Чтение онлайн

После того как меня вытащили из подвала прошло несколько дней. И эти дни были наполнены событиями как никогда.

Для начала, сразу как меня извлекли из подземелья оно было затоплено с помощью временной напорной линии из городского канализационного коллектора — мои спасители предполагали что бандиты скрывающиеся под личинами сотрудников КГБ (Ну не станут же настоящие защитники страны пытать в подвалах детей?!) попытаются броситься в погоню. Затем меня доставили в больницу вокруг которой силами дорожного управления и коммунальной службы был возведен настоящий оборонительный редут и организовано оцепление. Благо хоть эти меры не понадобились. Врачи диагностировали у меня только неопасные для здоровья раны. Конечно, пальцы на руках и ногах у меня были отструганы точно карандаши, а всё тело покрывали оспины небольших ожогов, но всё это было не смертельно так что наложив несколько повязок и помазав какой-то вонючей мазью меня отпустили. Вернее передали на руки сопровождающим.

Сам я в то время пожалуй ничего не мог, даже говорить — сорвал голос пока, кричал. Конечно, я в некоторых пределах мог управлять физическими процессами происходящими в теле реципиента, но блокировать проводимое на меня воздействие было за пределами моих возможностей.

Так что тот день закончился для меня в штабе городского комсомола. Там была небольшая комната с нескольким диванами где можно было отдохнуть, а то и переночевать на тот случай если собрание комитета затянется за полночь.

Вместе со мной в штабе осталась Алина и несколько парней из ветеранской организации. Судя по поблёскивающим конечностям и частям тел они были из тех для кого я организовал в гаражной мастерской небольшое производство протезов.

На следующий день ко мне было устроено настоящее паломничество. Первыми, конечно, примчались родители реципиента — Алина сообщила им что со мной не всё в порядке. Мама когда увидела меня всего в бинтах тут же принялась ахать и охать, да и отец сильно переживал и всё пытался узнать как это я так сумел пораниться. Но Комсорг ловко их заболтала (чувствовался немаленький опыт) выставила прочь аргументировав что мне нужен покой. Так что они даже не успели поинтересоваться почему это я не больнице и почему всё здание в котором размещался штаб по периметру окопано широким рвом заполненным кипящей водой. Неравнодушные жители из коммунальных организаций всю ночь крепили оборону — видимо их так впечатлило то что они увидели в здании городского отделения КГБ, что они ожидали буквально битвы районного масштаба. Но как то всё обошлось (на самом деле ничего не обошлось, но об этом я узнал позднее).

Вслед за родителями ко мне начали приходить одноклассники, товарищи из школьного кружка, знакомые из других школ и вовсе не знакомые ребята, которые тем не, менее слышали обо мне и даже принимали участие в моём спасении — передавали по эстафете донесения, наблюдали за обстановкой, опрашивали свидетелей и тормошили родителей чтобы те что-нибудь узнали или сделали.

Всем этим паломничеством руководила Алина, словно это не я был её замом, а она моим помощником.

Посетители приносили мне фрукты и сладости вместе с пожеланиями выздоровления и спрашивали чем они ещё могут помочь. Я для каждого находил несколько добрых слов и просил их быть честными и ответственными людьми, не бояться бороться за правду и поступать так как велит совесть — больше просьб у меня не было. К сожалению, от того что со мной делали я ещё не восстановился и при малейшей попытке подключиться к нейрооблаку или просканировать нейрообраз кого нибудь из окружающих людей, меня тут же скручивало от мощнейшего спазма. Так что мне оставалось только надеяться что со временем мои способности восстановятся, а пока из всех инструментов у меня оставался только разум. С ним конечно тоже были определённые проблемы — в голове плавала муть от запаха вонючих трав и частых ударов по лицу, но постепенно я приходил в норму.

Алина, помимо того что хлопотала вокруг меня, успевала ещё и координировать ещё несколько комсомольских отрядов в других районах города. Как оказалось сотрудники КГБ меня активно ищут так что несколько человек замотанных в бинты в сопровождении комсомольцев переодетых в дворников и электриков постоянно мелькали в разных районах города. Это удавалось ей благодаря “Неводу” — системе родившейся из межЭВМной связи.

Поначалу те приставки телевизору, что удалось сделать кооперации нескольких школьных кружков были исключительно локальными “машинами в себе”. Затем кто-то предложил записывать накопленную на одной машине информацию на магнитофонные кассеты, чтобы передавать её между машинами. Затем было создано несколько конвертеров сигналов для телефонных линий и даже городской электрической сети. Но всё это было не очень удобным в использовании, требовало точной настройки и глубокого понимания физики процесса. Да и было устроено не очень надежно, так как часть информации терялась на телефонных АТС, и трансформаторных подстанциях, так что вскоре все перешли на радиосвязь. Правда оказалось что на длинных, средних даже коротких волнах и так уже полно всяких сигналов, а и со стороны соответствующих организаций за ними осуществляется контроль, так что пришлось переходить на ультракороткие волны и полностью оккупировать частоту в 24 Гигагерца. Дальность такой связи была не высока, но за счёт того что в каждом доме была как минимум одна приставка, то устанавливая соединение по типу “мост” можно было связаться с любым абонентом сети.

Именно благодаря появлению этой общегородской сети и стало возможным моё спасение. НО городом вся сеть не ограничивалась. Так как приставки миниЭВМ быстро стали популярными у радиолюбителей и простых школьников которые получали их обменивая на вторсырье, а то и делая сами по открытым для всех схемам которые сотнями штук рассылали по почте всем желающим, то и в других городах тоже стали появляться локальные сети из обладателей компактных устройств.

Объединить несколько городов придумал один из учеников соседней школы Рома Тельников. Для этого он с другими ребятами построил в одном из гаражных кооперативов расположенных за городом довольно интересную конструкцию. Основой для неё послужили наработок его отца который частенько ездил в командировку в Комсомольск-на-Амуре где работал над каким-то “страшно секретным”. Но как водится в таких случаях домашние всё равно примерно представляли чем занимается их муж и отец. А так как отец у Ромы был инженером радиоэлектроникой м поддерживал занятия сына в радиокружке то он и подсказал ему способ как они могли бы держать связь, во время командировок, практически через весь союз.

С помощью ребят над гаражным кооперативом довольно быстро появилась ажурная конструкция из множества металлических мачт связанных словно сетью антенным проводом. Это была первая антенна загоризонтной высокочастотной связи.

После этого расширение “Невода” — как обозвали систему межЭВМной связи за антенны похожие на рыболовные сети, началось с невиданной скоростью. Город за городом, посёлок за посёлком подключались к общесоюзной вычислительно сети. Сначала десятки и сотни, а затем уже и сотни тысяч добровольцев и энтузиастов, рассчитывали, проектировали и паяли всё новые модификации как самих миниЭВМ, так и различных модулей для них. Там где не справлялся один человек многочисленное сообщество быстро приходило ему на помощь. Тут же в сети образовывались клубы и кружки по интересам. Теперь когда ни расстояние, ни доступность связи (что не сравнить ни с почтой, ни с телеграфом и уж тем более с междугородними телефонными звонками) больше не больше не мешало людям в стране началась так называемая бытовая революция.

То что раньше было уделом маленькой рубрики “советы домашнему мастеру” в каком нибудь журнале или городской газете, или выходящей скромным тиражом тоненькой книжке на плохой бумаге, теперь получило название “Полезняки”. Благодаря подробным и обоснованным не только на личном опыте, но и на расчётах компетентных специалистов, мог покрыть титановым напылением кухонный нож, сделать в стене отверстие для анкера не используя ни перфоратор, ни дрель с молотком и даже избавиться от кротов на садовом участке гуманным и стопроцентно эффективным способом.

Так же теперь люди могли обмениваться вещами находя партнеров по обмену по всему союзу.

Конечно, Неводом попытались воспользоваться и нечистые на руку дельцы и фарцовщики, проворачивая “мутные” схемы, а то и вовсе пытаясь организовать в сети незаконную торговлю. Сообществ сразу возмутилось таким попыткам, и нечестные пользователи были сразу исключены из сетевых объединений граждан. Но доморощенные коммерсанты всё равно лезли в сеть различными способами добывая терминалы доступа. Конец этим попыткам положило изобретение довольно забавного устройства. Оно представляло собой браслет надеваемый на руку и имеющий с внутренней стороны несколько групп контактных площадок. Помимо контактов в неё было несколько термопар и фоторезисторов. Вместе с этим браслетом было выпущено глобальное обновление для всех миниЭВМ которое позволяло получать полный доступ ко всем ресурсам сети только для пользователей работающих в таком браслете Сам браслет считывал множество параметров пользователя — пульс, давление, температуру, электрическую проводимость кожи и некоторые иные. Из этих параметров формировался уникальный для каждого человека профиль который в виде длинной записи в регистре распределенном в цепочке непрерывных блоков выстроенных по определённым правилам. При этом связь между блоками обеспечивалась не только нумерацией, но и сумму ячеек данных посчитанную функцией свёртки. Все эти данные хранились распределено среди всех машин сети так что изолировать и как-то изменить их было нельзя.

Благодаря этому все нежелательные пользователи быстро обнаруживались и навсегда исключались из сообщества адекватных людей. После чистки пользователей в сети остались только те кто приносил пользу сообществу и поддерживал его принципы. А принципы были довольно простыми — каждому по потребностям, от каждого по способностям. Так как первыми пользователями и фактически родоначальником сети были пионеры и комсомольцы, верные принципам коммунистического общества то многие заложенные в архитектуре сети особенности были продиктованы именно идеями всеобщего благо и коллективной добросовестности.

***

Кроме того что Алина координировала работу по сокрытия моего истинного местонахождения она также занималась и выяснение причин произошедшего. Но с этим было всё сложнее. Официальные власти или не шли на контакт или были попросту не доступны для оперативного решения вопросов. Так как в больших кабинетах сидели в основном ретрограды преклонных лет до зубовного скрежета боящиеся всего нового, естественно ни о каком подключении их к Неводу не могло быть и речи, а личная встреча была невозможна по той причине, что они попросту не принимали обычных людей. Так Алина даже будучи городским комсоргом не могла поговорить ни с начальником МВД, ни с главным прокурором, ни даже, с председателем исполкома. Единственное чего она добилась так это получить запись через две недели на подачу заявления о предоставлении места на встречи городской комиссии по делам муниципалитета с председателями инициативных групп граждан. Всё это естественно было неприемлемо, так что после некоторых споров мы решили ехать в Москву.