Чтение онлайн

– Что с нами стало...
– задал Уилл риторический вопрос, да даже не вопрос то был. Моргнув и сглотнув, я подошла к мужу, сев рядом с ним на землю.
– Я не понимаю...
– качая головой, произнёс он.
– В чём смысл? Я должен был зачистить свой род? Тогда зачем он был создан?

Я опустила лицо:

– Не знаю. Смысл вроде есть, но... план какой-то... слишком чёткий, жестокий и бессердечный.

Уилл выдохнул носом, беззвучно со мной соглашаясь. Дыша носом, он засипел им, его глаза налились непролитыми слезами.

– Я ждал чего-то совсем другого. Думал, что пойму смысл бытия. Но я ничего не понимаю...

1 сентября 2009 года...

Семь лет. Прошло ровно семь лет со дня нашего знакомства с Уиллом. Даже не верится. Четыре дня назад Уилл осуществил свою судьбу, время пошло намного быстрее. Именно за эти четыре дня я поняла, что такое время, как оно быстротечно и какое же оно щедрое. Минуты, секунды, миллисекунды... ещё один день, ещё одна ночь. Спасибо тебе, время.

Этой ночью Уилл вновь откровенничал со мной в своих прикосновениях и поцелуях. Мы занимались любовью этой ночью, и я знала, что это... в последний раз. Мы не говорили об этом, но я чувствовала, мы оба чувствовали.

Затянувшись сигаретой, Уилл выдохнул дым вверх. Он лежал на спине, поглаживая моё плечо свободной рукой. Лёжа на боку, я наблюдала за ним снизу вверх. За ним и за тем, как дым, выпущенный из его рта, густо вздымается вверх, вскоре расползаясь по углам и исчезая. Опустив глаза, Уилл глянул на меня, вздрогнув в грустной улыбке:

– Семь лет, представляешь?
– Я смолчала, продолжая любоваться им, как завороженная. Словно пытаясь насытиться им, запомнить каждый миллиметр его тела и лица, каждый волосок, пересчитать все реснички и морщинки, запомнить те числа навсегда.
– Ты была совсем девочкой...
– Я непроизвольно усмехнулась.
– Я... очень благодарен тебе за ту ночь...

– За какую из?
– уточнила я, хоть и знала ответ. Уилл прыснул.

– За все!

– А какая твоя самая любимая ночь?
– заинтересовалась я. Изогнув брови, Уилл подумал немного.

– Их несколько.

– Ну, давай, перечисляй!

Муж цыкнул. Глянул на меня. Понял, что я не шучу. Перелёг на локоть и стал загибать пальцы:

– Начну с конца, если ты не против?

– Склероз даёт о себе знать?

– Да, - фыркнул муж, - короче. Вот эта ночь.
– Я мыкнула, кивнув.
– Та дикая ночка на острове Скай.

– Так?

– После моей выписки из больницы - полгода назад. День и ночь после твоего похищения. Ночь на Таити, когда мы накупили игрушек из секс-шопа и начали их пробовать. Первая неделя на Таити - все дни и ночи. Первые сутки в квартире после свадьбы. Ночь в Вегасе, после свадьбы. Неделя после смерти Томми. Все те ночи, и не только ночи, когда мы впервые пробовали что-либо. Но знаешь, какая ночь - самая-самая любимая?

– Какая?

– Ночь с двадцать пятого на двадцать шестое октября две тысячи четвёртого года.
– Я потемнела, не поняв, что особенного в той ночи.
– В твой семнадцатый день рождения я не находил времени днём никак. И написал тебе сообщение в первом часу ночи, когда твой день рождения уже прошёл. Но, кажется, тебя это не особенно волновало. Мы встретились в сквере, там никого не было, я подарил тебе серёжки.... И ты всё ждала, что я тебя поцелую. Подавала мне знаки, прикасалась, флиртовала и будто бы кричала внутри себя о том, что я могу тебя поцеловать - ты уже взрослая.

Я улыбнулась с толикой грусти, Уилл рассказывал об этом и ностальгически усмехался.

– Но ты так и не поцеловал меня.

– Нет, - вздохнул Уилл.
– Ты была разочарована?

– Мм, - закивала я, - а также возмущена и оскорблена.

– А я всю ночь о тебе думал. Не спал. И мне это нравилось. Нравилось то, как ты заполоняла мои мысли и... всю мою жизнь. Именно тогда я понял, что бесповоротно и навсегда в тебя влюблён. Я и раньше ловил себя на этих мыслях, но в ту ночь... появилась надежда. По тому, как ты себя вела, я понял, что у нас... всё будет - надо просто потерпеть. Вот это предвкушение... всю ночь меня приятно щекотало.
– Я сглотнула, улыбаясь при взгляде на мужа. Это было так мило... средь всех ночей секса, у него любимая ночь та, в которую между нами ничего не было, но гораздо больше, чем всё, было в мыслях.
– В ту ночь я мечтал о тебе...

– В каком смысле?
– сощурилась я ехидно. Уилл даже немного смутился, пожав плечами и глянув на меня исподлобья:

– Ну, мм-м... в том смысле...

Я артистично ахнула:

– Ты на меня дрочил?
– Уилл прыснул, тихо посмеиваясь и качая головой. А я придвинулась к нему, шепнув: - я на тебя тоже.

– Серьёзно?

– Да, получается, кхм... мы занимались удалённым сексом в ту ночь.

– Удалённым?
– прыснув, Уилл заржал. Я тоже засмеялась, прижавшись к нему.
– Ну, дела.
– Я угукнула, утыкаясь носом в его грудь и игриво поглядывая ему в глаза снизу вверх. Он недолго молчал, отвечая мне взглядом.
– Я хотел сказать, что наша совместная - самая первая ночь была крайне важна для меня. Потому что ты именно мне отдала свою девственность.

– Да ты вроде сам взял, не задавая лишних вопросов...
– брякнула я, подшучивая над мужем.

– Не правда. Я много раз спрашивал, - пробубнил он нарочито обиженно.
– А в тот раз, я даже... три или четыре раза уточнял.

Я беззвучно просмеялась, иронично кивая.

– Ага, ты с такой нарочито понимающей физиономией бубнил, что-то вроде - мне это не так важно, да я не тороплюсь, но твои глаза говорили совсем другое.

– И что же они говорили?
– задиристо спросил Уилл.

– Ну, что-то вроде...
– приподнявшись немного, я покашляла и потрясла головой. Потом как заорала: - аааа!
– Уилл аж вздрогнул, ошарашенно на меня глазея.
– Блииин!
– продолжала я изображать психованный внутренний голос мужа.
– Как же мне хочется! Мне так хочется, что всё чешется! Даже пятки! Ещё хоть секунда воздержания, и я сдохну! Просто сдохну! Кто-нибудь умирал от этого? Я точно умру! Начерта я спросил её - стоит ли подождать?! А если она скажет - да, стоит?! Что я буду делать?! Начерта я спросил?! Начерта?! Только не говори мне "нет"! Я убьюсь об стену! ААААА!
– на последнем слоге я поддалась на мужа и проорала ему в лицо. Он отвернул от меня морду, беззвучно заржав. Я же откашлялась с невозмутимым видом, да отодвинулась от него. Уилл глянул на меня и засмеялся уже в голос. Я чавкнула, переваливаясь на спину, чтобы взять заготовленную заранее, но не открытую, бутылку минералки.

– Как ты прямо... слово в слово угадала?
– спросил Уилл, всё ещё посмеиваясь, но тихо. Я хмыкнула, пожав плечами. Взяв бутылку, легла на локоть:

– Я тебя хорошо знаю.

– Это уж точно, - Уилл усмехнулся. Я открутила крышку бутылки, сделав два глотка. Приподнявшись и придвинувшись ко мне, Уилл положил руку на горлышко бутылки. Чмокнул меня в губы и потёрся кончиком носа о мой нос.
– Ты любишь меня?
– Я свела брови, в то же время, вздрогнув в улыбке.

– Люблю.

Он помолчал, глядя мне в глаза с грустью и радостью одновременно.

– Я... надеюсь, что ты не жалеешь о встрече со мной и никогда не пожалеешь о днях, проведённых вместе. Я не жалею, это стоило того. Каждая секунда рядом с тобой, даже проведённая в этом аду, была раем. За эти семь лет ты выросла на моих глазах. Я горжусь тобой. Мы оба изменились за эти семь лет, через многое прошли. Мы выстроили по кирпичику наши отношения, наш брак, вопреки всеобщему мнению и множеству преград. Озираясь назад, я удивляюсь тому, сколько мы осилили. Мы прожили целую жизнь за эти годы. И я не жалею, что ступил на этот путь. Не жалею о том, как именно всё сложилось, потому что испытал то, что не всем дано испытать. Думаю, в этом суть, Селин.
– Я вопросительно потемнела.
– В чувствах, - пояснил Уилл.
– В эмоциях, в желании жить. Может быть, весь смысл в бессмысленном цикле. Может быть, там за чертой, нет ничего особенного. Если честно, мне вдруг стало абсолютно плевать, насколько осмысленна жизнь. Если есть какая-то система и мы в ней заложники, то нам остаётся только жить. Всё необходимое здесь, Селин. Жизнь прекрасна, ты просто оглядись и не цепляйся за негатив. Природа, она такая... волшебница. А любовь, хоть и причиняет боль, невообразима. Но самое лучшее в этом мире... ты сама.
– Я откашляла образовавшийся ком в горле. Мне понравились его слова, но они были самыми грустными на свете. Я вновь глотнула воды, проглатывая и запивая ком.
– Я люблю тебя, малышка. Ты будешь злиться на меня, я знаю, но я сделал это ради тебя.