Чтение онлайн

Разворачиваюсь, не поднимая головы, и иду к двери. Теперь главное, чтобы лифт без остановок доехал до первого этажа, и я не встретила Влада.

Уже у самого выхода его пальцы вдруг опять сжимаются на моем запястье. Другая рука необычайно нежно обнимает за талию и прижимает к твердому телу.

Я замираю, сердце бешено колотиться о грудную клетку. Его дыхание касается моего уха. И он шепчет едва слышно:

Не уходи.

Сумерки незаметно опускаются на город. Мы едем в такси к аэропорту. Влад говорит по телефону, уточняя детали встречи. А я не могу прийти в себя после того, что произошло всего несколько часов назад на четырнадцатом этаже.

Сергей сказал, что увидится со мной вечером. Я была так ошеломлена, что не нашлась с ответом. В голове полная каша. Значит, он намеревается провести со мной время, пока мой муж в отъезде? Или это будет лишь несколько часов в его полутемной квартире с зашторенными окнами?

А потом мне опять делать вид, что ничего в моей жизни не случилось?

Нет, наверное, я так больше не смогу. После всего, что было сегодня, я поняла одну простую вещь.

С Владом я больше не останусь. Не только потому, что предавать его бесчестно. Наши отношения никому больше не смогут принести радость. Думать иначе — значит обманывать себя. Совместная жизнь станет мучением. Я буду отталкивать его, потому что не люблю, не смогу больше выносить его прикосновений, а он станет страдать от этого.

Меня по-прежнему пугает перспектива быть одинокой матерью, просто одинокой женщиной, но лучше уж так, чем невыносимое чувство брезгливости, когда меня целуют не те губы. Пусть Влад запомнится мне хорошим мужем, надежным и добрым человеком, замечательным отцом, а не нежеланным любовником, ненавистным мужем.

Смотрю на его сосредоточенное лицо, на знакомые черты и едва сдерживаю подступивший к горлу ком.

Что произойдет дальше с Вронским — не имеет значения. Я не стану говорить ему о своем решении, не буду давить, вынуждая определиться с нашим будущем. Наверное, и нет никакого будущего. Просто интрижка. Она однажды закончится, и каждый из нас пойдет дальше.

Никогда не стану ничего от него требовать. Запрещу себе на что-то надеяться. Любовь не терпит принуждения. Пусть наши отношения будут легкими и светлыми. Мы возьмем от них максимум. А когда они исчерпают себя, разойдемся, не оглядываясь.

Так он запомнит меня как женщину, с которой ему было хорошо, которая была с ним ради него самого. А я… Что ж. Мне кажется, я буду любить его до самой смерти.

Здание аэропорта на удивление пустынно. Всего несколько десятков человек бродит по стеклянным переходам. Они, словно потерянные во времени и пространстве птицы, застрявшие где-то посреди пути, между югом и севером.

Влад несет чемодан в левой руке, правой держит меня за талию. Иду с ним рядом, даже не пытаясь подстроиться под его шаг, как раньше. Чувствую себя половинкой другого, всей душой, всем телом принадлежащей ему. И провожая Влада у меня создается впечатление, будто я прощаюсь с ним не на несколько дней, а на всю жизнь, разрывая все существующие между нами связи.

Я решила ничего не говорить ему сейчас. Зачем? Он будет волноваться, ни о какой работе не сможет и думать. Разрушать его карьеру мне не хочется. Я надеюсь, что моя связь с Вронским останется в секрете. Приедет, тогда и поговорим.

Что ему скажу, как объясню, что прожитые вместе годы для меня больше не имеют ценности — не знаю. И как нам быть с дочкой — вообще не представляю. Это наиболее болезненная тема, касаться которой сейчас, да и потом, мне будет невыносимо. Но жизнь течет, словно стремительная горная река, что-то сметая на своем пути, что-то оставляя. Что уцелеет после нашего разрыва, остается только гадать. Но, по-моему, я обладаю уникальной способностью — откладывать на потом те вещи, решить которые я сейчас не в состоянии, и наслаждаться мгновением, сиюминутным моментом, не портя его вкус горькими размышлениями.

Регистрация на рейс Влада уже заканчивается.

Я свяжусь с тобой по Скайпу. Хотя разница во времени ощутимая — шесть часов или что-то около того.

Хорошо.

Он обнимает меня, целует в губы. Этот поцелуй для меня сродни рукопожатию. Нечто дружеское, не имеющее под собой никакого интимного подтекста. Я стараюсь воспринимать это только так. Иначе — давно сошла бы с ума от бесчисленных прикосновений моего мужа.

Побежал, а то опоздаю на самолет.

Он улыбается на прощание, а мое сердце болезненно сжимается. Легкой, стремительной походкой он идет к стойке регистрации. Уверенная осанка, расправленные плечи. Закрываю лицо руками. Я скоро отниму у него эту уверенность и за это проклинаю себя.

Смотрю ему вслед сквозь пальцы, не в силах отвернуться и уйти. Ловлю его взгляд, брошенный мне на прощание и прикрываю глаза.

Черта подведена.

В лиловых сумерках влажный и горячий воздух кажется более густым и с трудом проникает в легкие. Двигаться тяжело, словно сквозь слой ваты. Но кто говорил, что свобода дается легко? И чтобы дышать полной грудью, нужно еще потрудиться.

Я откидываю голову назад. Запах грозы и озона, приторно-сладкий аромат цветущей акации, горячее дыхание земли смешиваются воедино и пьянят крепче всякого вина.

Когда, наконец, поднимаю веки, вижу уже совершенно иной мир.

Он выходит из автомобиля и неспешной походкой приближается ко мне. Он знал, что я буду здесь. Он не смог без меня прожить ни единой лишней минуты. Как и я без него.

Иду к нему навстречу, ускоряя шаг. Всматриваюсь в потемневшие глаза, замирая от счастья. Он раскидывает руки, и я бегом бросаюсь в его объятия.

Такие откровенные моменты, не приправленные иронией, грубой насмешкой или горечью, для нас в новинку. По сути, впервые мы ведем себя так, как любая парочка подростков на первых свиданиях. В наших отношениях все с самого начала было не так. Сначала постель, а потом романтика.

Он целует мои волосы и что-то шепчет, поглаживая спину. Вот оно, мое печальное счастье, построенное на боли и слезах, возведенное на горе близких мне людей. Они еще не знают этого, но мне хватит мужества или глупости признаться в своем грехе. Лишь бы радоваться вот так, до щемящего ощущения в груди, до судорог в ребрах, сжатых его крепкими руками.

Что ты здесь делаешь? — шепчу я, боясь спугнуть видение.

Я пришел за тобой.

Зачем?

Чтобы отвезти тебя к дочери, чтобы побыть с тобой несколько минут.