Чтение онлайн

Лотта кивнула, понимая, что за неделю нужно будет ещё и оформить документы на степней, которых она продает на грядущие скачки в Гигане. Их заберут в следующий понедельник, а значит, всё должно быть готово уже к пятнице. Она благодарно глянула на конюха, который выполнял большее количество обязанностей в стойлах: выгул, объезд, кормление и чистка. Вик умел обращаться со степнями лучше, чем кто-либо ещё. На Кирию он рос вместе с ними в буквальном смысле — его племя разводило этих зверей для езды. А здесь, в доме Арканы, хозяйка определила омеге целую конюшню, чтобы он объезжал для скачек молодых степней и заботился о жеребятах.

— Отлично, — выдохнула она, поднимаясь. — На следующей неделе за сделкой проследишь сам, — министр поморщилась, вмиг ощутив накопившуюся за день усталость.

— Что-то случилось, госпожа? Может, я смогу помочь? — Вик наклонил голову на бок, ловя её взгляд и улыбаясь без губ. Лотта хмыкнула. В отличие от Тэйки, этот омега с удовольствием пользовался тем, что являлся одним из старших, понимал, что леди дорожила его помощью и знала ему цену. Слишком независим, слишком смел, слишком фамильярен.

— Я уезжаю на четыре месяца на Коургу, — альфа нахмурилась, чуть отвернувшись. — Тебе придётся самому проследить и за остальными запланированными продажами. Я буду передавать инструкции через Тэйку.

— Как же я без вас, моя прекрасная леди? — он растянул губы в улыбке, но Лотта-то услышала как он расстроен. Четыре месяца без альфы в свете того, что как один из старших, Вик жил от течки до течки, — тяжкие четыре месяца. Сердце болезненно сжалось, и министр нахмурилась ещё больше, потерев переносицу. Нужно было наведаться к Коулу и к Рэю, но…

Лотта резко вскинула на него глаза. Два взгляда: один тёмно-карий, жгучий, глубокий, другой — светло-карий, ореховый, голодный и смеющийся. Министр с секунду не могла оторваться от созерцания красивого точёного лица в обрамлении молочных прядей, от фигурных губ и пушистых ресниц, а потом, словно отмерев, прижала омегу к столбу беседки.

— Вижу, вы соскучились не меньше моего? — горячим шёпотом поинтересовался Вик, смело заведя руку за её голову и запустив в мягкие тёмные волосы.

— Не дерзи, сладкий, — прошипела она, пройдясь рукой по наглухо застёгнутой рубашке, подцепила одну пуговицу и обнажила шею, пройдясь языком по трепещущему кадыку. Омега громко выдохнул, опустив руки на её плечи, и закинул голову вверх, призывая продолжить. Лотта заулыбалась, припала губами к коже, нежно посасывая. Укусила, обильно обслюнявив, и двинулась ниже, чувствуя, как подкашивались ноги дерзкого кирийца.

Она купила его сразу за Тэйкой, через год, но уже на Коурге после захвата Кирию. Тогда же она познакомилась с Грэгом, который рьяно рекламировал светловолосых аборигенов с новой планеты. От сэйканцев кирийцы отличались, пожалуй, только цветом волос, исключительно тёмного молочного оттенка и отсутствием опознавательных тату. Внешнее строение, анатомия, физиология — всё это совпадало. Для соития Вик был невероятно удобен, тем более, что был одного роста с госпожой. Лотта любила проводить с ним ночи, но в последнее время слишком отдалилась из-за младших, которым требовалось много внимания.

Словно извиняясь, альфа отогнула ворот рубахи, нежно расцеловывая ключицу и беря его руку в свою, сжимая. Почувствовала грубые мозоли из-за работы в конюшнях и выдохнула, стыдливо понимая, что даже не заметила, когда они появились. Да, Лотта Аркана справлялась с одиннадцатью омегами, но порой справляться и любить — разные вещи.

— Не знаю, как на счёт вас, но я точно соскучился, моя леди, — тихо прошептал омега, ответно сжимая её ладонь. — Слишком давно…

Лотта договорить не дала — оторвалась от ключицы и прижалась к нежным губам, кусая и оттягивая горячую кожу. Она знала, что слишком давно они не были наедине, слишком давно не делились друг с другом ничем, слишком давно не целовались так упоенно и искренне. Течка у Вика была три месяца назад, а следующая будет нескоро — в следующем полугодии, да и то тогда Лотта приходила от силы три раза за весь период, посчитав, что наложник уже взрослый, справится. А у министра дела, дела, дела… Леди Аркана очень отдалилась от него, а омега ничего, не жаловался.

Альфа вылизывала языком полость, вжавшись в его тело и ощущая его тепло. Слышала, как он постанывал, ответно толкаясь в её рот. Лотта знала, что непристало заниматься этим в саду, хоть и в беседке, но чувствовала, что до чьей-либо комнаты им уже не дойти — собственное возбуждение не давало продыху, а о распалившемся Вике и говорить не стоит, омега едва на ногах стоял от вскруживших голову ласк. Министр торопливо расстегнула оставшиеся пуговицы, отбрасывая прочь рубаху, и опрокинула невольника наземь, сев сверху и глядя в похотливые ореховые глаза. Привезённые с Коурги высокие сапоги для верховой езды она, конечно, оставила в комнате, но дала слово вручить их завтра сразу после утренней трапезы.

— Я тоже соскучилась, — выдохнула Лотта ему в ухо, потершись промежностью о голый живот. Вик часто задышал, прикрыв глаза, и широко улыбнулся. — Будешь лыбиться — отымею по самые гланды, — грозно пообещала она, торопливо стягивая простую тунику, в которую успела переодеться после совещания.

— Вы озвучили моё самое сокровенное желание, госпожа, — бесстыдно заявил тот, сверкнув глазами. Министр состроила сердитую рожицу, но тут же хмыкнула, нагибаясь для нового жаркого поцелуя.

Дул лёгкий ветерок, шурша листьями вьюна, что оплетал беседку глухой стеной. Сквозь редкие щели пробивалось уже не яркое солнце, освещая танцующие в тишине сада разгорячённые тела. Лотта нехотя слезла с омеги, устроившись между его согнутых коленей и нетерпеливо стянув брюки. Прошлась рукой по сильным ногам, подняла взгляд на стоящий колом небольшой член и жадно облизнулась, видя, как по капле стекает смазка. Вик поёрзал, положив ладонь на живот, но не мешал альфе любоваться своим обнажённым телом. Грудь блестела редкими бусинками пота, топорщились трепетные розовые соски, и член вздрагивал от нетерпения и холода. Лотта отметила, что не прочь была нарисовать наложника в таком виде в окружении широких листьев и в свете закатного солнца. Но собственное возбуждение заставило встрепенуться и избавиться от последних элементов одежды.

— Вы как всегда прекрасны, моя леди.

— Да? Ну посмотри секунду, — милостиво разрешила Аркана, встав на колени и расправив плечи, слегка покачнувшись, чтобы красивые груди трепыхнулись от её движения и ввели Вика в полное замешательство. — Нравится?

Ответом послужил лишь вздох, и Лотта довольно улыбнулась, закидывая сильные ноги себе на бедра, коснулась кончиком пальца своего напряженного клитора и в предвкушении закусила губу, глядя на готовый тёмный анус омеги. Мокрая плоть слегка пульсировала, истекая соками, и министр под громкий стон прошлась головкой клитора по входу, сама замирая от чувств. Поймала взгляд омеги и резко вошла до самого основания, чувствуя горячую тугую плоть. Министр толкнулась, вонзив ногти в нежную кожу бёдер, и глухо зарычала, когда разряд удовольствия прошёлся от низа живота по хребту к самому сердцу. Обхватила изящными пальцами дрожащий член и снова двинулась под протяжный стон и шорох каменных плит под спиной Вика. Скользила рукой от основания до мягкой головки, не останавливаясь, вбивалась в податливое невольное тело, любуясь разметавшимися по белым камням волосами и задыхающимся от удовольствия омегой. Он излился ей в кулак на первых же толчках, содрогаясь в оргазме и выгибаясь змеёй.