Чтение онлайн

— Ой! — буквально через секунду воскликнула она и затрясла рукой.

— Что опять не так? — раздраженно спросил фотограф.

— Он меня кажется укусил, — проговорила испуганно Дария.

— Ну, и что?! — гаркнул этот вредный мужичок, сердясь неимоверно, что никак не может приступить к съемкам.

— Так я же теперь умру! — отчаянно ответила моя подруга.

— Девушка, он — не ядовитый! Вам же говорили! И прекратите уже крутиться и ныть, а то у вас фотографии плохие получатся.

Дария сцепила зубы. Я видела, как враз побледнели у нее губы. «Ей действительно очень больно, а тут еще и этот надутый индюк кричит», — подумала я взволнованно.

Но вот фотосессия началась. Моя подруга старалась, хотя я видела, что каждый новый кадр дается ей все тяжелее и тяжелее. А потом она неожиданно упала. Я тут же попыталась подбежать к ней, но фотограф крепко ухватил меня за руку и не пустил. Это же надо таким бесчувственным чурбаном уродится!

— Девушка, как вас там… Дария, не прикидывайтесь. Я не куплюсь на ваш трюк. Работа должна быть завершена, не смотря на то, что вы держите в руках скорпиона.

Естественно, моя подруга не отозвалась, тогда я с силой рванула к ней, но первым все же успел Рен. «Интересно, и что он здесь делает? Хотя ну да, он же — осветитель», — мелькнуло у меня в голове.

— Что с ней? — подлетела я с главным вопросом.

— Кажется дышит, но слабо, — ответил Рен, — Надо позвать лекаря.

Госпожа Нейс, заглянувшая на шум и крики, побежала за ним.

Мой знакомый пытался привести в чувство Дарию, но все казалось напрасно.

— Так она и не дотянет до его прихода, — в слух проговорил молодой человек.

— Что же делать? — спросила я, мысленно уже готовясь снова обратиться к своему дару.

— Надеяться на доктора или же вы снова сотворите чудо, — хмыкнул Рен.

Я недовольно посмотрела на него, эх, все же не поверил он мне в прошлый раз. Но тут явился лекарь и мне снова стало не до размышлений.

— Нет сомнений, что у нее отравление, — заявил он.

— Но как это возможно? Почему? — недоверчиво воскликнул фотограф.

— Уважаемый, если девушка имеет дело с чем-то подобным, — и лекарь указал на скорпиона, ползущего в сторону этого зловредного типа, — То может произойти все, что угодно, тем более укус.

Он вытащил из небольшого чемоданчика шприц.

— Так… посмотрим, что у меня тут есть для такого случая, — задумчиво проговорил он и стал быстро перебирать свои бутылочки, — Не вижу его… где же оно? Уверен, что я брал противоядие именно для таких непредвиденных случаев.

Я замерла в страхе и подумала: «Неужели он теперь ничем не сможет помочь?» А воспользоваться своим даром я боялась, слишком много свидетелей. И если в прошлый раз я еще смогла придумать версию, хоть и не очень правдоподобную, то в этот раз прекрасно понимала, что применение силы ничем хорошим по крайней мере для меня уж точно не закончится. А тут еще этот Рен, вон какой глазастый, все замечает и на меня так подозрительно поглядывает. Я скосила на него глаза, молодой человек действительно смотрел в мою сторону, но совершенно не на меня, а на лежащее неподвижно тело Дарии. Девушка побелела, ее кожу словно специально окрасили в этот цвет. Смертельный художник даже губ не пожалел, придавая им все того же оттенка, что и всему остальному, и лишь платье ярким пятном выделялось еще сильнее, но все равно смотрелось как-то безжизненно и неуместно на общем фоне. «Вот жаба пупырчатая! О чем я только думаю!» — воскликнула я мысленно и приготовилась действовать в любую секунду, как только у моей подруги перестанет биться сердце. Стоит пояснить, что спасти человека я могу в течении десяти минут после его смерти, дальше ничто не сработает, даже мой дар, который считается уникальным по меркам нашего мира, где все еще встречаются маги и волшебство, а вот лечить не умею абсолютно, только из того света возвращать. Я горько усмехнулась и снова взглянула на лекаря, который спешно выворачивал весь свой чемоданчик.

— Бутылочки с противоядием нет! — наконец воскликнул он.

«Вот и все», — подумала я, мысленно прощаясь со свободой и готовясь стать плацдармом для экспериментов какого-нибудь сумасшедшего ученого-мага, коих в их среде немало.

от 16.09

— Но вам повезло, что я на всякий случай все же прихватил вот это! — внезапно воскликнул лекарь, — Хотя меня и уверяли, что ваши экзоты совершенно безвредны, — добавил он укоризненно и пояснил, — Кто-то вытащил противоядие, общеизвестно применяемое в подобных случаях. Я совершенно точно помню, что брал его с собой, к счастью, у меня есть еще и сыворотка, которую я недавно разработал, к сожалению, она не достаточно протестирована, и я не знаю, на сколько хорошо она подействует на пострадавшую. Видите ли, я веду изыскания…

— Доктор, может вы потом нам об этом расскажете?! — не выдержала я.

— О, конечно, конечно! — воскликнул он в ответ и набрал в шприц лекарство, — Что ж, ваша конкурсантка станет первой, на ком из людей я проверяю ее действие!

«Замечательно! Моя Дария сейчас на моих глазах превращается в лабораторную мышку. Я уже вижу, как у не вырос длинный белый хвост», — подумала я грустно.

После введения сыворотки ничего кардинально не изменилось, ну может разве что Дария показалась мне не такой уж и бледной, как пять минут назад, но в сознание она все еще не пришла.

— Это просто немыслимо! — воскликнул фотограф, — Это просто вопиющий случай в моей практике! Из-за какого-то мелкого насекомого нарушен съемочный процесс! А меня ведь уверили, что в скорпионе не осталось ни грамма яда.

— Значит, вас обманули. Ведь результат перед вами, — ответил лекарь, а затем обратился уже к Рену, — Ее необходимо уложить на что-то более мягкое, чем пол.

— С ней все будет в порядке? Она выживет? — тут же поинтересовалась я.

— Да, сыворотка уже действует, и хотя результатов пока практически не видно, но я уверен, что распространение яда по организму уже приостановилось, — пояснил лекарь.

Я снова посмотрела на Дарию и у меня просто сердце сжалось, глядя на нее, всегда улыбчивую, веселую, непосредственную, а теперь неподвижную и безжизненную. «Какой может быть конкурс, если подруга в беде?!» — подумала и заявила самоотверженно:

— Я посижу с ней.

— Что за глупости?! — возмутился фотограф, — Я еще не снимал вас.

— Поймите, сейчас не время для этого, — воскликнула я.

— Тогда вы выбываете из конкурса, — ответил он, поджав губы.

«Да существует ли для него хоть что-нибудь кроме работы?!» — возмутилась я мысленно. Как ни странно, точку в нашем споре поставил Рен. Он отвел меня в сторону и предложил:

— Аврора, пройдите уже это испытание, а я сам посижу с вашей подругой. В конце концов съемка обойдется без осветителя, прожекторы будут гореть и без меня, а вот ваше отсутствие сыграет гораздо более серьезную роль. Съемки попросту не состоятся.

— Вы так переживаете за Дарию? — спросила я, потому что мне в голову действительно пришла именно эта мысль.

— Да. Но еще больше я не хочу, чтобы вас дисквалифицировали.

— Почему? — удивилась снова.

Рен тяжело вздохнул.

— Просто сделайте это, как я вас и прошу, а вопросы оставьте на потом.

Его слова прозвучали вполне искренне, и я мысленно согласилась с ними, логика в них все же была. Да и нельзя мне выбывать сейчас из конкурса, не хочу оставлять Дарию одну в этом рассаднике змей, а в подлости кого-то из присутствующих, решившихся на такое, я даже не сомневалась. Но вот кто мог это сделать и как, я не представляла. «Ладно, подумаю про это на досуге», — остановилась я на таком простом и верном решении, а Рену махнула согласно головой.

— Держитесь, Аврора! И не бойтесь, ваша пупырчатая жаба точно не ядовита. Таких в природе просто не существует, — заявил он на прощанье.