Чтение онлайн

— Куда теперь, миледи? — спросил на выходе Страж.

— На веранду сада, полагаю.

Приближалось время встречи с Михеевой. У Касандры до сих слабо подрагивали ноги после внезапного вызова Его Величества, а теперь предстояло тащиться к Станиславе. Девушка уже начинала жалеть о том, что хотела с ней увидеться. О чём говорить вообще и как?

Король сказал, что поезд вечером, значит у неё было несколько часов. Собираться Сана не планировала, хватит и сумки со сменным комплектом одежды, а все остальные вопросы, видимо, предлагалось решать дистанционно. Касандра знала, что на счёте Лимпак в банке лежит не плохая сумма и как бы на неё кто не посягнул, ведь могут. Нет, это была не жадность, просто желание не отдавать деньги в загребущие руки чиновникам. Сана ведь теперь состоит на королевской службе, вдруг не нуждается?

Михеева самозабвенно пила чай, погрузившись в какой-то роман, когда Касандра подошла к её столику. За спиной алхимика Стража не нашлось, а сама женщина Сану быстро заметила. Даже раньше, чем она открыла рот для приветствия.

— Присаживайтесь, леди Лимпак. Голодны?

— Нет.

Касандра ужасно нервничала. Безуспешно пыталась придумать с чего бы начать этот разговор, когда вокруг там много народа. Люди были увлечены поглощением пищи, беседами друг с другом или же чтением, но беспокойство наваливалось на неё неудержимой волной. Отступать было поздно.

— Вы же знаете каждого в этом месте? — решила подойти Касандра с самого гладкого из углов этой истории. Когда получила утвердительный кивок, продолжила, — Позавчера меня пригласил танец незнакомец, представившийся как Кристофер фон Лин. Говорил странные вещи, но я склонна ему верить. Например, что Барнеус сён Тремиш — не первый в пищевой цепочке, а Его Величество знает о заговоре.

Если Михеева только дёрнется, если подаст хоть один тревожный признак — городскому управлению добавиться заботы в виде ещё одних похорон, так как из поездки Касандра вернётся вряд ли. Либо по воле чужого кинжала ночью или яда, либо по своей собственный. Уж лучше находиться в бегах, чем понимать, что возвращаешься на смертную казнь. Девушка сидела, сложив руки на коленях, расправив плечи и огромными глазами, неотрывно, следила за реакцией алхимика.

— Вы считаете, что я не знаю об этом? — вкрадчиво и тихо спросила женщина, оглянувшись по сторонам. — Прекрасно знаю. Обо всём.

Сане стало ощутимо сложнее дышать.

— Что мне делать с этим? Кого из себя представляет фон Лин?

— Он — это одна из последних загадок в этом ребусе, дорогая, — вздохнула Михеева, — Хотите на чистоту? Так давайте. Я отношусь к вам подозрительно, но не настолько, как Его Величество. Ваш куратор явно решил сжить Вас со свету, а ещё сегодня отправляет с Вами в Нитау своего Стража. Ведь своего у Вас пока нет, а посылать абы кого с подающим надежды лаухом не есть хорошо. Я не доверяю никому в этом дворце кроме одного Его Величества. Что вы ещё хотите услышать?

Сердце Касандры билось в пятках. Взгляд у Станиславы опять стал острым и колючим, прямо как при разговоре в библиотеке. Михеева будто переключалась между этими состоянии — безразличным ко всему и пугающем.

— Это всё. Я просто хотела убедиться, что не сошла с ума. Очень многое мне кажется странным в этом месте, миледи.

Сана хотела бы сказать, что это ещё и пугает, но не хотела выглядеть совсем уж напуганной девочкой, коей себя и ощущала на деле. Только кивнула. Какой-то камень соскользнул с тонкой шеи, позволил в очередной раз поверить — Кристофер мог действительно говорить правду. Матушка могла быть жива.

— Что ещё этот граф сказал вам? — как бы мимоходом спросила Станислава, вновь поднимая к глазам книгу. У неё плохое зрение?

Касандра бысто размышляла, стоит ли ей говорить об остальном. Выкладывать всё как на духу, потому то сейчас убедилась — она на нужной стороне. Своими способами, но она тоже хочет бороться с гадким механизмом машины Цитадели. И власти у неё для этого гораздо больше, чем у Кайнейро.

— Ничего кроме этого. Обмолвился, что прибыл издалека по делам и не более.

Аппетита у девушки не было совершенно, но поесть всё же пришлось. Со Станиславой после этого они говорили на отвлечённые темы, а под конец алхимик и вовсе оставила Касандру в одиночестве. После этой будоражащей беседы она ещё долго не могла окончательно успокоится, но всё же собралась и отправилась в покои. Нужно было подготовиться к возвращению в город.

На похоронах наверняка будут старые знакомые и это угнетало. Придётся разговаривать с ними и объяснять, что к чему, вешать лапшу на уши о “великой” цели королевских алхимиков и улыбаться. Хотя бы для приличия, потому что нельзя давать слабину ни в коем случае.

У Касандры было ощущение, что она провела в Светлом дворце не жалкую неделю, а целый год. Так бывает всегда, когда в размеренную жизнь врывается ураган и разбрасывает уклад вещей по сторонам. И как ей смотреть теперь в глаза одногруппникам, которые продолжают свято верить в учения Жизни и все опыты проводят, основываясь на ней исключительно?

Записи Сана тоже захватила, решив, что лучше без присмотра их не оставлять. Девушка даже спала, спрятав бумаги под матрац. Так надёжнее.

Этот состав оказался в разы быстрее. Всего сутки соседства с хмурым лицом наёмника, его манипуляции руками возле лица и вот Касандра уже идёт по знакомым, серым улицам и наблюдает не менее серых людей. После Преудантэ было не так, не уютно, не привычно и более всего от того, что в этом месте ей больше идти некуда. Сану здесь никто, нигде не ждёт.

Сердце сдавливали едва ли не раскалённые жгуты. На неё не оборачивались, не замечали. Оказавшись в Нитау, девушка стала таким же серым пятном, что и была. Ничем не выделяющейся светской особой, которая следует по своим делам.

— Как вы так живёте вообще?.. — поражённо спросил Владислав спустя минут десять, как они покинули шумный вокзал. — Это же просто невозможно.

— Знать ещё ничего, а вот бедняки — худо, очень худо, — Касандра пожала плечами, — Сильно не зацикливайся, проникнешься ещё, тоже полезешь на рожон...

Сама удивилась своим словам, но далее распространятся не стала. Ведь всё так — ей действительно повезло. Не нужно носить респираторы, не нужно тратить последние деньги на услуги алхимиков, превращающих продукты в безвкусные брикеты, зато более или менее безопасные для здоровья. Касандра вообще со страхом думала о том, что есть вероятность такой участи. Врагу если и пожелаешь, то по типу Барнеуса. Такому, которого точно не жалко.

Может, проведи герцог хотя бы неделю в шкуре простолюдина, понял, что на самом деле движет ей подобным и сам изменил своё мнение касательно политики. Но подобное оставалось недостижимой, розовой мечтой.

— Сколько времени?

— Четыре часа дня, — Влад откликнулся не сразу.

— Хорошо. Хоронят на закате, а значит, у меня есть немного времени. Пройдёмся до дома.

Касандре не ответили. Наёмник шёл рядом, держался расслабленно и отстранённо, вёл себя совсем не как Страж, но она поймала себя на мысли, что Владислава так не воспринимает примерно с той гадкой ночи. Он был воином или козлом, сволочью, мужчиной, но уж точно не Стражем.