами будем расставаться, дадите мне подписку, что ни один посторонний человек не узнает, что вы делали под моим началом. А сейчас пройдите в левое крыло первого этажа к лейтенанту Гардекопфу. Он ознакомит вас и шофера с вашими функциями.

Эльза обвела взглядом вытянутые лица, стараясь запомнить и разобраться — кто есть кто? Оставшись наедине с Крегером, устало опустилась в кресло.

— Ганс, как моя речь?

— О, Эльза! Мне даже страшно стало! Получается, что в ваши функции входит не только вербовка агентуры?

— Прошу прощения, Ганс, но я тоже предупреждена, что за разглашение содержания своей службы несу ответственность по законам военного времени. Вы же не хотите, чтоб меня расстреляли? А потому не расспрашивайте! Покажите мне лучше документы, о которых говорил Зайлер.