Чтение онлайн

— Нет, — отвечает Тейлор сквозь смех. — Просто заметила, что даже ты не захотел ее поцеловать.

Пересекаю террасу в три шага и оказываюсь в паре сантиметров от ее лица.

— Я бы следил за тем, что вырывается из твоего болтливого рта.

Тейлор наклоняется еще ближе и понижает голос.

— Я буду говорить и делать все что захочу, придурок. И еще одно, тебе лучше быть начеку в «Сентенниал», потому что я могу уничтожить и тебя и твою уродливую подружку.

Откидываю голову и долго смеюсь. Затем наклоняюсь и шепчу ей на ухо:

— Ты не знаешь, с кем, черт возьми, связалась, принцесса. Никто не делает столько плохого, сколько этого делаю я.

Глава 13

Невинность

Чарли молчит большую часть пути домой. Один раз я попытался заставить ее рассказать о случившемся, но она только улыбается и говорит, что все в порядке. Поэтому я делаю то же, что и большинство парней — замолкаю и надеюсь, что все наладится само собой.

Мысль о том, что Чарли оставили в лесу, заставляет меня крепче сжимать руль. Внезапно возникает безумное желание разбить лобовое стекло. Не уверен, что это поможет, но я все равно это представляю. Если у Чарли есть способность ставить «хорошие» печати, то никто на той чертовой вечеринке не должен их получить, даже если до конца своей жизни они будут жить, как святые.

Я ничего не могу сделать, чтобы защитить Чарли от боли, которую она чувствует. Более того, это не моя работа. На самом деле, все совсем наоборот, и от такого дерьма, как сегодня, легче не становится.

Внутри бардачка контракт души напоминает мне, что у меня есть другой вариант. Но все не так просто. Да, контракт ускорит процесс. Но такая девушка, как Чарли, никогда не согласится на его условия.

Чарли сонливо прикрывает глаза. Она на полпути между сном и сознанием. Каждые несколько секунд тихо всхрапывает. Как кто-то может быть жестоким с этой девчонкой? Это все равно что затеять драку с бурундуком.

Ее щеки больше покрасневшие, и в темноте она кажется почти красивой. Несправедливо, что такие как Тейлор рождаются с хорошей внешностью, в то время как Чарли, которая посвящает себя миру, лузер. На секунду представляю лицо Тейлор, если вдруг Чарли станет красивой. Эта мысль восхитительна.

Чарли хорошая и умная и должна знать, что такое настоящая и абсолютная уверенность в себе. Не только тогда, когда она занимается благотворительностью и даже не та, что она продемонстрировала сегодня вечером, хотя это было многообещающе. У нее должна быть та уверенность, которая заставляет людей замечать вас, когда вы просто проходите мимо. Босс нацелился на нее, и ничто не изменит этого. Но как только я соберу ее душу, ее тело и разум будут оставаться на земле до конца ее жизни.

Разве она не заслуживает самого лучшего, пока жива?

Такое чувство, будто я уговариваю себя воспользоваться контрактом на душу. Но я не могу решить, сделает это все легче для меня, или лучше для нее. Я не знаю.

Чарли снова всхрапывает, и я бросаю на нее взгляд. Ее рот приоткрыт, дыхание ровное и глубокое. Уверен, что она перешла в фазу полной отключки. Когда снова смотрю на дорогу, вижу, что кто-то стоит посреди улицы.

«Дерьмо!»

Напрягаюсь и дергаю руль, чтобы не оставить следов на дороге.

Чарли резко вскидывает руки. Упираюсь рукой в ее грудь, как сделала бы моя мама. «Элизабет Тейлор» с визгом тормозит.

— Что! — кричит Чарли. — Что происходит?

Верчу головой по сторонам и ищу человека на улице, но никого не вижу. Сердце бьется так быстро, что даже больно. Догадываюсь что с Чарли творится то же самое, судя по ее тяжелому дыханию.

— Ты что-то видел? — спрашивает она, когда я ничего не говорю.

Провожу рукой по волосам и выдыхаю сквозь стиснутые зубы.

— Нет. Мне показалось, что я увидел оленя, но там ничего не было. Я просто устал.

Чарли долго изучает меня, затем снова смотрит на дорогу.

— Я лучше не буду засыпать.

— Круто, — говорю я. — Спасибо.

Она тянется к стерео.

— Музыку? — Я киваю, и девушка листает каналы, пока не находит песню «System of a Down». — Тебе же нравится что-то в этом духе, да?

— Да. Пойдет.

Мы с Чарли не разговариваем до конца поездки, что меня вполне устраивает.

Я слишком занят своими мыслями. Я знаю, что видел на улице. Я просто не знаю, кого видел. Коллектор, наблюдающий за мной, превращается в настоящую занозу в заднице. У него не было других причин выскакивать перед моим автомобилем, кроме как поиздеваться. Он понимает, что могло случиться? Что, если бы я не справился с управлением? Я могу и бессмертный, но все еще могу испытывать физическую боль. А как насчет Чарли? Он понимает, что причинить ей боль — значит объявить войну на Земле?

Больше всего меня беспокоит не то, что за мной наблюдает один из пяти коллекторов, а то, зачем ему это. Он должен знать о задании. А может, он знает и о контракте на душу и ждет, не воспользуюсь ли я им. Но зачем пока морочить мне голову?

Когда подъезжаю к дому Чарли, она снова спит. Вот тебе и бодрствование. Я толкаю ее несколько раз, она открывает глаза и вытирает с губ слюни.

«Мило».

— С тобой все будет в порядке? — спрашиваю я.

— Конечно. А почему нет?

Я улыбаюсь, и она вылезает из машины, немного неуверенно держась на ногах. Девушка собирается закрыть дверь, но останавливается.

— Эй, Данте?

— Что?

— Спасибо, что взял меня с собой на вечеринку.

— Серьезно?

— Да. Просто… меня никто раньше не приглашал. И в первой половине было вроде как весело, — она оттопыривает большой палец и мизинец, имитируя питье. Я успеваю посмеяться прежде, чем она продолжает: — Я знаю, все прошло не так хорошо, но все равно приятно быть частью веселившихся людей. Это заставляет меня чувствовать, что я живу. Это имеет смысл?

Тут же напрягаюсь. Не могу поверить, что после всего сегодняшнего дерьма, она «благодарна» за опыт. Сначала Чарли показалась мне такой юной. Может дело в ее наивности или в том, что порой она очень тупо себя ведет. Но когда смотрю, как она нервно поглаживает бедро, небольшую округлость в ее теле, которую я раньше не замечал, я понимаю, что Чарли могла бы быть привлекательной для правильного человека. Все дело в ее взгляде на мир. Как будто она прожила сто жизней и нашла ответы на все вопросы. А ведь на самом деле она всего лишь семнадцатилетняя девочка.

С Чарли Купер случилось что-то страшное. Она видела, как ее родители сгорели заживо. Любой бы сказал, что она имеет право злиться. Быть безрассудной. Плести вереницу грехов, каждый из которых хуже предыдущего. И все же ей как-то удалось сохранить в себе эту… невинность.

У нее есть все основания быть точно такой же, как я.

Но она не такая.

На одно мгновение я завидую ей. Интересно, каким бы я стал, если бы жил, как она. Обычно я никогда не позволяю себе задумываться об этом. Но с ней не могу ничего с собой поделать.