Комфорт не предусмотрен
Шрифт:
— Все в порядке, Чарли.
Джеффри давно сделал для себя вывод, что никогда не стоит нагнетать обстановку. Он посмотрел на парня, который по-прежнему ждал ответа на свой вопрос. Джеффри не удалось связаться с Джорданом, но он притворился, что все в порядке. Он наскоро переговорил с секретарем Бонни, которая напомнила ему о том, что этим вечером Джеффри должен быть на встрече «платиновой партии».
— Платиновая партия — это торжественное собрание очень высоких особ, — объяснил он.
— Может быть, там празднуют какую-то годовщину, — предположила одна из женщин. — Ну, например, серебряную свадьбу.
Чарли посмотрел на говорившую.
— Они, наверное, празднуют день рождения Джордана!
Джеффри помолчал, осмысливая услышанное.
— А разве у Джордана сегодня день рождения? — спросил кто-то.
Чарли кивнул.
— Бедняга застрял в Лос-Анджелесе. Ничего, мы отпразднуем, когда он вернется.
Джеффри повернулся к Сид. В ее глазах была тайна.
— Сколько лет исполнилось тебе сегодня? — спросила она.
Она снова стала любезной.
— Тридцать пять, — машинально ответил он.
Она с шумом выдохнула.
— Все сходится, Джордану тоже сегодня исполняется тридцать пять лет.
И тут он все понял.
— Так, значит, он...
«Невероятно! Как это возможно? Найти друг друга в таком удаленном месте! Один случай из миллиона! Или из двух миллионов? Но такие истории случаются на самом деле. Я сам видел нечто подобное по телевидению. Да и в газетах об этом пишут... »
Сид смотрела на него не отрываясь. От удивления ее глаза потемнели и стали огромными.
— Выходит, что он мой брат, — удивленно пробормотал Джеффри.
Он взглянул на себя в зеркало, которое висело позади стойки бара. Ему вспомнились годы, когда бар был его единственным прибежищем. В отличие от других людей у него не было ни родного дома, ни родной семьи.
— У меня есть брат!!! А Джордан женат?
— Нет, не женат.
— А дети у него есть?
Джеффри ужасно захотелось узнать о нем побольше. А вдруг у него есть племянники и племянницы! Семья!
— Мне он об этом не говорил. Если бы у него кто-нибудь был, то об этом знали бы все.
— Мистер Брэдшоу!
Сид повернулась и увидела, что к Джеффри подошла Салли Николс. Сид нахмурилась: «И эта вырядилась в платье!»
Но платье, которое нацепила на себя Салли, отличалось от всех остальных тем, что было похоже на прозрачную ночную рубашку.
«Господи, да она совсем свихнулась. Газовое белое платье! Если приглядеться, оно просвечивает насквозь!»
— Да? — повернулся к ней Джеффри.
Чарли наполнил стакан Джеффри.
— Салли! — воскликнула Сид. — С каких это пор ты начала носить на публике ночные рубашки?
— Это вовсе не ночная рубашка, — буркнула в ответ Салли.
— Ладно, — иронично проговорила Сид. — Тогда спрошу по-другому. С каких это пор ты стала спать в платьях?
Какой-то парень отпустил по этому поводу сальную шутку.
Раздался всеобщий смех.
Сид бросила на парней презрительный взгляд и крикнула:
— А ну, все заткнитесь!
Она схватила стакан Джеффри и, несмотря на все протесты Чарли, одним глотком осушила его.
Салли снова повернулась к Джеффри.
— Мистер Брэдшоу, — начала она глубоким грудным голосом. — Я хочу представиться. Меня зовут Салли Николс. — И она протянула руку.
Последовало долгое рукопожатие.
— Я хочу заявить свою кандидатуру на свободное рабочее место. — Салли глубоко вздохнула, и ее массивные груди встали почти торчком. Сид даже показалось, что корсаж вот-вот лопнет.
Она перевела яростный взгляд на Джеффри.
— И долго вы намерены держаться за руки?
Джеффри взглянул на нее и убрал руку.
— Сид, это всего лишь простое рукопожатие.
— Рукопожатия не длятся так долго. Иначе это уже что-то совсем другое. Кстати, чтобы не забыть, кто такая эта Эшли? Черт побери!
Посетители замерли. Слышно было только пение Мика Джаггера.
— Эшли? — озадаченно переспросил Джеффри. — А она-то здесь при чем?
— Вот и мне бы хотелось это узнать.
Ну вот, она опять взялась за старое! Что это? Ревность? Отчаяние, незащищенность, ярость? Все эти чувства смещались в ней в один тяжелый комок. Ей хотелось кричать и драться.
Сид с грохотом спрыгнула со стула и пошла прочь, злясь на себя, на Джеффри и весь мир.
Кто-то из парней неудачно пошутил, что она единственная из всех женщин не надела платье и сильно всем проигрывает.
Это стало последней каплей. Сид резко повернулась и с яростью оглядела всех присутствующих. Она поняла, что они вырядились, чтобы продемонстрировать себя перед Джеффри в лучшем виде.
Повернувшись к бару, Сид схватила тяжелый стул.
Присутствующие вздрогнули. Послышались испуганные вскрики.
Кто-то взвизгнул.
— Сид! — крикнул Чарли.
Она почувствовала на своем плече чью-то руку. Повернув голову, увидела тетю Джери. В руках та держала большую сумку с какими-то банками и свертками. Очевидно, приехала за продуктами. Но хуже всего было то, что Сид заметила жалость в ее взгляде. Она показалась себе глупой и жалкой.
Сид поставила стул на пол. Ее душил гнев.
— Я хочу, чтобы все вы заткнулись со своими дурацкими шуточками, — медленно проговорила она дрожащим от ярости голосом. — Берегитесь, если я услышу от вас еще что-нибудь в этом роде!
Последовала всеобщая тишина.
Она снова подняла стул.
— Ладно, Сид, мы согласны! Все в порядке! — крикнул кто-то.
— Я не шучу! — рявкнула она. — Если я не выпендриваюсь перед парнями и не надеваю прозрачные тряпки, чтобы сквозь них был виден мой зад, это еще не значит, что я хуже их, — она кивнула в сторону Салли. — Мне тоже бывает больно, — добавила она шепотом.
В помещении стало так тихо, что стук стула, который она поставила на пол, показался всем оглушительным.