Колесо превращений. Книга 3: Где ты, реликтовый ухоноид?..
Шрифт:
Саффис отрицательно покачал головой.
– Но это всё, что у меня есть...
– с трудом выдавил Милав.
– Если этого недостаточно, то я готов отработать... матросом или кем угодно, я...
– Что это за вещь, которую вы хотите получить ценой собственного унижения?
– Это магический артефакт невообразимой древности...
– Вы верите, что он поможет вам вернуть вашего...
– Друга!
– подсказал Милав.
– Я верю, потому что кроме веры, у меня ничего не осталось...
Росомон замолчал. Он смотрел на Саффиса, ожидая ответа, который мог стать в равной мере, как радостной надеждой, так и печальным приговором. Капитан не произнёс ни слова. Милав молча сгрёб жалобно зазвеневшие камни и повернулся.
– Постойте!
– Голос капитана отразился от стен и заплясал по всей каюте.
– Вы знаете, кто такой аххон?
– Нет...
– тусклым голосом ответил Милав.
– Я никогда не был в вашей стране...
– Аххон, - с гордостью заговорил Саффис, - это уважительное обращение к человеку, ни разу в жизни не запятнавшему себя недостойным поступком! Поэтому я не стал убегать от хилгаков. Поэтому я не могу не помочь вам. Канкин!
Из-за двери выскочил один из помощников.
– Работы по заделыванию пробоин продолжим на ходу!
– приказал капитан.
– Сигнал ловцам ветра - пусть ставят дополнительные мачты! "Ангел-хранитель" идёт вслед хилгакам. Пора уничтожить миф об их корабле-призраке!
– Да, аххон!
– с восторгом ответил Канкин.
Милав с удивлением посмотрел на Саффиса, обратно высыпая драгоценности на стол. Капитан указал на них взглядом.
– Уберите, - сказал он.
– Звание аххона нельзя купить за деньги...
...Два долгих дня Милав всматривался вдаль, но так ничего и не увидел. Отчаяние медленно овладевало им.
Не выдержав гнетущей неизвестности, росомон отправился к Саффису:
– Вы не смогли догнать хилгаков?..
– Вопрос дался Милаву нелегко.
– С чего вы взяли!
– удивился капитан.
– Но, как же... Впереди никого нет!
Капитан улыбнулся одними глазами.
– Вы хотели, чтобы корабль-призрак привёл вас к той магической вещи, разве не так?
– Именно так!
– Тогда ответьте мне: куда направится корабль-призрак, если заметит нас?
– Ну-у-у... не знаю...
– смешался Милав.
– Он направится куда угодно, только не туда, где находится эта вещь, - ответил капитан.
– И всё же я не совсем понимаю...
– смутился Милав.
– К чему весь этот разговор, если впереди никого нет?
– Мачты "Ангела-хранителя" выше, чем у корабля хилгаков, - терпеливо объяснил Саффис.
– Это значит, мы можем их видеть, а они нас - нет!
Милав стал кое-что понимать.
– Выходит, все эти дни мы шли за ними по пятам?
– спросил он, сбрасывая с себя тяжкий груз неизвестности.
– Да. Вы можете не волноваться. На корабле лучший вперёдсмотрящий.
– Я наслышан об Ардусе, - задумчиво проговорил Милав.
– Тогда отправляйтесь спать. Завтра на рассвете мы подойдём к Фальсафену. По-видимому, этот крупнейший из группы островов и есть место стоянки корабля-призрака.
Милав послушно побрёл к себе в каюту, где его дожидался Кальконис. Вопрос капитана заставил кузнеца остановиться:
– А как вы собираетесь завладеть той магической вещью? Ведь вам придётся одному отправиться на остров!
– Вы не правы, аххон, - задумчиво проговорил Милав.
– Я не один. Со мной сэр Лионель де Кальконис!
Кузнец сказал это таким тоном, словно речь шла об отборной тысяче Годомысла Удалого.
Саффис правильно понял росомона, сказав без тени улыбки:
– Тогда я за вас спокоен...
– Готовьтесь, сэр Лионель, - сообщил Милав, вернувшись в каюту.
– Завтра на рассвете мы будем на острове хилгаков!
Кальконис равнодушно выслушал кузнеца, потянулся, сладко зевнул:
– Что берём из багажа?
– Всё, что осталось после кораблекрушения.
– То есть почти ничего, - вздохнул сэр Лионель, вытряхивая тощую котомку прямо на пол.
– Так, посмотрим, что у нас есть...
Вещей оказалось немного: пара чистого белья, мешочек с остатками трав-оберегов бабы Матрёны, бальзам Нагина-чернокнижника, кое-какая посуда, огниво - вот, пожалуй, и всё.
– Не густо, - подытожил Милав.
– Поклажа мешать не будет, - изрёк Кальконис и посетовал: - С оружием у нас туговато. Не считая Поющего Сэйена, который без пояса вам впору за пазухой носить, мы вооружены как пастухи-отшельники.
– По поводу оружия я с аххоном Саффисом поговорю. Думаю, он не откажет. В остальном вы правы: дорога у нас долгая, лишний груз нам ни к чему.
Бальбад, не произнёсший ни звука в течение всего разговора, нетерпеливо заёрзал на скамье. Кузнец, углубившись в изучение мешочка с пахучими травами, сделал вид, будто не замечает показного нетерпения матроса. Бальбад заёрзал интенсивнее, едва не оторвав скамью от пола. Росомон ноль вниманья. Сэр Лионель торопливо отвернулся к стене, чтобы кок не увидел его ухмыляющейся физиономии. Молодой матрос хмыкнул раз десять, привлекая внимание кузнеца, потом кашлянул раз двадцать. Милав даже ухом не повёл. Тогда обиженный Бальбад соскочил со скамьи и решительно направился к росомону. Кузнец демонстративно оттопырил губу и поинтересовался у Калькониса:
– А куда это наш знаток морского дела запропастился?
– Вы говорите о том молодом матросе с "Морского удальца", которому посчастливилось спастись вместе с нами в кораблекрушении?
– Именно об этом бездельнике и болтуне!
– Мне казалось, что он был в каюте... А! Вот же он!
– Кальконис указал на кока, изумлённо переводящего взгляд с сэра Лионеля на Милава.
Росомон поднял брови:
– Неужели это и есть наш храбрый кок?
– Ну, да...
– смутился Бальбад.
– А куда же тогда подевался тот трусишка, который "героически" спасал свою никчёмную шкуру, пока команда "Ангела-хранителя" отражала нападение хилгаков?
– Да я...
– По всей видимости, в тот момент наш храбрый гхотт разрабатывал хитроумнейший план, куда бы поглубже забиться, в надежде спастись?
– Видите ли...
– Послушай, мой юный друг, я вижу перед собой одно - человека, даже не попытавшегося помочь спасшим его матросам. Поэтому не отвлекай меня своей болтовнёй. Нам с сэром Лионелем завтра предстоит нелёгкая работёнка, и к ней нужно основательно подготовиться.