Чтение онлайн

" — Судя по всему, — думал он. — С Анфимом я увижусь в ближайшее время, так смысл Волчаре врать мне?"

— Послушай, Илья, — проникновенным голосом говорил сыскарь. — Вся моя жизнь, это клубок лжи и обмана. Но сейчас, я говорю с тобой честно! Помоги мне и я даю тебе слово, а оно у меня твердое, я отблагодарю тебя.

— Каким образом?

— Когда я разберусь в ситуации и накажу врагов, многие богатые люди лишатся жизни и денег — и это будет справедливо! Когда все закончится, я дам тебе много денег — клянусь! Ты станешь по настоящему богатым. Также я займу в Указе куда более высокий пост, чем сейчас и отменю розыск тебя и Анфима, и вы сможете начать нормальную и спокойную жизнь. Кроме этого, я буду благодарен тебе. Будь уверен — моя благодарность кое-чего да значит!

При этих словах у Ильи возникло чувство, что где-то подобное он уже слышал. Почти сразу он вспомнил разговор с Саввой в "Треугольнике". Тот тоже обещал быть благодарным. И вот сейчас тот несостоявшийся благодетель сидит в тюремной камере. И это в лучшем случае. Если все, что он сейчас тут услышал, правда, то возможен вариант, что в данный момент богач Савва висит на дыбе в застенках Сыскного Указа.

— Но тут и убить могут, — сам не зная зачем, сказал Илья.

— Конечно, — серьезно кивнул Волчара. — Могут и убить, но жизнь сама по себе жестокая штука. Каждый день грабят и убивают совсем уж невиновных, не то, что нас с тобой. Однако согласись, если ты сейчас просто уйдешь, то тебя вскоре опять схватят, а спасать тебя будет уже некому.

Илья молчал, понимая, что собеседник абсолютно прав.

— Конечно, ты можешь ускользнуть из города и скрываться. Но смысл тебе становиться бродягой-изгоем? Подумай хорошенько — на одной чаще весов богатство и нормальная жизнь, а на другой — судьба гонимого бродяги, а то и петля на шее. Я хочу, Илья, чтобы ты искренне это осознал и начал со всем старанием помогать мне. Мы с тобой, да еще эти еретики, если они примкнут к нам — все вместе мы составим неплохую силу, и нас будет не так просто раздавить. У меня в руках концы нитей, которые мы пройдем до конца, убивая каждого урода, замешанного в этом деле.

— Азуба тоже?

— Если он опять встанет у нас на пути, то и его тоже. Хоть он и чертовски опасен, но он ведь не призрак, а человек. Да, он любит и умеет всякие железки метать, но ведь острые клинки и отравленные болты для арбалетов найдутся и у нас. Так ведь?

Илья раздумывал не долго.

— Хорошо, — сказал он с чувством, что бросается с головой в омут. — Я помогу тебе Мирон. Сделаю все, что в моих силах.

— Даешь слово? — сыскарь протянул руку.

— Даю слово, — кивнул Илья и пожал протянутую руку.

"— В конце концов, — думал он. — Сейчас у меня и правда нет выбора. Буду делать, что он скажет. Главное, сперва поговорить с Анфимом и узнать, что у него тут за дела. А потом осмотрюсь и если увижу, что Волчара ведет какую-то нечестную игру — никогда не поздно сбежать…".

— Так, что мы сейчас будем делать? — спросил он сыскаря. — Встретимся с Анфимом?

— Конечно. Мне и самому охота посмотреть на этого парня, ну и поговорить с ним про все эти дела. Но перед этим, нам с тобой нужно встретиться с главарем сектантов — неким Борном.

— Когда?

— Прямо сейчас. И вот, что надо делать…

Сгущались сумерки. На городских улицах стало меньше прохожих. Фонарщики зажигали фонари.

Глава тайного общества "помнящих" — Борн, мужчина сорока пяти лет, шагал по улице домой. Последние дни он жил как во сне… На первый взгляд все было чудесно. Работы в доме Малфуса ведутся полным ходом. Уже завтра многое прояснится, но… Было одно "но".

Появилась тревожность. Несколько дней назад Борн почувствовал за собой слежку. По пути домой, он заметил неприметного господина в потрепанном костюме, который очень долго шел за ним. Сектант начал кружить по улицам и непонятный тип отстал.

Может быть, просто показалось, но на следующий день ситуация повторилась. На этот раз за ним шел худой парень в плаще и кепке. И опять, когда Борн начал кружить по улицам, парень словно испарился.

Может быть, просто нервы шалят? А может, преследователи поняли, что он почуял слежку и отстали…

Сегодня слежки явно не было. Борн специально внезапно оглядывался и заходил в магазины, откуда через витрину можно незаметно осмотреть улицу. Вроде никого. Но все-таки, что-то тяготило душу. Какое-то непонятное и неприятное предчувствие. Словно тяжкий камень повесили на шею…

Вот и его дом. Обычное двухэтажное здание, каких в городе сотни. Борн с беспечным видом открыл ключом входную дверь с узким стеклом и зашел внутрь, держа левую руку в кармане, сжимая нож, и готовый каждую секунду, что из темноты подъезда на него кто-то набросится.

В подъезде, однако, никого не оказалось. Тишина. Борн тут же приник к стене, выглядывая через стекло в двери на улицу.

Там ничего подозрительного. Мимо дома прогромыхала телега. Проехали несколько экипажей. Быстрым шагом прошла тучная женщина. Пробежала ватага мальчишек.

Отойдя от двери, Борн, быстро и неслышно, поднялся по лестнице на второй этаж, к своей квартире. Рядом тихо. Отперев ключом дверь и сжимая в руке нож, сектант шагнул в темноту своей квартиры и застыл, прислушиваясь.

Тишина.

Заперев дверь, он только сейчас почувствовал себя в безопасности. Его квартирка состояла из трех комнаток: кухни, спальни и небольшой гостиной, которая также служила ему кабинетом.

В темноте подойдя к письменному столу, он нащупал спички и привычно зажег масляную лампу, которая осветила бедную комнатку.

Позади входная дверь и диванчик. Напротив входной двери, возле окна, стол, рядом с которым он сейчас стоял. Справа проход к туалету и кухне. У проема книжный шкаф и стул. Слева проход в спальню, тумбочка и несколько стульев.

— Добрый вечер! — послышалось справа.

Вздрогнув, Борн застыл, почувствовав, как шевелятся от страха волосы на затылке. Скосив глаза, он увидел, что в проеме двери на кухню стоит человек.

— Скажу сразу, — проговорил спокойным голосом незнакомец. — Я пришел с миром. Если я бы я хотел убить вас, Борн, то уже убил бы.

— Это понятно, — проговорил сектант, чтобы хоть что-то сказать.

— Я пришел поговорить.

— Слушаю вас.

— С удовольствием объясню вам цель визита, но лучше будет, если сперва вы положите на стол нож из левого кармана. Доставайте его медленно и осторожно. И советую быть благоразумным. Я здесь не один.

От этих слов Борн снова вздрогнул и непроизвольно оглянулся.

Позади, в проеме двери, ведущей в спальню, стоял еще один человек.

— Спокойно, Борн, — успокаивающе говорил первый незнакомец. — Мы пришли с миром и хотим поговорить. Если вы будете благоразумны, то не пожалеете, что выслушали нас.