Чтение онлайн

Глава опубликована: 05.08.2017

Интерлюдия 15 (Рори Кристнер)

– Тук-тук.

Триумф обернулся:

– Сэм.

Она опиралась спиной на дверной косяк и прикрывала глаза рукой. Красивая. Облегающий костюм и поза светловолосой девушки выгодно подчёркивали превосходную фигуру. Такую, ради которой нужно пахать в тренажёрном зале. Маска болталась у неё на поясе.

– Ты одет?
– спросила Призма, не убирая руку.

– Ага.

Он сложил пижаму и повесил на спинку кровати. Не идеально, но лучше, чем бросать как попало.

– Тебе уже можно вставать?

– Ага, - ему не хотелось, чтобы ответ снова прозвучал односложно, поэтому он развернулся к ней.
– Я крепкий.

– Хвастун. Я была с твоей семьёй, когда тебя увозили на скорой.

– Я здоров. Исцеляюсь хоть и ненамного, но быстрее простых людей, и после травм у меня не остаётся ни шрамов, ни осложнений.

– Но ты чуть не погиб, не забывай.

– Поверь, такое не забывается, - он скомкал и запихнул халат в спортивную сумку на кровати.
– Удивлён, что ты пришла.

– Мы же встречаемся.

– Всего три свидания, и мы оба согласились, что это несерьёзно.

– Ты так сказал, а потом повёл меня знакомиться с родителями.

– Потому что стандартные пайки в подмётки не годятся домашней еде. Но ты единственная, кто зашёл ко мне сегодня. Разве не сегодня ваш вылет?
– удивился он.

– Полёт оказалось несложно отложить, поскольку всё организаует Протекторат. Меня всю ночь обследовали и гоняли на ренген. Я решила, лучше как следует выспаться, а Урса была не против.

– Я хотел сказать, что ты не обязана была заходить.

– Не льсти себе, я пришла проведать Тайника. А на обратном пути заглянула к тебе.

– Вот как? Сначала союзник, потом парень?

– Мог бы выразиться и помягче.

– Мог бы. Как он?

– Сильные ожоги, но поправляется. Со временем будет видно, останутся ли шрамы.

– А ты как?

– Ушибы, небольшое растяжение. В целом совсем неплохо.

– Хорошо, - улыбнулся он.
– Хочешь кофе? В последнее время я держусь на одном кофеине. Наверное, вырублюсь, если пропущу утреннюю дозу. Могу предложить плечо, если не хочешь перегружать ногу.

– Не откажусь от чашечки. Но разве сейчас что-нибудь открыто?

– Внизу есть столовая.

Призма скривилась.

– Эй, это тебе не бурда какая-нибудь. Там в столовой есть настоящая кофейня, - он перекинул сумку через плечо и предложил ей руку.

– Тебе не нужна кресло-каталка? Я думала, врачи не выпустят тебя из него до самой выписки.

– Вот ещё. Есть кое-какие плюсы в том, что больница в одном здании с СКП. Нам частенько приходилось отправляться на работу прямо с койки, и даже были проблемы с папарацци, которые снимали героев на инвалидных колясках. Так что директор Суинки приняла меры.

– Везёт же. В Нью-Йорк бы такую систему, а то наш лазарет чёрт-те где, - она положила руку на его плечо, и они двинулись по коридору.

Из-за угла вышла Урса Аврора. Триумф успел заметить, что под чёрной блестящей маской медведя она была нахмурена. Увидев их, она с явным облегчением ускорила шаг. Сердце ёкнуло. Что-то случилось. Или сейчас случится.

– Эй, ребята!

– Что случилось?
– спросил он.

– У нас проблема. Раскол в рядах. Крайне скверный.

– Противник?

Она качнула головой.

– Внутренний конфликт. Из-за твоих приключений.

Неожиданно. Он встряхнул головой: нет времени выяснять подробности. Нужно разобраться лично.

– Веди.

При всей срочности, бежать они не могли. Призма ранена, так что быстрее будет воспользоваться лифтом. Урса обогнала их, чтобы нажать кнопку, пока он помогал Призме ковылять к кабине.

– Помягче, - застонала она, когда пришлось перенести вес на больную ногу.

– Прости.

– Терпеть не могу травмы, - пробормотала она.

– Что-то серьёзное?

– Нет. Рой привязала меня к крыше, так что я пролетела полпути и повисла, а затем она перерезала верёвку, и я пролетела вторую половину. Упала на бок. Но когда я так хромаю, возвращаются дурные воспоминания.

Возле лифта он повернулся к Урсе.

– Нажми обе кнопки одновременно, три раза для экстренной ситуации.

Кнопки замигали красным и жёлтым. Почти сразу двери открылись, и герои зашли в кабину. Урса нажала кнопку цокольного этажа. Штаб-квартира Стражей.

Триумф взглянул на напарницу. Казалось неуместным спрашивать, но Призма будто приглашала его задать вопрос.

– Могу ли я спросить? Что за дурные воспоминания?

Призма пожала плечами.

– Урса всё знает, да и я, кажется, уже оставила это в прошлом. Я рассказывала, что была гимнасткой. Мой отец - тренер, и он полжизни потратил, чтобы вывести своих детей на олимпийский уровень. Порой я думаю, что это вообще единственная причина, по которой он завёл детей. И я уже была готова к квалификации, когда порвала коленную связку.

– Чёрт. И прошлой ночью - опять?

– На этот раз не коленную, бедренную, - покачала головой Призма.
– Я сейчас думаю, что колено тогда повредила из-за того, что отец чересчур давил на меня. Но тогда я винила только себя. Впала в депрессию, забросила тренировки, почти не выходила из дома. В какой-то момент семья поняла, что я не вернусь в гимнастику, и я начала всё больше отдаляться от семейных встреч, пропускала совместные обеды после тренировок... Да, звучит не так уж значительно, но гимнастика занимала огромное место в моей жизни, и она исчезла. Всё рухнуло.