Чтение онлайн

– Главное, чтобы нас, не превратили в метла и чайники, – буркнул Малкольм.

Санара достала планшет, блокнот и стала делать пометки. Малкольм обошел помещение несколько раз, приказывая мысленно дому сделать тот или иной предмет мебели, а затем убрать. В нескольких местах он приказал дому сделать окна. Теплый ветер не врывался в помещение. Стены просто становились прозрачными.

Он подошел к цветку, в котором лежал Дуглас, и спросил:

– Ну как, ты закончил?

– Ееее-щщщ-ееее нее-ммноо-ггоо, – продребезжал с закрытыми глазами тот.

– Ну-ну, – буркнул Малкольм, бросил сумку и сел на пол, глянул на Санару. – Что скажешь? Определила, где мы?

– Пока нет, – ответила она. – Отдыхаем и идем дальше.

Он растянулся на полу и представил, что лежит на морском пляже, где песок мелкий и горячий, и тут же почувствовал, как пол под ним размяк и стал теплым.

“Отлично. В самый раз, – думал Малкольм, закрывая глаза. – Спасибо тебе. Кто бы ты ни был”.

Он провалился в быстрый неспокойный сон. Ему снилась Дебора:

“Он держал ее за руку. Они стояли на пирсе, который уходил далеко в океан. Малкольм оглянулся. Дыхание перехватило. Берега не было видно.

– Где мы? – спросил он.

– В центре мира, – ответила она.

Он взял ее вторую руку. Она повернулась к нему лицом и приблизилась вплотную. Он сложил ее руки вместе и стал целовать. Она улыбалась. Он ощутил легкий, еле уловимый аромат.

– Я скучал, – сказал он.

Она молчала, продолжая улыбаться. Дебора освободила руки и стала нежно гладить его лицо, пристально глядя в глаза.

– Я тоже скучала, – сказала она и отвернулась, посмотрела в ту сторону, где пирс резко заканчивался, и подошла к его краю.

Малкольм последовал за ней, продолжая держать за руку. Он обнял ее сзади и утонул лицом в копне распущенных волос. Он уже забыл, как это прекрасно.

Они стояли долго и молчали, наблюдая, как редкие облака движутся по небу. Она поежилась.

– Ты замерзла? – спросил он, медленно развернул ее к себе и поцеловал. Когда он открыл глаза, она исчезла, но руки хранили тепло ее плеч.

– Дебора! – крикнул он.

Ответа не последовало. Он стоял один.

Малкольм огляделся. Рядом никого. Им завладела тревога.

Вдруг поднялся сильный ветер, который быстро набрал мощь бури. Волны стали накатывать на пирс с угрожающей силой. Пирс скрипел и шатался. Очередной волной Малкольма отбросило к перилам.

Он посмотрел в начало пирса. Черное небо в той стороне разрезали вспышки молний. Гигантские валы, гонимые бурей, напоминали языки чудовищ. Он почувствовал сильный толчок. Доски и опоры взлетели в воздух.

Казалось, море их пожирает.

Малкольм стоял на единственном уцелевшем обломке пирса, который еле держался на шести сваях. Он шатался под ударами стихии, но не падал.

Вода стала вязкой, ее матово черная поверхность ничего не отражала. Теперь она не бросалась неистово на маленький островок, на котором стоял мальчик. Она медленно взбиралась по сваям, цеплялась за перила. Доски со скрипом чернели и изгибались. Большие черные гвозди, словно зубы неведомого хищника, пытались дотянуться до Малкольма.

– Малкольм, Помоги! – раздался крик Деборы

Она держалась за перила и уже по пояс погрузилась в жижу, которая недавно была водой. Руки ее, как будто приросли к перилам и медленно чернели. Она снова закричала, и он бросился к ней.

– Стой! – услышал он за спиной чистый, словно колокольный звон, голос.

Он почувствовал жар и увидел, как все вокруг озарил нестерпимо яркий свет. На мгновенье он ослеп, зажал глаза руками и закричал от боли. Жуткий шум сменился абсолютной тишиной.

Он открыл глаза.

Обломок пирса, словно плотик, висел в абсолютной пустоте. Рядом медленно вращались обломки свай. Эта пустота была живой. Мириады ярких разноцветных огней горели вокруг. Поодиночке и стройными группами они плясали невероятный по красоте танец.

Плотик медленно вертелся. Малкольм стоял так, как будто ничего не происходило, как будто этот кусок старого дерева стал центром притяжения. Он поднял голову. Над ним безбрежным океаном распростерлась тьма.

Вдруг из тьмы выплыл дракон, ужасающая красота которого холодила сердце.

Обломок пирса повернулся и над головой мальчика разлился океан света, из молочной белизны которого выпорхнула птица. Перья ее горели огнем и переливались, блеск огненных глаз внушал благоговейный страх.

Птица взмахнула крыльями, и маленький плотик плавно развернуло. Малкольм увидел, как два прекрасных существа сшиблись в яростной схватке. Они кружились, словно в танце; Жар-птица и Дракон слетались и разлетались вновь, не причиняя друг другу вреда.

Малкольм понял, что видит не схватку двух титанов, а долгий, страстный и безумный танец двух влюбленных. Каждый взмах их крыльев разворачивал и отбрасывал плотик все дальше и дальше.

Плотик перевернулся, в который раз. Гиганты пропали из виду.

И тут раздался взрыв. . .”

Малкольм резко вскочил. Он сидел на мягком полу, Санара смотрела на него, удивленно вскинув брови. Он встал, подошел к стене и превратил ее в зеркало. Он смотрел в отражение долго и пристально. Вдруг его лоб покрылся чешуей, а кожа похолодела. Малкольм закрыл глаза. Когда он открыл их, из зеркала на него смотрело его привычное лицо. Он приблизился к зеркальной поверхности, пытаясь заглянуть вглубь зрачков.

Стена позади него открылась, и вошел Дуглас.

– Город как город, – громко сказал он и подошел к Санаре. – На окраине дома скромные. Ближе к центру, скорее всего, роскошнее и функциональнее.

Малкольм присоединился к друзьям и сел на кресло, которое поднялось из пола.

– Я побывал еще в нескольких домах поблизости, – заговорил Дуглас. – Они похожи друг на друга – пустые внутри, в центре такое же кресло, похожее на цветок, и никакой мебели.

– Что еще ты смог найти? – спросила Санара.