Чтение онлайн

Сперва ничего не происходило, но потом от монеты стал подниматься легкий серый дымок, и Аурика услышала далекий голос:

– Не переходите! Слышите? Ни в коем случае не переходите… – голос утонул в шипении и шорохе, а потом вынырнул снова: – Это опасно!

На некоторое время воцарилась тишина, нарушаемая лишь испуганным всхрапыванием лошадей – даже вороны на мгновение умолкли. Затем шипение и шорох исчезли, и Аурика услышала:

– Вы поняли? Не активируйте переход, кто бы вы ни были.

Мужской голос был важным и серьезным. Дерек усмехнулся, словно его что-то обрадовало, и произнес:

– Маркус, дружище, это я, Тобби. Почему опасно?

– Дерек, старина! – обрадовался невидимый Маркус, и голос снова накрыло шипением. – Ты куда пропал-то?

– Я преследую нашего труповода, – ответил Дерек, – и сейчас примерно в районе Бриуотера. Маркус, послушай, нужно объявить полную боевую готовность всех сил полиции и инквизиции. Возможен огромный прорыв некротического поля и новые убийства. Свяжись с бургомистром Говардом, пусть объявит комендантский час. Всем сидеть по домам и глаз не спускать с невинных дев.

– Хорошо, сделаем, – согласился Маркус. Теперь его голос звучал настолько отчетливо, словно он стоял рядом с Дереком и Аурикой. – Пиво и дамы нас подождут. Я тебя еще раз прошу: не переходи. Надвигается снежная буря, может забросить неведомо куда, еще и выбросит по частям.

– Понял тебя, – вздохнул Дерек. Устало покосился на Аурику и добавил: – Ладно, до встречи.

Затем он толкнул монету носком ботинка, и серый дым принялся медленно утекать обратно в серебро. Аурика зачарованно смотрела на артефакт, чувствуя, как проясняется сознание. Она ведь действительно не настолько глупа, чтоб броситься куда-то, очертя голову – сейчас осознание того, что Аурика просто стала жертвой манипулятора, придавало ей сил.

– Дерек, – негромко окликнула она. – Что мы теперь будем делать?

Дерек нашел в ящике под сиденьем кучера пистолет с артефактом, выстрелил в небо, и над местом трагедии вспыхнул алый туман, давая знак полиции поселка о том, что случилась беда. Когда марево рассеялось, он убрал пистолет на прежнее место и сказал:

– Ты бы лучше села в дилижанс. Я сейчас вытащу мертвых, а ты сядешь.

– Нет! – торопливо воскликнула Аурика и вцепилась в руку Дерека, который уже успел взяться за дверцу. Он обернулся и с какой-то трогательной, почти родительской заботой объяснил:

– Холодает. А там греющие артефакты.

Мороз действительно стал покусывать за щеки, но Аурика готова была превратиться в ледышку, но не занять свое прежнее место на скамье.

– Нет, – повторила она. Дерек нахмурился, и Аурика почти прочитала его мысли: «Упрямая девчонка!» Что еще тут можно было подумать? Ей стало страшно, что он рассердится и силой заставит сесть в дилижанс, но Дерек лишь спросил:

– Боишься мертвых? Что они заговорят с тобой?

Аурика отрицательно мотнула головой. Уж чего-чего, а мертвых она не боялась. Мертвец не станет стрелять, не схватит и не сунет руку ей под платье. Дерек был прав: бояться надо живых.

– Я боюсь, что ты исчезнешь, – шепотом призналась она – говорить такое громче было стыдно, за такие слова запросто поднимут на смех. Но Дерек серьезно кивнул и ответил:

– Никуда я не денусь. Я тут, с тобой. Иди в экипаж.

Он снова обнял Аурику, и она подумала, что теперь уж точно не замерзнет. В лесу становилось все темнее, полиция не спешила на помощь, и перспектива заночевать на дороге, в залитом кровью снегу и в окружении изрубленных мертвецов становилась все реальнее. К своему удивлению, Аурика не чувствовала страха. Совсем. Весь страх кончился, когда к ней покатилась отрубленная голова одного из бандитов.

И именно эта голова заговорила первой. Голос был хриплым, с легкой шепелявостью, которая выдала в мертвеце уроженца юга, бог весть как занесенного на далекий льдистый север. Мертвые глаза не открылись, потемневшие губы не дрогнули, но Аурика отчетливо услышала:

– Эх, не свезло. Не успели мы тебя, сучку, попользовать. Да кто же знал…

Ощущение было таким, словно Аурику бросили в нужник. Ей еще никогда не было настолько мерзко – даже когда один из приятелей отца, сильно перебрав на прошлый новый год, зажал Аурику в коридоре и запустил руку ей между ног. «Не дрожи, барашек, – прошептал он тогда, – сейчас познакомимся, а там и свадебку сыграем. За тебя хорошее приданое дадут, не знаешь?»

– Шел бы ты к бесу, – негромко проговорила Аурика. Дерек едва заметно повел плечом – должно быть, понял, что заговорил кто-то из мертвых. Говоривший противно расхохотался.

– Да мы все уже тут, сучка! – заорал он, и в его голосе звучали визгливые истерические нотки. – Уже горим!

– Горим! Горим! – завопили над дорогой на разные голоса. Встревоженные вороны с хриплым карканьем сорвались с ветвей, и на мгновение на снег упали рыжие отблески огня. Аурика зажмурилась, уткнулась лицом в плечо Дерека и несколько долгих минут стояла, умоляя все силы, способные услышать ее, чтоб это закончилось. Мертвецы кричали от боли, молили неведомых истязателей остановиться и заливались неестественно звонким смехом. Вокруг дилижанса плясали тени, собираясь в растрепанные пряди белого дыма, и далеко в лесу что-то двигалось, разбуженное воплями убитых: спешило к свежей теплой плоти.

Аурика и сама не поняла, когда вопли утихли – просто вдруг сквозь буханье крови в ушах услышала:

– Барышня. Барышня, если слышите меня, подойдите, пожалуйста.

Мир окутало теплой вязкой тишиной. Ужасы подступающей ночи отодвинулись. Голос, добрый и чуть надтреснутый, принадлежал старому адвокату, тело которого до сих пор находилось в дилижансе. Аурика шмыгнула носом, повела плечами, освобождаясь из объятий Дерека, и, собравшись с духом, резким движением открыла дверцу.

– Вот и хорошо, – по голосу адвоката было ясно, что он улыбается, хотя мертвое обескровленное лицо было неподвижным. В густеющих сумерках оно казалось маской. – Джентльмен никогда не обидит леди, даже мертвый. Как вас зовут, дитя мое?

– Аурика, – прошептала Аурика, всматриваясь в мертвеца. Она чувствовала, что Дерек сейчас стоит прямо за спиной, и была благодарна ему за эту молчаливую поддержку. – Аурика вин Селлан.

– Счастлив встретиться с вами, госпожа вин Селлан, – возможно, ей это показалось, но голова адвоката дрогнула в поклоне. – А меня зовут, вернее звали, Ибрахим фон Веррен. Я адвокат коллегии ее величества. Мы с сыном везли очень важные бумаги, которые обязательно должны попасть в Таммербро.

– Бумаги, – повторила Аурика. – Должны попасть в Таммербро.

– Где они? – тотчас же спросил Дерек и со спокойной готовностью произнес: – Доберемся в Бриуотер, отправим сверхсрочно по линии инквизиции. К полуночи будут на месте.

Губы Ибрахима фон Веррена дрогнули.

– Поблагодарите вашего друга, госпожа вин Селлан, – сказал он. – Эти бумаги – чрезвычайно важные доказательства невиновности моего подзащитного. Они спасут порядочного человека и отца семейства от виселицы. Папка с бумагами под сиденьем моего сына.