Чтение онлайн

Словно ведомая кем-то, светя фонариком в телефоне, спустилась с пригорка, направляющегося от дома прямо к лесной тропке, но до озера было далековато, так что пришлось устроить ногам трудности, и в скором времени я добралась. Вдыхая вечерний запах разнотравья, а заодно проклиная себя за то, что не подумала о комарах, которые уже нашли себе добычу в моём лице, я всё шла и даже мысли не допускала о том, чтобы остановиться. Наверное, так и похищают людей.

Озёрная гладь уже переливалась вдалеке, слышался плеск, создаваемый мелкими рыбёшками, но до места мне было не суждено добраться. Стрелки на моих часах вдруг будто взбесились, вращаясь каждая в разные стороны, и я отчётливо слышала сумасшедший ход шестерёнок внутри, а воздух отчего-то начал подёргиваться, как над пламенем костра, создавая ощущение иллюзорности момента.

Когда стрелки успокоились, и я вскинула взгляд, ни озера, ни тропы уже перед собой не видела – лишь непроглядный лес возвышался со всех сторон, а на небе вопреки всякой логике сияло три луны. Одна была обычной, серебряно-холодной, серп второй поражал невероятным голубым светом – даже вспомнилась знаменитая песня из детства, а третья была размером со вторую, но горела мистическим ярко-красным. Странно, я же вроде ничего не принимала и пока ещё не пила – так какого лешего мне всё это мерещится? Пригляделась к ночным светилам и поняла страшное: нет, не мерещится! Для того чтобы ещё раз удостовериться в собственной адекватности, покрутилась вокруг своей оси, больно ущипнула себя за руку, но деревья как стояли, так и продолжали стоять истуканами, наверняка забавляясь моими жалкими попытками прийти в себя.

Не теряя надежды, я попробовала вернуться назад, даже при отсутствии тропы, но добилась только того, что ещё больше заплутала. М-да, начинаю чувствовать себя Гадей Петровичем… Я реально так сильно потерялась, что вскоре уже не помнила места, где именно потерялась, но это оказались только цветочки. Пытаясь разглядеть местность, я светила фонариком во все стороны, отходя то на пару шагов в влево, то вправо, и в итоге споткнулась не то о камень, не то о некстати выскочивший из земли корешок. Телефон выскользнул из влажной ладони, красиво пролетая вперёд и падая на большой валун – там мой старый китайский приятель встретил свой последний приют, и как бы тщетно я ни пыталась собрать все детали обратно, вышло из рук вон плохо. Батарея навсегда потерялась где-то в темноте.

А потом песец подкрался незаметно и лёг кверху… мехом. Он пришёл внезапно в виде странно одетых мужиков сильно бандитской наружности, и вот в тот момент я и начала осознавать ситуацию. Я, кажется, больше не дома.

– Так-так… Какое редкое сокровище нам попалось, а, мужики?
–  Самый страшный, с отсутствующими передними зубами, одним глазом и сильно выдающимся брюшком, вышел ко мне с явными намерениями. Гогот тех самых мужиков позади главаря чётко дал понять, что так просто мне отсюда не выбраться, и я начала пятиться назад, даже не представляя, как буду справляться с этими трудностями.

Они тут что, специально сидят в засаде и охотятся на таких вот случайных путниц, как я? Ну допустим, а потом-то что с нами делать? Если честно, даже думать об этом не хотелось, потому как вариантов дальнейшего развития событий в голову приходило сразу множество, а нам-девушкам думать много вообще противопоказано… Интересно, а почему я их вообще понимаю, если это явно другой мир?

– Куда это ты, птичка, собралась упорхнуть? Нам за тебя хорошо заплатят!
–  Мужик вынул огромный и острый изогнутый нож, опасно блеснувший в свете лун, показательно лизнул лезвие и угрожающе пошёл на меня. Двое ребят медленно надвигались следом, держа заготовленные верёвки и нацепив мерзкие ухмылочки, но я была бы не я, если бы не попыталась дать какой-никакой, но отпор.

Когда ты живёшь на районе, где у тебя прямо под окнами толкают запрещённые вещества, а возвращаясь домой по темноте, ты можешь с лёгкостью натолкнуться на проблемы, даже если их не искала, волей-неволей научишься защищаться. Вот и пришлось вспоминать все свои уличные драки, когда у меня пытались отжать наличность.

Когда главарь подошёл, от него пахнуло таким перегаром, что я едва на ногах устояла, поморщившись, и это не укрылось от мужика.

– Ну, простите, прынцесса, - бандит развёл руками, чем вновь насмешил товарищей, - не ждали мы столь высокой гостьи так рано!

– Врёшь, сволочь!
–  уличила его я.
–  Вы наверняка тут днями и ночами сидите!
–  Пинок по ничем не защищённому паху подошедшего ближе дядьки, и я почувствовала себя гораздо увереннее. Ненадолго.

– З-зараза тощая… - прорычал одноглазый, когда я с каким-то воинственным воплем навесила ему ещё и кулаком промеж глаз, сама едва не взвыв от боли. Баюкая руку, я вновь услышала знакомый грохот и подняла глаза наверх – то же самое сделали и мои немного пришибленные оппоненты.

По ночному небу медленно проплывал среднего размера… дирижабль, мигая теми самыми разноцветными огоньками, из-за которых я и оказалась тут, но не это было для меня самым шокирующим, поскольку сразу за махиной, превосходя её размерами и размахивая кожистыми крыльями, летел самый настоящий дракон! Огромный драконище, мать его! Фантастическое существо из книжек словно бы подстраховывало отчего-то грохочущую конструкцию, чтобы если та вдруг упадёт, предпринять какие-то действия – так это, по крайней мере, выглядело, – но я не знала наверняка. Я просто застыла.

– Ш-шарртов патруль! Вяжите девку и сваливаем!
–  эти реплики доносились до меня фоном, и я совершенно не придавала им значения, будучи потрясённой до глубины души.

– Точно не пришельцы… Это я здесь марсианка, - заворожённая зрелищем, пробормотала я, на миг позабыв о новых знакомых, а зря. Не учла я, что этих молодцев может оказаться гораздо больше, чем видела, а потому удар тяжёлым предметом по темечку стал полнейшей неожиданностью, мгновенно отправившей меня в нокаут.

А я ведь говорила, что мой День рождения – так себе повод для радости?

Очнулась я с жуткой болью по всей голове и чувством вселенской несправедливости в душе. Ну, каковы гады, а! Нет бы вместо того, чтоб бить, как-то по-другому усыпили бы – а вдруг я бы слабоумной сделалась? Хотя, вряд ли им тут нужны шибко умные пленницы, да и вообще, что с них взять, с лесных разбойников чужого мира… До сих пор не верится, что я так вляпалась.

А кстати, куда я всё же вляпалась?

Из хороших новостей была та, что я жива, и это был единственный положительный момент. Плохой новостью являлся факт моего нахождения без вещей и со связанными руками в клетке, которую везли в неизвестном направлении по сильно ухабистой дороге. На каждом камне или яме телега – а это транспортное средство больше всего по ощущениям напоминало именно её – подпрыгивала, и я ударялась головой о слишком низкий потолок, некрасиво выражаясь. Но, похоже, никому и дела не было до нецензурщины, льющейся из уст молодой девушки – лишь всё те же луны укоризненно и молчаливо глядели вниз.

Оглядевшись по сторонам, я обнаружила рядом с собой лишь спящую ссохшуюся, как мумия старушку, притулившуюся в уголке, которой, кажется, было всё равно, куда и зачем её везут, а по правую руку, лежало чьё-то туловище, накрытое соломой. По длиннющим, хоть и спутанным серебристым волосам и кокетливо торчащему острому ушку с парой гвоздиков, я поняла, что субъект, скорее всего, эльфийка, а вот остальное тело я разглядеть, увы, не могла. Оставалось лишь надеяться, что тут не труп, хотя меня такой расклад почему-то вовсе не пугал, в отличие от перспективы самой в скором времени стать мёртвой.

Нет, нельзя мне умирать! Как я оставлю брата? А если я вообще не смогу вернуться? Конечно, Марк в надёжных руках, и если наша чудесная Ирина Владимировна поймёт, что я пропала, она его не бросит. Эта женщина итак в последнее время деньги брать отказывается и работает на чистом энтузиазме, а когда я перестану появляться, по-любому заподозрит неладное… Ну вот, теперь ещё и хорошего человека заставлю переживать. А работа моя как же и все подработки? Учёба, в конце-то концов?!

От отчаяния я схватилась за прутья, напоминающие бамбуковые, тряся их, но те были достаточно крепкими, чтобы выдержать мой напор, к тому же, пару раз ударили меня неслабыми зарядами чистого электричества, заставив поумерить пыл.