Чтение онлайн

— Я вас внимательно слушаю, — обратился я к мужчине. И если только войдя в комнату я его не узнал, то сейчас до меня начало доходить кто сидит передо мной.

— Даниил Викторович, — продолжил он разговор, невнятно проговаривая окончания слов, — до нас дошла информация о вас и ваших начинаниях, а также о возникшем конфликте, — он многозначительно поглядел на меня, — мы с товарищами посовещались и решили пригласить вас на беседу…

Я продолжал ждать окончания фразы, но сидящий передо мной мужчина почему-то начал шлёпать губами и прочищать горло. Подождав пару минут за которые ничего не поменялось, я опять вошел в состояние лёгкой медитации и предпринял очередную попытку подключиться к его нейрообаку.

В этот раз мне показалось что дымка заполняющая нейропрстранство стала гуще и как-то плотнее, поэтому я как смог начал разгонять её волевым усилием. Естественно не касаясь нейрообраза хозяина окружающего пространства.

Тол из-за моих усилий, то ли ещё по какой причине, но наконец взгляд моего собеседника прояснился и он продолжил.

— Так вот, мы с товарищами находим неприемлемой ситуацию когда происходят нападения на здания служб обеспечивающих порядок и безопасность! Кроме этого Мы находим нецелесообразными занятие коммерцией…

— Вы меня конечно извините, — мягко перебил его, — но похоже, что вас и остальных товарищей дезинформировали, все мои начинания исключительно некоммерческие и направлены только на благо…

— На ваше благо? — сидящий перед мной мужчина с усмешкой поднял бровь.

— Нет, на общее благо, — горячо возразил я, — я считаю что каждый должен стремиться к лучшему, двигаться вперёд и совершенствовать, как себя, та и своё окружение!

— Совершенством себя или своего окружения вы называете участие парней и девчонок в войне? — он недобро подобрался и вперил в меня тяжелый взгляд.

— Да, — абсолютно серьезно ответил ему, — пусть не эти дети начали эту войну, но они её закончат! И я сделаю всё для того, чтобы их погибло как можно меньше. А вот вы что сделали для этого? — тут уже настала моя очередь обличительно смотреть на собеседника, — Организуете органы помощи ветеранам современных войн? Обеспечиваете их современным лечением и протезированием? Выступаете за максимальную интеграцию искалеченных войной людей в общество? Или, может, разворачиваете компанию по созданию их положительного образа в СМИ?

— Социальные институты советского государства…, — начал говорить мой собеседник, но с каждым словом его дикция всё ухудшалась и ухудшалась, та что я уже ничего не мог понять. Не помогла и очередная попытка подключения к нейрооблаку — оно как будто бы было всё затянуто какой-то хмарью.

Не выдержав я достал из-за пазухи припасенный обруч нейроусилителя и на глазок прикинув развёртку нейропростанства моего визави тут же настроил регуляторы усиления и встав с кресла нахлобучил обруч на голову мужчины.

Сразу после этого он оборвал свою невнятную речь, ещё несколько секунд по инерции шлёпая мясистыми губами, а затем прикрыл глаза видно погрузившись в свои мысля. Нейрооблаеко представшее передо мной, буквально на глазах начало избавляться от дымки, а его нейрообраз с каждой секундой разгораться всё ярче и ярче.

Наконец он открыл глаза и несколько минут просто молча смотрел на меня.

— Хм, товарищ, это был довольно безрассудный поступок, — тут он пожевал губами, — хотя надо признаться довольно смелый, — он погрозил мне пальцем, — больше так не делайте, хотя мне надо задуматься о компетенции некоторых товарищей из спец полка охраны…

Я продолжал находиться в полу медитации наблюдая как нейропространство собеседника очищается и кажется даже увеличивается в объеме охватывая всё большее пространство.

— Так о чём это мы говорили, — вдруг встрепенулся мужчина.

— О том что я занимаюсь коммерцией и посылаю детей на убой, на фронт разгорающейся мировой войны, с сарказмом ответил ему.

— Вы тут товарищ давайте без этого, — нахмурил он брови, — Всё таки у меня имеется точная информация…

— Полученная от тех кто запирает детей в подвале и пытает, обмазавшись куриными потрохами?

— Надёжные товарищи…

— А вы сами хоть что то знаете из личного опыта?

— Щенок, да я, лично, в войну…

— Сколько лет с тех пор прошло? — перебил я его, — попав в номенклатуру вы хоть что то видели не через доклады, а лично?

— Для этого есть надёжные товарищи!

— Это те из-за которых вы не могли пары слов связать и в свои 74 выглядите так как будто вот-вот отдадите концы?

— Много ты понимаешь…

— Я, может, и немного, но я понимаю людей из которых и состоит союз, которые своим каждодневным трудом крепят его мощь и оборону, которые, елки-палки, готовы отдать за него жизнь! А получают в ответ жалкое существование и притеснение со стороны кучки мерзавцев и ничтожеств всякими нечестными путями перебравшихся в руководство и что ещё страшнее в управленческую элиту! И я как могу это, исправляю! Пусть на уровне гаражных самоделок и агитации на маленьких предприятиях. Но я делаю!

— Я услышал Вашу точку зрения, Даниил Викторович, — на мой спич Леонид Ильич отреагировал довольно спокойно, — и думаю что соответствующие выводы будут сделаны. Так что вы езжайте домой и н беспокойтесь я внимательно разберусь в ситуации. Тем более что вы действительно интересный молодой человек и ваши “гаражные” поделки, несомненно, заслуживают пристального внимания. Так что, возможно, мы с вами ещё встретимся.

Завершив таким образом беседу он практически выпроводил меня. Ничего не оставалось как попрощавшись выйти из комнаты. Каким то образом мои товарищи уже были проинформированы и стояли у выхода дожидаясь меня. Ни слова не говоря им я вышел из домика и спустившись с крыльца сел в подъехавший автомобиль.

Поездка обратно проходила в полном молчании. По начала, конечно, Алина попыталась спросить меня как прошёл разговор и вообще с кем я говорил, но я ожёг её злым взглядом, и она замолчала вероятно обидевшись. К сожалению, разговаривать в присутствии сопровождающих было бы верхом глупости, так что мне пришлось, хоть и невольно, но обидеть девушку.

***

— Раз все собрались, то пожалуй начнём, — мужчина в годах сидя по правую руку от председателя, еще раз внимательно оглядел собравшихся и взялся за карандаш, — согласно регламенту первым выступит представитель промышленного сектора, Вячеслав Васильевич — вам слово.

Со своего места поднялся крепко сбитый мужчина и принялся говорить изредка заглядывая в лежащую перед ним бумажку.

— По последним данным промышленными предприятиями СССР за прошлый год произведено станков, в том числе универсальных и карусельных….

Его доклад с довольно равнодушным лицом слушал председатель собрания. Впрочем, как и остальных докладчиков. Леонид Ильич оживился только когда очередь дошла до представителей силовых министерств.

— … даже несмотря на нехватку призывников из-за сравнительной малочисленности поколений, рожденных в середине-конце 1960-х, тем не менее нам удается поддерживать достаточную численность воинского контингента даже на фоне обострения ситуации на румыно-югославской границе, — читал с листа докладчик в военной форме.