Чтение онлайн

Дьявол опечатки похитил начальное «о» в обоих oculo. Роль глаза оказалась в результате отведенной той части тела, которая предназначена отнюдь не для зрения и не для обозрения; последнее, правда, возможно с целью нанесения непристойной обиды. [53] Разразился страшный скандал, несчастному профессору пришлось публично, перед всем факультетом поклясться, что такой перефразировки у него и в мыслях не было. И тридцать лет спустя, на смертном одре своем он проклинал печатника, который столь непоправимо его подвел.

Утверждают, что дьявол опечатки оставил след своего копытца и на имени Наполеона III. Во фразе «Да здравствует Наполеон!!!», которой завершалось воззвание по поводу прихода императора к власти, три восклицательных знака наборщик принял за римскую цифру три, и в отпечатанном тексте получилось: Vive Napoleon III. Листовка была перепечатана всеми газетами. Так что тройку пришлось оставить, хотя императорский трон наследовал всего лишь второй по счету Наполеон. Это, впрочем, оправдывалось аналогичным случаем с Людовиком XVIII, перепрыгнувшим через несуществовавшего Людовика XVII.

В марафоне опечаток именно французы оказались лидерами. В переводе, к сожалению, первозданный аромат опечаток теряется, и, чтобы дать все же почувствовать его иностранным читателям, приходится прибегать к заменам и аналогиям. Но бывают случаи, когда необходимости в этом нет. Образованный иностранец, современник строительства Суэцкого канала, знавший по газетам автора проекта, французского дипломата Фернана Мария де Лесепса, в переводе сообщения «С астмой г-на Лесепса все в порядке» мог заподозрить опечатку и даже догадаться, что искажено слово isthme, [54] которое французский наборщик, не слыхавший о строительстве на знаменитом перешейке, принял за опечатку и исправил «по смыслу» на известное ему по профессии asthme. Другой случай: заменив одну букву, французские газеты накормили больного политического деятеля сеном — «Г-ну N стало лучше, к нему вернулся аппетит, и мы надеемся, что сено [55] вернет здоровье и силу гордости нашего государства». Но дьявол опечатки способен на подлости куда большие. В объявлении о сдаче в аренду сельскохозяйственной фермы [56] сатана подменил букву r на букву m, превратив ферму в женщину, [57] и получилось:

Опечатка настолько злокозненная, что авторитетная французская энциклопедия «Larousse» увековечила ее в статье «Опечатка».

Французы над опечатками смеялись, в то время как в Англии подобные случаи воспринимались с серьезностью на грани скандала. Как-то накануне королевского выезда «Таймс» опубликовала объявление о сдаче в частных домах окон для зрителей. Опечатка испортила не только объявление, но и репутацию одного дома, который, получилось, «сдавал напрокат двух вдов». [59]

Знаменитый французский географ Мальт-Брен (1775–1826) в описании одной горы указал ее высоту — 36 000 футов над уровнем моря. У наборщика, очевидно, зарябило в глазах от нулей, и в первой корректуре высота горы подскочила до 360 000 футов. Автор, вычитывая корректуру, ноль зачеркнул, но наборщик неверно истолковал исправление, и гора-гигант взметнулась в высоту до 3 600 000 футов. Разъяренный ученый чиркнул на полях второй корректуры: «36 миллионов ослов! Я писал 36 000 футов!» Следующую корректуру автор не получил, и книга вышла в свет с удивительными сведениями. То ли из мести, то ли по простоте душевной — сказать трудно — заредактированный текст стараниями наборщика попал в книгу в следующем виде:

В романе Тургенева «Дым» один из героев восклицает в возмущении: «Те Harpagon, limace!» Словечко limace [61] во французском жаргоне — довольно грубое оскорбление, и, перечитывая рукопись, Тургенев, видимо, заколебался, стоит ли употреблять это слово, и чтобы не забыть, против него на полях поставил: N. В., — но забыл обвести пометку кружочком. В результате взрыв возмущения попал в книгу в следующем виде:

Есть книга, опечатки в которой особенно оскорбительны для глаза постоянных читателей ее, верующих христиан. Это Библия. И несмотря на отточенность стихов ее, многовековую известность, тщательность набора и многократные проверки, от происков дьявола опечатки страдает и она. Больше всего безобразий натворил дьявол опечатки в англиканских изданиях Библии. В английских книжных коллекциях известно шестнадцать запятнанных им изданий. Будто какой-то чертенок вселился в наборную кассу, чтобы там неуловимо хулиганить, настолько загадочны опечатки в окончательном тексте этих изданий священного писания:

«Библия убийц». [62] В тексте вместо «ропщущих» напечатано «убийцы». [63] Издание 1801 года.

«Библия разврата». [64] В седьмой заповеди выпала частичка «не», осталось: «Прелюбодействуй!». [65] Издание 1632 года. Печатник заплатил 2000 фунтов стерлингов штрафа.

«Библия печатников». [66] В 119 псалме [67] жалуется царь Давид: «Князья гонят меня безвинно» (стих 161). В издании 1702 года Давид жалуется уже не на князей: «Печатники гонят меня безвинно». [68]

«Уксусная библия». [69] В притче о винограднике [70] виноградник стал уксусом. [71]

На книжных аукционах Англии эти библии ценятся больше, чем все прочие книги. Ведь первая заповедь английского библиомана:

Во времена, предшествовавшие книгопечатанию, место опечатки занимала описка. Переписчика описки не волновали, и исправлять их он предоставлял читателю. На последних страницах рукописных кодексов мы нередко встречаемся с невинным стишком:

К концу книги на совести переписчика накапливались и другие грехи. И как бы заговаривая их, переписчики одобрительно похлопывали себя по плечу в модных тогда леонинских стихах:

На загробном воздаянии переписчики, впрочем, настаивали далеко не всегда. Большинство их склонны были принять вознаграждение в этой жизни. Известные стихи обнаруживают недюжинную практичность авторов: