Чтение онлайн

Инна вошла с подносом в руке, цокая по полу восьмисантиметровыми каблуками.

Валентин Петрович собирает совещание через час, а в понедельник у вас в десять встреча с инвесторами из Польши.

Да, я помню, спасибо.

А еще вам звонили китайцы.

Что сказали?

У них новая секретарша, которая не очень хорошо владеет английским. И мне показалось, что она твердо убеждена в том, что я знаю китайский

А вы не знаете?

Я уже села за словарь.

И как успехи?

Есть некоторые сдвиги.

Скажите, что вы выучили?

Инна залилась краской, а потом звонко рассмеялась.

Я выучила фразу «Вы говорите по-английски?».

Скажите мне, — я начинаю улыбаться, предвкушая нечто интересное.

Не могу. Это нужно говорить исключительно китайцам.

Почему?

Потому что наш человек поймет ее превратно, — ее душил смех. Это было так нетипично для моей сдержанной секретарши.

Инна, ну смелее…

Она начал буквально заливаться, ее волшебный смех звенел колокольчиком. Наконец, набрав в легкие воздух, она выпалила:

Ни хуй шо инюй ма?

Что? — я начинаю смеяться. Инна же, спрятав абсолютно пунцовое лицо в ладонях, задыхается от приступа смеха. Мы гогочем, как дети, не в силах сдержать веселье.

И вы уже освоили на практике эту фразу? — я стираю слезы.

Вот, жду звонка. Надеюсь, русский они там не знают.

Нет, ей невозможно противиться. Она восхитительна, когда смеется, а ее стыдливость, способность заливаться краской при непристойной шутке рождает что-то невероятно трогательное внутри.

Инна… — я не знаю, как донести ей то, что чувствую, — я не хочу обидеть тебя своим предложением, но ты мне нравишься. Не думай, что я буду на чем-то настаивать, просто хочу встретиться с тобой не по работе, выпить чашку чая, может быть, посмотреть фильм.

У меня ребенок и почти нет свободного времени.

Неужели тебе не с кем его оставить?

Она колеблется, потом набирает в грудь воздух, чтобы дать мне отпор.

Я могла бы оставить Максима, но не вижу смысла, зачем?

У меня нет никаких непристойных намерений. Я просто хочу хорошо провести время, я так давно… — я не хочу говорить, что давно не сидел за столиком с женщиной, которая мне нравится, не смотрел, как она берет чашку тонкими пальцами, как улыбается.

Я понимаю, но мне нужно смотреть в будущее. У нас не срастется, работать вместе станет неудобно, а я дорожу своей должностью.

Инна действительно получала неплохие деньги для секретарши. И работала здесь дольше, чем я. Ей есть что терять.

Ты мне нравишься, — это признание вылетело помимо моей воли, просто выскользнуло из приоткрытых губ.

Я не стану встречаться с боссом.

Она смотрит на меня не возмущенно, не рассерженно, а с сожалением. И я чувствую, что тоже нравлюсь ей.

Но она непреклонна.

Когда я остаюсь один, запускаю руки в волосы, ероша их привычным движением.

Неужели надежда на счастье не оправдается? У нее много работы? Она не успевает, потому что сама воспитывает сына? Или это отговорка?

Почему-то вспомнилась Ира. Она тоже осталась сама. Конечно, я помогаю ей деньгами, но судя по всему, она добилась финансовой независимости. Но какой ценой? Женя — ее единственное утешение, близкий человек, оставшийся рядом. И в то же время из-за дочки она лишилась личной жизни. Я это знаю наверняка. Женя рассказала, что мама каждый вечер забирает ее из детского сада, и они проводят так все будни. А когда я приезжаю к ним на выходные, Ира остается с нами, изредка покидая на час, чтобы скупиться или сделать маникюр. Мы не разговариваем на личные темы, но знаем, угадываем, что одиноки. И когда я засыпаю на диване в зале, не испытываю никакого дискомфорта, как и она. Словно все сексуальные порывы в нас умерли в тот день, когда мы обрели свободу, именно тогда, когда каждому из нас они пригодились бы, чтобы найти новую пару.

Мне нужно на совещание. Когда я возвращаюсь, Инны уже нет. И почему-то мне хочется вырваться из города сегодня же. Я набираю Иру.

Привет, как ты смотришь на то, чтобы я приехал сегодня?

Она не против. И я понимаю, что сейчас я приеду к самому близкому человеку, моему лучшему другу, который всегда поймет, сможет посоветовать, как лучше поступить, и — я очень на это рассчитываю — накормит вкусным ужином.

Итак, что случилось?

Я смотрю на Влада, поглощающего жаркое из телятины.

Тебя мама перестала кормить?

Нет. Я бы сказал, она почти перестала меня видеть.

Почему?

Переехал в нашу старую квартиру. Мне так удобнее. И риэлтору не мешаю. Меня большую часть дня нет, она свободно показывает ее покупателям.

И это причина ехать к нам в пятницу ночью?

Просто решил провести больше времени с Женей.

Аааа, ладно.

Не делай такой глубокомысленный вид.

Нисколько он не глубокомысленный.

Соскучился за дочкой.

Ладно. Раз уж ты здесь, завтра утром возьми на себя все заботы о ней. Мне нужно выспаться.

Что-то случилось?

Если не высыпаюсь, неважно себя чувствую.

Как у тебя вообще со здоровьем?

Нормально, — я хватаю лист цикория, в который положила смесь из консервированного тунца, зелени и яиц и начинаю откусывать, наслаждаясь здоровой и вкусной едой. — Вот, видишь, перешла на рациональное питание.

Ты всегда была травоядной.

Будешь умничать, отберу жаркое.

Влад замолкает и продолжает работать вилкой. Женя смотрит телевизор, болтая ногами в новых роликах. Ну кто дарит ролики зимой? Теперь все углы в квартире будут оббитыми.

Смотрю на своего бывшего мужа. Такой представительный, в хорошем костюме-тройке, но вот в глазах засело что-то тревожное, печальное. Он иногда зависает, как некачественная компьютерная программа, когда смотрит в окно.

Ладно, давай, выкладывай. Я же вижу, что тебя что-то гнетет.

Скажи мне, ты думала о том, как сложится твоя жизнь после развода?

Думала. Вернее я знала, как она сложится.

И как?

Так, как и получилось. Я нашла работу, стала строить свою карьеру.

А ты думала о том … как устроится твоя личная жизнь?

Я замираю. Мы не говорили о событиях, которые привели к нашему разводу. Не обсуждали ничего, что могло бы нарушить нейтралитет.

Нет, — выдавливаю я.

Ты больше не виделась с Вронским?

Запретная тема! Зачем он говорит об этом? Сердце начинает стучать быстрее.

Нет?

Нет. Я ушла не только от тебя, но и от него тоже. Я обоим сделала больно и потеряла обоих.