Чтение онлайн

— Простите, советник, но какие могут быть сценарии подобной узурпации власти?

— О, Рене! Это элементарно. Я сходу могу указать два очевидных: во-первых, введение чрезвычайного положения и отмена грядущих выборов до стабилизации обстановки; во-вторых, прямой вооружённый захват власти.

— И что, для подобных действий у Ратникова есть необходимые ресурсы?

— Ну, для объявления чрезвычайного положения необходимо две трети голосов Сената и три четверти голосов Парламента. Президент уже сейчас находится буквально в шаге от такого уровня поддержки, а объявленная им программа передачи бедствующих колоний под управление богатых номинесов даст ему недостающие голоса.

— И что, такая узурпация может быть успешной?

— А почему нет? Уже сейчас весь центральный аппарат «Избы» состоит из офиков клана Ратниковых.

— Но у народа Конфедерации есть Военный Флот!

— Оставьте, Рене. Этот флот никогда не воевал, — ну, кроме как с пиратами, конечно. Более половины кораблей Флота контролируется альянсом Ратникова и Ким, то же самое можно сказать и о верфях, доках, предприятиях по производству оружия, в первую очередь ракет. Если говорить о верфях и доках первого ранга и производстве тяжёлого вооружения — тут всё ещё печальней. По моим данных, альянсу Ратникова и Кима принадлежит до восьмидесяти процентов военных предприятий первого класса. Именно по этой причине сенатор Ореаспера призывает резко сократить ассигнования на поддержку Военного Флота, а высвободившиеся корабли передать Пограничному Флоту, который, во-первых, контролируется кланами, а не Ратниковым, во-вторых, ведёт реальную борьбу с обнаглевшими пиратами и явно нуждается в большем числе кораблей тяжёлого класса.

— Но зачем они Пограничному Флоту?

— Видите ли, вся изюминка кораблей строя — в мощной системе обмена информации на основе гравитационных, а не электромагнитных, волн. Это позволяет управлять кораблями, расположенными в трёхмерной сфере диаметром до десяти тысяч километров, в режиме полной синхронизации. На фрегатах и корветах такая система просто не может быть установлена из-за её значительных размеров и большого энергопотребления. До настоящего времени корабли строя не передавались Пограничному Флоту, и хотя несколько линкоров стоят на вооружении, они не способны сформировать строй. Решением Сената, принятым более семи сотен лет назад, корабли строя запрещено передавать под контроль провинциальных и периферийных правительств, чтобы не провоцировать их сепаратизм.

— И что, корабли строя намного превосходят равные им, но неспособные организовать строй?

— Ну как вам сказать, Рене. В схватке один на один они равны, но двое на двое имеют неоспоримое превосходство в защите и атаке. При схватке трое на трое они превзойдут своих противников в два раза, а дюжина на дюжину — на порядок. Их превосходство будет подавляющим и скорее всего ни одна из ракет, выпущенных их противниками, не достигнет цели. В настоящее время в Военном Флоте находится три с половиной сотни кораблей строя.

— Вы нарисовали страшную картину. Мощь, находящаяся в руках Президента, непредставимо велика. Значит, возможен и военный переворот с целью объявления Ратникова диктатором?

— А вот этот вариант развития событий имеет ничтожные шансы на успех.

— Но, советник, вы же только что рассказывали о военной мощи, находящейся под контролем Президента?!

— Рассказывал, не отказываюсь. Но не все военные силы Конфедерации подчинены Президенту. Есть ещё и Системная Стража, на Колыбели, в Сферах Провинции и Периферии подчинённая Сенату и Парламенту, ну, за исключением военных баз. Влияние Президента на личный состав Системной Стражи относительно невелико, а её оборонительная мощь на Колыбели, пожалуй, превосходит наступательные активы, имеющиеся у Ратникова. Слишком много средств придётся вложить Президенту в подготовку подобного сценария, и слишком очевидны будут шаги по подготовке к его реализации. Поэтому, повторюсь, считаю, что этот вариант развития событий имеет ничтожные шансы на реализацию.

— Значит, изменение Конституции — или Чрезвычайное положение?

— Да, Рене. Ну, ещё тривиальный вариант — новые выборы, новый Первый сенатор, новый накал политической борьбы за паи и власть над Торгой.

— Но Чрезвычайное положение в масштабах всей Конфедерации?! Как это вообще возможно?

— У Конфедерации есть уязвимое место — Торга. Она таит воистину неисчислимые богатства, и является краеугольным камнем власти и богатства Ратниковых. И в то же время её защита откровенно слаба: одного системного форта и нескольких мониторов достаточно, только чтобы прикрыть её от действий одиночного пирата, или флота небольших пиратских кораблей. Но если у пиратов — так или иначе, мы не будем пока искать, откуда — появятся корабли строя, или тяжёлые рейдеры, защищённость Торги станет величиной мнимой.

— Вы хотите сказать, что сбрендивший пират может напасть на Торгу??!

— Ну почему же нет? Он получит огромное богатство… — и, судя по вашей реакции, вызовет шок у населения Конфедерации. Волнения, выступления обеспокоенных граждан… и в конце, как итог, введение Чрезвычайного положения.

— Но почему Торга так слабо защищена?

— Она защищена достаточно — тем более что её защитой занимается Сенат и Парламент Конфедерации напрямую, а не клан Ратникова. Слишком опасно дать возможность Ратниковым усилить оборону Торги. Это сделает их слишком независимыми от традиций нашей демократии. С другой стороны, Ратников тоже не заинтересован в росте чужого присутствия в своей собственной системе. Я полагаю, нам бы тоже не понравилось присутствие в системе Калифорния флота клана Ким?

— Ну, вы и сравнили!

— Что вы, Рене. Я ни с чем не сравниваю. Просто поясняю, что сложившийся вокруг Торги баланс сил хрупок и рождён множеством компромиссов. Если кто-нибудь захочет раскачать стабильность политической жизни, он, безусловно, нацелится на звёздную систему Торги. Таков возможный сценарий подготовки к введению Чрезвычайного положения. Он, увы, реален, — в отличие от упомянутого ранее военного переворота.

— Спасибо, советник. Скажите нам, профессор, неужели народ Конфедерации будет безмолвствовать, глядя на подготовку к узурпации власти?

— Я вынужден вас огорчить Рене. Согласно социальным опросам, более девяносто процентов жителей Сфер Провинции, Периферии и Глуши не связывают своё будущее с Колыбелью и никак не ассоциируют себя с понятием «народ Конфедерации». Им гораздо ближе самоназвания «народ Калифорнии», «народ Джонатана», «народ Проксимы» — ну и так далее. Кстати, на самой Колыбели считают себя народом Конфедерации чуть более пятидесяти процентов, причём остальные считают себя «народами великих кланов» — «народом Астурии», например. Кстати, на самой Колыбели любые действия Президента Ратникова, направленные на сохранение существующего статус-кво, безусловно поддержат больше шестидесяти пяти процентов населения, а уж в его собственном клане или союзном ему клане Ким его поддерживают практически все. Такова сухая статистика, советник, и опираясь на неё я бы не стал сбрасывать со счёта сценарий военного переворота и прямой узурпации власти. Жёстким действиям Ратникова будет радостно аплодировать большинство населения Конфедерации…

— И всё-таки я сомневаюсь в возможности реализации данного сценария. Восемьдесят пять процентов военных судов и крепостей Системной Стражи не контролируются Ратниковыми и фактически подчиняются другим кланам…

— Оставьте, советник. Экипажи этих судов и гарнизоны крепостей — это люди, имеющие семьи. Они не живут в информационном вакууме, и на них тоже распространяется статистика. Если узурпация власти произойдёт «мягко», без серьёзных беспорядков и без серьёзного снижения благоденствия основного населения, те, кого вы называете «народом», охотно согласятся с новой системой правления. Неважно, как она будет называться — Республика, Империя… какая им разница? А вот восстановление социальной справедливости за счёт зажравшихся номинесов Астурии, Скандии и Алемании, Поднебесного Предела — лозунг, понятный почти всем!

— Позвольте, профессор, но разве Ратников сам не относится к числу — как вы сказали? — «зажравшихся номинесов»? Сильно! Он ведь и сам номинес Большого Урала и Северного Предела?

— Вы не правы, Рене. У большей части населения Конфедерации Ратников ассоциируется с вителонгином, продляющим жизнь всем без исключения, и богатым, и бедным. Да и последние восемнадцать лет, связанные с его правлением, прошли в постоянном повышении благосостояния «народа Конфедерации». Поддержка Ратникова крепка как никогда ранее, поэтому я-то, в отличии от советника, полагаю сценарий прямой узурпации власти наиболее реальным.