Чтение онлайн

Эта светлая мысль застала меня на лестнице. Надо ли говорить, что я тотчас опрометью кинулась обратно в Веркину квартиру и принялась настойчиво звонить в дверь. Никто не торопился впустить меня внутрь. Из-за новой двери до меня доносились звуки музыки и детские визги. Хорошо работают, нечего сказать. Я опять нажала кнопку звонка. Бесполезно. На лестничную площадку высунула нос только баба Катя и принялась сверлить меня своими глазками-буравчиками. Я второй раз за сегодняшний день поздоровалась с Веркиной соседкой, еще несколько раз позвонила в дверь и удалилась по своим делам.

За детьми я заехала ближе к вечеру. По моим расчетам, к этому времени, не раньше, они должны были проголодаться после полуденной, весьма и весьма изрядной порции блинов. И конфликт, как результат тесного общения в замкнутом пространстве уже должен был назреть.

Так оно и оказалось. Дети приветствовали меня разноголосым гвалтом. Анюта уже была в состоянии сильнейшей обиды на брата. Никита пока сохранял нейтралитет, но, естественно, склонялся в сторону Ярослава. Ничего путного дети не нашли. И вообще, продвинулись они недалеко. Или правильнее сказать: «Неглубоко»?

Они нашли дартс, повесили доску на стену и устроили соревнование по метанию дротиков, в котором Анюта проиграла по всем позициям. Потом они откопали настольный футбол, устроили соревнования с тем же результатом. Потом нашли проектор и диафильмы и усадили Анюту в темной ванной смотреть фильмы, но там ей было скучно, она вернулась в комнату и проиграла открытое первенство квартиры по игре в кегли, что еще больше углубило конфликт. Я появилась как раз вовремя, чтобы разрешить ситуацию.

– Немного вы успели, – я критически осмотрела помещение.

Мальчишки потупили взоры.

– А они дротики метали и в футбол играли, – Анюта предусмотрительно разговаривала, выглядывая у меня из-за спины. – А меня в ванной заперли и свет выключили! Дураки!

– Никто тебя не запирал! Тебе в кинозале затемнение устроили. Сама дура!

– Мам, а Ярик обзывается!

– Она первая начала!

– Прекратите! Оба хороши, весь день прохлаждались, ничего путного не отыскали.

– А дартс?

– А настольный футбол? А диафильмы?

– Мне нужно кольцо, а не футбол. Футбол тетю Люсю не порадует.

– Почему же не порадует? – оспорил мое утверждение Никита. – Может быть, очень даже порадует. Этот футбол она сама мне подарила в честь окончания детского сада, я помню. Вот обрадуется, что нашелся! Это ж реликвия!

– Для тебя, может, и реликвия. Но кольцо было гораздо более древней реликвией, и оно бесследно сгинуло в недрах вашего жилища.

В это время в квартиру с грохотом ввалилась Верка.

– Всем привет! – крикнула она от порога и протопала на кухню. Послышался шум воды, грохот посуды. Что-то упало и разбилось. Снова зашумела вода.

– Вер, ты чего тут воюешь? – я тоже прошла на кухню.

Верка ставила цветы в темно-синюю вазочку. На руках у нее были оранжевые хозяйственные перчатки. По полу валялись осколки, голубые с белыми цветочками. Верка озиралась вокруг, наверное, в поисках веника. Веника она не увидела и принялась носком туфли собирать в кучку осколки пострадавшей голубой вазочки.

– Стой! – закричала я и выхватила у нее из рук темно-синюю вазочку, вытряхнула из нее цветы и вылила воду в раковину.

Именно мысли о вазочках не давали мне покоя весь день. И если бы не дети, я бы проверила их содержимое сразу, как вошла в квартиру. Но с ними можно все на свете перезабыть.

– Раиска, что ты делаешь? Мне соседка сверху немного цветов дала, их же надо в воду поставить, они без воды погибнут.

Никаких признаков Люськиного наследства в синей вазочке не оказалось. Я опять наполнила ее водой и вручила Верке. Сама же принялась перебирать осколки на полу. Верка мне не мешала. Она наконец пристроила свой более чем скромный букетик и теперь любовалась на него, поворачивая вазочку и осматривая со всех сторон композицию из трех коротко срезанных розовых люпинов.

– Вер, ты Люськино бабушкино кольцо видела?

– Такое с яблоней и змеей? Конечно.

– Слава богу! Где оно?

– Откуда мне знать? У Люськи, наверное, где же еще?

– У Люськи его нет. Она же в Египте!

– А что, туда нельзя прилетать с кольцами?

– Она его потеряла.

– Да что ты говоришь?!

– Сняла, когда мыла у тебя посуду. А сейчас спохватилась – нет кольца! Когда ты его в последний раз видела?

– Последний раз? Дай припомнить, – Верка задумалась. – Ну да, конечно, в тот день и видела. Люська новым изумрудным глазком хвасталась. А про посуду я ничего не помню. Не обессудь. Сейчас такой разгром, не до посуды. Все из головы вылетело. Сейчас еще Ганна с Сашком придут. Обменяли свою пленку на несколько ящиков с металлическими крышками для банок и противомоскитную сетку. Говорят, у них в сезон большой спрос на такие вещи. Завтра с утра пораньше домой отчаливают, а крышки боятся в машине оставить. Цветной металл все-таки. Надо им где-то место расчистить.

– Мам, – Никитка просунул голову в кухню. – Можно я к Сергеевым пойду с ночевкой? У Ярослава «бродилка» новая. А на моей кровати пускай Сашко поспит. А, мам?

И ребенок заискивающе снизу вверх посмотрел на мать.

– Иди, конечно, – устало махнула рукой Верка. – Тут и без тебя не пройти. Вот завтра гости уедут, начнем готовиться к ремонту, так и знай. Не задерживайся.

Никитка радостно кивнул головой и с криком «Разрешили!» побежал к себе в комнату. То есть, не побежал, конечно, разбежаться тут и в мирное время было негде. Никитка пробрался к себе в комнату через завалы.

Дети мигом собрались в дорогу, даже помирились. Хорошо, что с ними Никитка. Наличие постороннего человека не давало моим отпрыскам окончательно распоясаться и перейти к физическим методам выяснения отношений. Я погрузила молодое поколение в машину и отвезла к себе домой. Вечер прошел довольно мирно. Анюта, изображая перед Никиткой радушную хозяйку дома, помогала мне готовить ужин и накрывать на стол, всячески демонстрируя, как ее не интересуют всякие глупые мальчишечьи развлечения. Потом к ней зашла подружка и они уже вдвоем всячески демонстрировали, как их не интересуют всякие глупые мальчишечьи развлечения. Любо-дорого посмотреть.

Муж вернулся с работы поздно и сильно уставший. Долго топтался в прихожей. Наверное пытался сообразить, почему за время его отсутствия количество детей увеличилось в два раза.

– Ты хоть своих-то узнаешь? – ехидно поинтересовалась я.

– Узнаю. Но двое новеньких тоже ничего, чистенькие и упитанные. Может, оставим?

– Кто ж отдаст чистенького и упитанного ребенка? Не надейся.

Вадим тяжко вздохнул и прошел на кухню.