Чтение онлайн

Внезапно заметив, что рядом со мной воцарилась тишина, я смотрю направо, прямо в широко раскрытые серые глаза Ноив - палочка зажата в ее пальцах, завиток пепла грозит улететь при очередном порыве ветра.

– Что не так?

– На дне мусоропроводов в Горе живет бархатный трогг, Вейя.

– А, это.
– Я достаю из кармана еще один кусок мяса, осматриваю оба конца и выбираю тот, что крупнее, чтобы укусить.
– Прискорбно, не правда ли?

– Ты же не собираешься…

– Столкнуться с ней? Конечно, собираюсь. Как еще я смогу вернуть эту чертову вещицу?
– бормочу я с набитым ртом.
– Она помешана на украшениях, верно?

– Судя по тому, что я слышала, да…

– Замечательно, - говорю я, глотая. И откусываю еще один большой кусок.

Надеюсь, она не съела мой браслет, иначе все будет напрасно. Тем более что шансов найти дневник Эллюин без этого украшения, с которым я по глупости решила расстаться много лет назад, выбросив его в мусоропровод как какую-то проклятую безделушку, практически нет. Уверена, что он как-то связан с причиной того, что в моем сознании образовалось пустое пятно размером с тридцать циклов Авроры.

Тогда это казалось хорошей идеей. Теперь же она может стоить мне жизни, прежде чем я успею совершить нечто великое и героическое.

– Ты заплатила за обратную дорогу, - говорит Ноив, и я пожимаю плечами.

– Если я умру, оставь себе.
– Я снова ерзаю на своем сиденье, пытаясь найти более удобное положение, пока набиваю рот мясом.
– Может, купишь на них какую-нибудь чертову обивку ради Творцов?

ГЛАВА 63

Прошло семь снов с тех пор, как я видела его в последний раз. С тех пор, как я услышала, как он играл песню Махи и Паха, бросила свой щит, как усталый солдат, и плакала в его объятиях, пока окончательно не отключилась, а потом проснулась, завернутая в хвост Слатры. И хотя каждый раз перед сном у двери появляется свежая еда, а рядом с ней - небольшая фигурка из камня, которую я добавляю к своей растущей коллекции маленьких дракончиков жалости, которых хочется швырнуть в стену, песни нет.

Его нет.

Каждый раз, когда я заворачиваю за угол и обнаруживаю, что коридор пуст, на меня наваливается еще один камень унижения, которыми я наполняю свои удары.

Вейя говорит, что я становлюсь сильнее. Если это то, что я получаю, пытаясь избавиться от своего чувства, я приму это.

ГЛАВА 64

Забившись в один из самых тихих ветровых тоннелей, я просовываю голову в дыру в стене и заглядываю в мусоропровод, морщась от кислой вони, доносящейся из логова трогга.

Я вздыхаю, откидываю голову назад и начинаю разматывать веревку, предварительно прикрепив большой металлический крюк на краю желоба. Я бросаю веревку в дыру, надеясь, что она достаточно длинная, чтобы дотянуться до верхушки кучи мусора, с которой я вот-вот познакомлюсь поближе.

– Вейя, знаешь что?
– бормочу я про себя.
– Ты чудесная, но на этот раз ты действительно облажалась.

В будущем я намерена принимать гораздо более взвешенные решения. Желательно такие, которые не приведут меня в один из мусоропроводов Гора, где я буду готовиться к беседе с существом, гнездящимся где-то на вершине пищевой цепочки.

Вздохнув еще раз, я дергаю за веревку, затем забираюсь в дыру ногами вперед, медленно спускаясь по длинному горлу желоба навстречу голубому сиянию, исходящему снизу. Теплый воздух наполняется вонью сгнивших и протухших продуктов, и меня начинает поташнивать.

Если меня вырвет прямо на кожаную одежду, трогг не воспримет меня всерьез.

Я сглатываю подступивший комок желчи и откидываю голову назад, пытаясь сдержаться.

В следующий раз, когда жизнь подкинет мне волшебный браслет, я просто положу его в свою шкатулку.

Где бы она ни находилась.

Достигнув отверстия, я спускаюсь еще ниже, зависая в воздухе над кучей вонючего мусора.

– Чтоб меня, - бормочу я, обводя взглядом огромную пещеру и потолок, покрытый осколками сталактитов. С их конических кончиков свисают длинные, голубые нити, с которых капает вода, они тянутся по потолку, как паутина, ярко освещая отбросы. Горы мусора.

Я приподнимаю бровь, замечая, что здесь есть отдельные, отсортированные кучи вещей - старых стульев, одежды, обуви, тарелок, стекла…

Всего.

В моей спальне трогг сотворил бы чудо.

Мое внимание привлекает переливающаяся куча вдалеке. Стопка сверкающих вещиц.

Может, мне и не придется встречаться с троггом. Я просто проведу остаток жизни, перебирая эту кучу. Молча. Питаясь отбросами, чтобы не умереть от голода.

Я вздыхаю.

Мой план провалился, и я умру ужасной смертью.

Сверху доносится глухой стук, и я поднимаю взгляд, с ужасом осознавая, что в данный момент что-то стремительно падает по желобу надо мной. Почти заброшенный желоб. Середина сна.

Возможно, мертвое тело.

Застонав, я ослабляю хватку на веревке и падаю в кучу мусора. Столкнувшись с шумной, грязной насыпью, я перекатываюсь вбок, падая на землю, одновременно покрываясь маслянистой жидкостью, которую отказываюсь идентифицировать.

Я сползаю на землю, стряхиваю кожуру с туники и яичную скорлупу с волос, и аккуратно иду по узкой тропинке, проложенной между кучами мусора, направляясь в сторону сверкающей груды сокровищ, которую я заметила вдалеке.

И тут до меня доносятся звуки жевания. Хлюпающие, хрустящие, чавкающие, от которых меня пробирает до костей.

Я замираю на мгновение, прислушиваюсь, а затем, на цыпочках, подхожу ближе к куче сломанных стульев и заглядываю за ее край.

У меня кровь стынет в венах.

В гнезде ветхого мусора сидит бархатный трогг - поджав костлявые колени к заостренным ушам, она подносит к безгубому рту обломок стула, обхватывает его пастью и откусывает. Снова раздается треск, вторая пара рук приглаживает ее жирные волосы, которые ниспадают на ее костлявое тело, обвиваясь вокруг ее конечностей, как гнездо.