Чтение онлайн

Получив сообщение о нападении вассальных карибов на Красноярск и карьер, Мещерский перенаправил Аврору, еще не дошедшую до Тринидада, к Красноярску. Варяга и Кирова оставил в проливе Змея.

Всю ночь Варяг и Киров охотились в проливе на индейские пироги, пытавшиеся удрать с острова. Выхваченные лучом прожектора из темноты лодки расстреливали из орудия. Всего утопили 16 лодок. Утром Мещерский приказал расстрелять все туземные деревни на материке на тридцать миль в обе стороны от пролива Змея. Руководство республики решило дать материковым карибам жестокий урок. Деревни громили минометами. Руководство утвердило расход боеприпасов по двадцать мин на деревню.

Направленные утром с Авроры в деревни племени Тетикетля разведывательные группы обнаружили полное отсутствие мужского населения, начиная с семилетнего возраста. Оставшиеся в деревнях женщины не знали, куда вождь увел всех воинов и подростков.

Следующей ночью все воины и мальчики племени Тетикетля с остатками воинов Баретепеля отплыли с северо-восточного берега Тринидада в сторону Тобаго. Пройдя на веслах 20 миль, еще до рассвета они высадились на Тобаго. Поскольку Баратепель погиб в бою с испанцами, вопрос о Верховном вожде карибов Тобаго даже не возник. Воины Тетикетля унаследовали всех вдов на Тобаго, благо их было вдвое больше, чем воинов.

Первым приказом нового Верховного вождя был приказ о немедленном переносе всех прибрежных деревень вглубь острова. Новые деревни укрыли в складках местности. С океана ни одна деревня не должна была просматриваться.

По местным меркам новое племя было весьма богатым. Более сотни единиц испанского оружия, полсотни доспехов, семьсот единиц железного инструмента и сотня испанских рабов. Все это можно было выгодно обменять на материке. Правда, воинов было маловато, неполных пять сотен. Единственное, что омрачало светлое будущее — это возможность мести со стороны пришельцев. Но, Тетикетль твердо знал, что пришельцы очень не любят лезть в джунгли. Поэтому, надеялся избежать их мести, убрав все деревни с берега.

Прогноз Зильбермана о ненадежности карибов подтвердился.

Политбюро приняло специальное постановление по поводу мятежа карибов. В постановлении констатировалось, что руководство Совнаркома республики, находясь в плену догм о пролетарской солидарности трудящихся и мелкотравчатого буржуазного гуманизма, не сделало должных выводов из коварства карибов и, вместо радикального и своевременного решения карибского вопроса, заняло выжидательную позицию. В результате республика потеряла тысячу пленных испанцев, двух бойцов — конвойников, полсотни туземных конвойников, одного горного мастера — голландца и десятерых прорабов — испанцев. Политбюро указало Совнаркому на недопустимость какого-либо риска для жизни полноправных граждан республики. Для дела коммунизма жизнь одного гражданина ценнее многих тысяч жизней не граждан. Потенциально опасные ситуации должны предупреждаться превентивными мерами.

Через два дня удалось выяснить, что Тетикетль со всеми своими воинами перебрался на Тобаго. Аврора разнесла из миномета все прибрежные деревни на острове, но туземцев в них не оказалось.

Недооценка коварства карибов стоила республике двух полноправных граждан. Туземцы захватили две автоматических винтовки с патронами, большое количество испанского оружия и железного инструмента.

Военное руководство республики пребывало в некоторой растерянности. Карибов на Тобаго следовало сурово наказать, вплоть до полного их истребления. А захваченные винтовки — любой ценой отбить. Однако сил для этого в наличии не было. Прочесать остров размером 40 на 8 километров, покрытый заросшими непролазными джунглями горами, было весьма непростой задачей. Для этого требовалась туземная гвардия республики в полном составе, плюс все сменные конвойные части. А гвардия была в данный момент занята на Пуэрто-Рико. Несомненно, Тетикетль, решаясь поднять мятеж учитывал это обстоятельство.

Выход подсказал нарком внудел Шнурко.

— У нас сахалинские карибы находятся на испытательном сроке. Их вождь Укутепель, как вы помните, тоже собирался напасть на Крым, только не успел. И он знает, что мы это знаем. Мы ему обещали переход из вассалов в подданство, если он наше доверие оправдает и заслужит такую честь.

Вот пусть и оправдывает. У него около четырех сотен воинов. На Тобаго карибов примерно столько же. Вооружены тамошние карибы примерно сотней единиц испанского оружия и полусотней доспехов. Передадим Укутепетлю две сотни комплектов оружия и сотню доспехов. Подучим слегка обращению с испанским оружием. Пообещаем, что будет он Верховным вождем Тобаго. Вдовы и половина трофеев — его. Обе винтовки, половину трофейного железного инструмента и оружия пусть вернет нам. Пленных испанцев тоже вернет. За это будет ему прощение грехов.

Потом перебросим всех его воинов с Сахалина на Тобаго. Туземцев Тетикетля они порубят, ну и сами потеряют половину. Останется на Тобаго в племени Укутепеля всего сотни две воинов. А вдов там будет примерно тысяча. Потом поселим на Тобаго с полтысячи принявших подданство испанцев, женим их на вдовах. Пусть занимаются сельским хозяйством, заготовкой ценной древесины, выжиганием угля и сбором живицы. Вот и будут испанцы бдить за карибами, а карибы — за испанцами. И головной боли с карибами у нас больше не будет.

На Сахалине у нас уже поселены подданные испанцы, потом завезем туда воинов — араваков с других островов. Там тоже после ухода Укутепетля останется около тысячи вдов. И вообще, надо взять за правило, что бы на всех наших островов подданных араваков и испанцев мужского пола было примерно поровну.

Начальники долго осмысливали предложение бывшего боцмана. Итог размышлениям подвел Мещерский:

— Ну, ты точно Маккиавели, Никита Фадеич! Эдак ты скоро самого Зильбермана за пояс заткнешь! Только вот не сговорятся ли Укутепель с Тетикетлем против нас?

— Они оба Верховные вожди. А на острове может быть только один Верховный вождь. И оба они это твердо знают. Ни один из них не уступит. Так что, не сговорятся. А их воины сохранят верность своим вождям. Будут биться до полного остребления одной из сторон. Опасности сговора никакой. Я нравы карибов уже хорошо изучил, — ответил Шнурко.

План был принят к действию. Через неделю Аврора, Киров и Варяг одним рейсом перебросили воинов Укутепля на юго-западную оконечность острова Тобаго. Перед высадкой прибрежные джунгли причесали из минометов. Для должного морального воздействия на обе воюющих стороны.

Высадив десант, Аврора и Киров вернулись на каботажную линию Сталинград — Красноярск — Красногорск — Ленинград — Кировоград, а Варяг пошел с дипмиссией в Маракайбо.

Утром 29 июня эскадра подошла к юго-восточной оконечности острова Пуэрто-Рико. Прошло меньше пяти месяцев после разгрома Сан-Хуана — единственного испанского города на острове. Новый королевский конвой из Испании еще не должен был подойти, поскольку приходили они не чаще чем раз в полгода. Поэтому, сколь-нибудь серьезного сопротивления со стороны испанцев не ожидалось. От пленных было известно, что, помимо Сан-Хуана, на побережье острова располагалось 9 крупных укрепленных феодальных поместий — энкомьенд. Экспроприация таких поместий уже проводилась эскадрой на Кубе и обошлась практически без сопротивления со стороны испанцев.

Марти покинул парусную эскадру и направился в Сан-Хуан, чтобы взять под контроль город и порт. Парусники разделились на две группы и двинулись на восток и на запад вдоль берегов острова. Галеоны имели на борту по две сотни туземных гвардейцев, а каравеллы — по сотне. Каждому галеону предписывалась экспроприация двух поместий, а каравеллам — по одному.

Испанцы, захватывая рабов для работы на плантациях, вынудили туземцев покинуть прибрежные деревни и откочевать в джунгли вглубь острова. За сорок лет испанского владычества население острова сократилось в пять раз. Прежде всего, за счет принесенных испанцами инфекционных заболеваний: чумы, тифа, холеры, оспы, кори, золотухи. Планируя экспедицию, наркомат здравоохранения заблаговременно провел вакцинацию личного состав туземной гвардии от всех болезней, носителей которых удалось обнаружить среди пленных испанцев.