Когда закончится осень
Шрифт:
– Опусти ствол, Дарра, - как можно спокойнее произнес я.
– Скажи, что все еще любишь меня, - потребовала она.
Я замотал головой.
– Я не сделаю этого, потому что это не так.
– Мне не хотелось лукавить душой, даже находясь под прицелом. Я просто не мог выдавить из себя этих слов. Ее дрожащие пальцы скользнули к спусковому курку, и мне не оставалось ничего, кроме как действовать. Я бросился в ее сторону, как раз в тот момент, когда раздался выстрел, и пуля вонзилась в мое тело. Горячая кровь тут же хлынула из моего плеча, но я, превозмогая боль, попытался дотянуться и выхватить пистолет, но все попытки оказались тщетны.
Дарра опередила меня, вновь направляя ствол в мою сторону.
– Ты даже не представляешь, какую боль мне причиняют твои слова о том, что ты больше меня не любишь.
– Она кивнула в мою сторону.
– Мне куда больнее, чем тебе сейчас. Эмоциональная боль, она куда невыносимее. Сначала ты разрушил наш брак, а теперь намереваешься разлучить меня с сыном… Но этого не будет. У меня в обойме еще две пули. Одна для тебя, а вторая - моя. Мы умрем здесь. Вместе. Мне решать, кого тебе любить, и… если уж ты выбираешь не меня, то тогда это будет никто.
– Опусти оружие, сейчас же!
– пронзило воздух требование. Я переместил свой взгляд и увидел Тома, стоящего позади Дарры с пистолетом наготове.
Дарра замотала головой и посмотрела прямо мне в глаза.
– Я не могу, - прошептала она.
– Дарра, опусти его. Так ты ничего не добьешься. Подумай, с кем останется Нолан, если ты убьешь и меня, и себя.
Я прикладывал последние усилия, чтобы заставить ее одуматься.
Поднялся шквалистый ветер, и длинные каштановые волосы беспорядочно облепили ее лицом.
– Он уже мертв, - сквозь зубы прошипела она.
Я потерял дар речи, и мое сердце перестало биться. Все тут же потеряло смысл.
– Ты конченная мразь!
– проревел я, устремляясь к ней и уже не беспокоясь о своей жизни. И тут… Резкая боль пронзила мой живот, заставляя меня рухнуть на колени. Зажимая сочащуюся кровью рану, я ощущал, как с каждой секундой мне становится тяжелее дышать, а затем мое лицо коснулось земли.
Дженна стояла на берегу спиной ко мне, но как только я шагнул в ее сторону, она не спеша обернулась, одаривая меня теплой улыбкой. Я нуждался в безопасности ее объятий. Мне было необходимо, чтобы она дала мне то, что было подвластно только ей. Ветер играл с ее длинными волосами, когда она ждала меня в свои объятия - совсем рядом, но все же недостижимо далеко. Сколько бы шагов навстречу ей я не делал, расстояние между нами оставалось прежним. Улыбка исчезла с ее лица, и она опустила руки.
– Дженна, - окликнул ее я, когда она начала отдаляться. Я жаждал ее прикосновений, желал ощутить вкус ее губ, но был обречен на провал.
– Дженна!
– крикнул я снова.
Она остановилась и вновь обернулась, встречаясь со мной глазами.
– Я люблю тебя, Дженна, - прошептал я.
Одинокая слеза покатилась вниз по ее лицу.
– И я люблю тебя, Итан, - вполголоса ответила она.
– Так сильно люблю.
Боль, гнетущая меня, тут же отступила на второй план. Поднялся ветер, и на береговую линию обрушились волны. Я закрыл глаза, наслаждаясь внезапно окутавшим меня спокойствием, которое даровало мне присутствие Дженны. Мне стало легче дышать.
– Я люблю тебя, Итан… так люблю…
Мне было не сдержать умиротворенной улыбки, когда эти слова слились с ее губ. Ее теплые, нежные губы целовали мое лицо, и я упивался каждым прикосновением, искренне боясь открыть глаза и обнаружить, что Дженна ушла навсегда.
– Итан, вернись ко мне, прошу, - умоляла она.
– Вспомни, что ты обещал… Мы должны быть счастливы вместе.
– Дженна прикоснулась губами к моему лбу.
– Пожалуйста, не оставляй меня.
Превозмогая себя, мне все же пришлось открыть глаза.
– Дже… Дженна, - с трудом произнес я.
– Итан!
– воскликнула она.
Теперь она действительно слышала меня. Правда могла слышать. Всего лишь нужно было открыть глаза, чтобы увидеть ее перед собой, стоящую у воды, прямо как в момент нашей первой встречи.
– Проснись, Итан. Прошу тебя, - продолжала умолять она.
Я старался удерживать свои тяжелые веки, чтобы видеть ее лицо, пусть и не так четко, как хотелось бы.
– Итан!
– вновь воскликнула она.
Когда мое зрение адаптировалось к свету, я наконец осмотрелся вокруг. Шум океана сменился гулом машин, а пустынный пляж вмиг обернулся пространством крошечного помещения, где не было ничего, кроме четырех стен. Единственное, что осталось неизменным, это Дженна, стоящая рядом со мной.
– Где я?
– поинтересовался я, слегка вздрагивая, услышав самого себя.
– Ты в больнице. С пулевыми ранениями. За эти две недели тебя дважды оперировали.
– Голос Дженны надломился.
– Ты перепугал меня до полусмерти.
– Она прижалась своей щекой к моей, сдерживая слезы, прежде чем растаять и все же дать волю эмоциям.
– Мне необходимо сообщить медсестре, что ты пришел в себя, - сообщила она, наконец взяв себя в руки.
– Постой… посиди еще чуть-чуть.
– Взяв ее за руку, я закрыл глаза, вновь переживая те же ощущения, которыми был поглощен перед пробуждением.
– А что с… ней?
– Мне было сложно заставить себя даже произнести ее имя.
– Она покончила с собой… Дарра мертва, Итан.
Я просто кивнул, не испытывая никаких эмоций от этого известия. Все точь-в-точь, как в ситуации с моим отцом.
– Она убила его, Дженна. Взяла и убила.
– Внутри меня все сжалось от мысли, что я вынужден вновь оплакивать своего сына.
– О чем ты?
– Дженна нахмурила брови в замешательстве.
– Кого она убила?
– Нолана.
Слезы брызнули из моих глаз, как только я произнес его имя.
– Нет, Итан. Она не сделала этого. С Ноланом все в порядке. Он сейчас с Хелен.
– Что? Но она же сказала мне…
– Дарра блефовала. Он был в отеле с няней.
Слезы потери сменились слезами счастья.
– Так что он жив, Итан. Твой сын в порядке.
Я потянулся, чтобы заключить Дженну в объятия, но меня тут же пронзила боль.
Склонившись надо мной, она скользнула ладонью по моей щеке.
– Тише. Лежи. Некоторое время тебе будет больно.
Я замотал головой и одарил ее теплой улыбкой.
– Нет. Больше никакой боли. Никогда в жизни я не чувствовал себя лучше, чем сейчас.
Ее карие глаза встретились с моими, излучая заботу.
– Позволь мне все же позвать медсестру.
Я не мог отвести от нее взгляда. Эта женщина. Ангел. Она вдохнула в меня жизнь и вернула мне сына. Моя благодарность ей безмерна.
– Эй, Итан, ты слышишь меня?
Дженна помахала рукой у меня перед носом.
– Мне это приснилось, или ты действительно сказала это?
– спросил я.
– Что сказала?
– Что ты любишь меня.
– Нет, тебе это не приснилось… Я люблю тебя, Итан.