Чтение онлайн

— Лески, в двух днях пути отсюда, — Бил задумчиво запустил шишкой в огонь.

— А… га, — об этом названии я слышала впервые, а спрашивать, где находится моя, то есть уже не моя деревня, я не решилась. Ни к чему всем знать, где я жила. Не то, чтобы я боялась, что меня сдадут, но… береженого Тьма бережет, а за донос на мага дают нехилые деньги, лошадь хорошую можно купить, а то и две, я и так уже слишком много разболтала. Впредь надо быть осторожней.

— Ты что, туда идти собираешься? — вздернул бровь Див.

— Почему нет? — безразлично пожала плечами я.

— Да тебя там вычислят в первую же седмицу, — покачала головой Айза, — деревушка солидная, но все про всех всё знают.

За три года в приюте никто ничего не узнал. Ага, только хозяйка начала что-то подозревать. И то я еще до этого там девять лет провела. Зато как красиво ушла… когда первый раз колдонула, все было гораздо печальнее: подралась в очередной раз с мальчишками, занесла руку для удара, и со стола снесло кувшин с молоком. Нас тогда всех без ужина оставили, хотя находились мы в другом конце комнаты.

— Тебя везде заметут, — продолжил ее мысль Див, — внешность приметная слишком, держишься по-другому, да еще и волосы короткие. Такие можно носить только магичкам и продажным женщинам.

Ну спасибо, Тамир, удружил, паразит. Разбойники попереглядывались, что-то объясняя друг другу на пальцах, потом снова заговорил главарь:

— Поэтому я предлагаю тебе пожить пока у нас. Ну куда ты в зиму пойдешь? Да и выживешь ли? А мы тебя научим кое-чему, все не так страшно отпускать будет.

Я согласилась.

***

— Лиска, шевели ногами! — подгонял меня Лис, — давай-давай, быстрее, так тебя любой ребенок догонит!

Да ребенок в таком снегу увязнет по уши! И сапоги неудобные: большие, так и норовят слететь. Ой!

— А-а-а-а! — я сама не заметила, как дотелепалась до реки, выбежала на припорошенный снегом лед и поскользнулась, за ворот набилась целая гора снега.

— Вставай, лентяйка! На дерево, живо! — командовал Лис, наблюдающий за моими мучениями с высокой ели.

Я поднялась, скользя, словно на лыжах, подъехала к огромной елке, подпрыгнула, и, уцепившись за ветку начала карабкаться вверх. И беготня в несколько верст по заснеженному лесу была еще цветочками. После этого мы шли в дом, в специально оборудованную комнату, и Лис учил меня драться. Оказалось, что постоять за себя я совсем не умею, и до этого мне «просто не везло столкнуться с нормальным противником». Лично я, наоборот, считала это большой удачей, особенно после того как Лис, как самый энергичный и молодой ставший моим тренером (читай между строк «мучителем»), легко уронил меня на пол раз десять подряд, не давая подняться и при этом особо не запыхавшийся. Потом я пыталась колдовать. Сначала в доме, но после выбитого окна меня выгоняли подальше в лес, а один из разбойников, наблюдающий за тем, чтобы я его совсем не разрушила, стоял вне зоны действия моей силы, чтобы, если что, бить тревогу. Получалось у меня, надо сказать, не ахти. Максимум, на что меня хватало — растопить снег вокруг себя на совсем небольшом расстоянии. А, еще двигать предметы получалось, но после этого я чувствовала себя очень усталой. Зато все остальные веселились, наблюдая за моими потугами. За те две с лишним луны, что я здесь провела, во мне крепло подозрение, что они оставили меня специально для развлечений, так как зимой грабить было особо некого: все купцы сидели по домам, а в городе промышлять — себе дороже, один договор с гильдией воров чего стоит. Поэтому всю зиму мои новые знакомые жили на то, что удалось добыть за весну, лето и осень. Естественно, просто так сидеть в домике далеко в лесу было скучно, а потому всё внимание досталось мне. Да, забыла еще сказать, что Айза, с которой мы готовили всем завтраки, обеды и ужины, потихоньку обучала меня лекарскому делу, а Див рассказывал о тонкостях городской жизни и в довершение всего устраивал мне экзамены каждую седмицу. Билл тоже был при деле: он учил меня вскрывать замки.

— Выше давай, — прикрикнул Лис, — и быстрее, а то рискуешь не дожить до обеда.

— Почему?

— Доползешь сюда — скажу.

И я полезла, пуская изо рта струйки пара, как очень сердитый самовар. И вот, спустя пару щепок я уже сижу на ветке рядом с Лисом, пытаясь отдышаться.

— А теперь посмотри вооон туда, — тонкий палец ткнул вниз.

Я медленно опустила глаза, предчувствуя, что увиденное мне не понравится. У подножия елки сидело какое-то существо, не похожее ни на одно раньше виденное мной животное. Оно было серое, покрытое чем-то вроде чешуи, из пасти торчали щупальца, да еще оно имело шесть лап. Страховидла какая!

— Что ЭТО? — охрипшим голосом спросила я, отказываясь верить своим глазам. Когда началась война, мне было всего пять, но я отлично запомнила этих существ. Они все отличались размером, наличием шипов, рогов, когтей, клыков, щупалец, но перепутать их с обычными зверушками было очень проблематично.

— Тварь с изнанки, — подтвердил мои опасения Лис.

— Но откуда она здесь взялась?

— Не знаю, видимо, где-то недалеко произошел разрыв.

Я поежилась. Этот мир и изнанку разделяет Грань. Она защищает нас от потусторонних существ. Во время войны Грань начала расползаться, и сюда полезла всякая нечисть. Её тогда уничтожили, Грань залатали. Но небольшие прорывы все же случались. Если их не закрывали, они увеличивались, словно дыры в одежде, и оттуда ползло все больше существ. Это все мне объясняла мама. Я видела, как она латает Грань. Сейчас, когда магов уничтожили, прорывы закрывались специальными амулетами, в которые были встроены кристаллы. Такие имелись у правящей верхушки и в каждом отделении стажи.

— Что будем делать? — спросила я, и в это мгновение ель сотряс мощный удар. Я от неожиданности свалилась с ветки, но в последний момент была подхвачена за куртку.

— Мы тут долго не высидим, — Лис деловито достал из голенищ сапог кинжалы, — надо постараться прибить эту тварь прежде, чем она до нас доберется, — и он перепрыгнул на соседнее дерево. Я последовала за ним, прекрасно зная, что обычный кинжал не способен причинить вред существу с изнанки. Тут нужно чистое железо, еще лучше — серебро.

Кинжал Лиса попал твари в глазницу. Та взвыла и… отрастила крылья.

— Беги, я прикрою, — распорядился парень.

— А ну стой, дурак! — но он уже меня не слышал: спрыгнул вниз.

И как удачно, прямо ей на хребет. Тварь досадливо мотнула головой и завертелась на месте, отчаянно работая крыльями. Я соскользнула в снег и огляделась. Бежать я не собиралась: во-первых, оно меня догонит, как только расправится с Лисом, а во-вторых, я не собиралась дать ей это сделать. Как-то же маги с ними борются! Вот только знать бы еще, как… Лис слетел с существа и упал в сугроб. Я сложила ладони лодочкой, выпуская в них свою энергию. Потом резко развела руки в стороны, швыряя образовавшийся сгусток в чудище. Получилось! Светящийся комок стремительно набрал скорость и полетел в заданном направлении. Слегка промазала. Твари лишь снесло одно крыло. Она жутко взвыла, упала в снег, потом развернулась и поползла в мою сторону, оставляя за собой кровавый след. Энергия потекла из меня неожиданно, и я едва успела направить ее на воющее существо. Из ладоней струями хлынуло белое пламя, захватило в кокон тварь и расплавило ее под леденящий душу потусторонний вой, попутно растопив снег на всей поляне. Я замерла, неверяще глядя на горстку пепла, в которую превратилось потустороннее чудище. Это я его так? Ну конечно, я. Больше-то некому. У меня получилось! Уффф. Коленки подкосились, и я осела на землю.

— Элис! Ты как? — ко мне подбежал Лис.

— Надо найти и закрыть разрыв, — прошептала я, поднимаясь, — откуда она пришла?

Разрыв мы обнаружили быстро. Он зиял черной дырой в паре вершков над землей. Я попросила парня отойти и закрыла глаза, вспоминая хрупкую женскую фигуру с развевающимися черными, как смоль, волосами. Папа говорил, что я очень на нее похожа, только глаза другие и цвет волос. Не думать об этом! Глубокий вдох… Я мысленно взялась за края разрыва и потащила их друг к другу. Это было сложно: казалось, что я пытаюсь слить воедино две противоположных стены в довольно широкой комнате. На лбу выступили капельки пота. Я приоткрыла глаза и довольно отметила, что дыра медленно, но верно превращается в черную щель.

— Obsecro! Prope, — слова из прошлого, которое я так упорно пыталась забыть, легко всплыли в голове. Получившаяся трещина полыхнула белым и исчезла, а я упала на четвереньки, тупо пялясь на появляющиеся на снегу красные точки. Кажется, это у меня из носа. А потом наступила темнота.

***

Мне под нос сунули что-то дурно пахнущее. Я тихо застонала и села.

— Пей, — Айза вручила мне чашку с травяным отваром. Я послушно выпила напиток и легла обратно. В небольшой комнате столпилась вся компания. Я от такого внимания ничуть не смутилась и сообщила:

— Мне холодно, а еще есть хочется.

Нет, вы видели? Меня не только не отправили тренироваться (хотя, я подозреваю, что это случилось еще и потому, что за окном была непроглядная темень), а отнесли в кресло у камина, укутали пледом и всучили большой кусок пирога. И кто? Предводитель разбойников собственной персоной. М-да, дела… Я откусила пирог и задумчиво его зажевала. И что, так всегда будет? Как только я переколдую, все — прощай, сознание, здравствуй, холод? Надо что-то с этим делать. Только вот что? А, ладно, потом разберусь, а сейчас можно просто насладиться зимним вечером, посмотреть на огонь и послушать тишину. Словно в ответ на мои мысли в лесу завыли волки. Все разбрелись: кто спать, кто на ночную прогулку — проверить, все ли тихо, и только старший разбойник остался сидеть на ковре у кресла.