Чтение онлайн

После речи их командира они получили команду приступить к подготовке и началась обычная работа. Со стороны могло показаться что они бегают без всякой цели, но на самом деле сержанты разделили их на группы и пока одни получали снаряжение и обмундирование, друге в штабной палатке подписывали дополнения к своим контрактам, и писали письма домой — на время участия в операции вводился особый режим. Третья группа в медицинской палатке получала прививки от европейских штаммов возбудителей болезни. Кто-то из ребят пошутил что это никакие не прививки, а специальный анти-коммунистический препарат, чтобы проклятые комми не заразили их своей идеологией. Закончив с процедурами, каждая группа менялась местами так что вскоре все были полностью готовыми и принялись грузиться в ожидавшие транспорты.

***

Командир танка сидя на броне медленно курил папиросу. Сегодня весь их батальон должны были перебрасывать куда-то в европу. Командир взвода с самого утра укатил в штаб получать приказ, а он вместе с остальными готовил машины к транспортировке. Подготовка осложнялась тем что ж/д станция выделенная для погрузки располагалась в двадцати километрах, а тягачей для перевозки танков им выделили всего четыре штуки, при этом строго запретив расходовать моторесурс самих танков.

Глядя на то как суетятся срочники из роты материально технического обеспечения, что вчетвером-впятером тащат тяжеленные танковые аккумуляторы, ему вдруг вспомнилось, что когда он приезжал к родителям в отпуск, то видел как пацаны пионеры, в гаражном кооперативе таскали кучи металлолома с ближайшей свалки. Причём хилые и довольно ботанистого вида школьники тащили такую тяжесть, что парень неожиданно для себя подошёл, и спросил как они проделали этот трюк. И один из пацанов, остановился и важно поправив очки на носу задвинул мудреную вещь про достижения советской науки и техники в области проектирования внешнего мышечного и скелетного каркаса. Правда тут же видя в глазах собеседника абсолютную пустоту пояснил что они просто испытывают для школьного кружка устройства для переноски тяжестей которые должны облегчить труд грузчиков и строителей. Но стоили его товарищам скрыться за поворотом, то он заговорчески подмигнул и видимо намекая на то что парень был в форме курсанта танковой академии, сообщил что переноска грузов и стройматериалов это только первый этап, ведь стоит навесить на это устройство несколько листов брони, пару безоткатных орудий, контейнер для неуправляемых ракет, радиостанцию, микроволновый радар, ранцевый прыжковый двигатель, генератор направленных электро индукционных импульсов, электромагнитный ускоритель, и ещё какой-нибудь мелочовке типа системы дыхания замкнутого цикла, инфракрасного сканера и системы поддержания жизнеобеспечения, то подобные изделия вполне могут поступить на вооружение в армию. Закончив свою речь он развернулся и подхватив огромный тюк металлолома, отправился нагонять своих товарищей, поскрипывая шарнирами металлического каркаса на подобии аппарата илизарова на каждой конечности.

***

— Я не прошу! Вы слышите? Я требую чтобы вы немедленно прекратили заниматься этой ерундой и засели за подготовку доклада о решениях последнего партийного съезда, для следующего открытого партсобрания.

— На этих собраниях всё равно половина слушателей идёт из0под палки, а вторая половина спит с открытыми глазами!

— Да как вы… как вы смеете?! Да знаете что за такое бывает?! За такие слова можно и партбилет на стол положить!

— Настоящий коммунист должен вести за собой людей, увлекать их новыми проектами, делать жизнь людей лучше! А не заниматься вот этой мутью!

— Да я лучше вашего знаю что должен делать настоящий коммунист, я как-никак член партии с 1955 года!

— Вот не надо тут кичиться своим стажем в партии, лучше сравните результаты своей и моей работы! На вашем счету только дурацкие стенгазеты, да скучные партсобрания с редкими субботниками на которых все только и думают как бы забраться в кусты и раздавить пузырь! А я мало того что увлек этих бездельников Сидоренко и Петрова хоть какой-то полезной работой, так ещё и помогаю начинанию тех ребят из что выступали у ДК.

— Вы растрачиваете социалистическое имущество!

— А не вы ли говорили что у нас все склады забиты этим барахлом, которое дают в нагрузку к дефицитным деталям?

На это оппоненту одного из молодых специалистов крыть было нечего и он пыхтя словно паровоз развернулся и ушёл, оставив молодого парня одного в кабинете. Впрочем, он недолго сидел один вскоре за ним пришел приятель и они вдвоем отправились на монтажный участок где после смены с такими же энтузиастами паяли телевизионные приставки — терминалы общего доступа к единой коммуникационной системе. Схемы этих терминалов были наверное у каждого в гараже. Ребята из школьных радиокружков, как-то их размножали и раскладывали по почтовым ящикам во всех домах.

Надо сказать, что когда Сергей Николаевичь (а именно он спорил с руководителем отделения, и по совместительству секретарем заводской партячейки) спаял себе этот терминал и подключил его к телефонной линии, то был довольно сильно удивлён — каким-то школьникам удалось сделать то что не приходило в голову ни одному квалифицированному инженеру. Ну может и приходило, но до этапа реализации тем более настолько массовой не дошло.

Михаил Сергеевич с недовольным лицом шёл по длинному коридору. Уже два года как он с семьей переехал в Москву, был избран на должность секретаря ЦК КПСС и это не считая того что он до этого уже год занимал пост председателя комиссии законодательных предположений Совета Союза Верховного Совета СССР, но всё равно недовольство буквально переполняло его. Вся эта ситуация — когда он вершитель судеб миллионов людей и один из стоящих у руля всей страны, был практически приравнен к черни и быдлу изрядно его напрягала. Конечно, у него была персональная дача, к его услугам были и ведомственные дома отдыха, бани, спец. заведения (припомнив посещение одного из них он сладко прищурился), гараж с водителями и автомобилями, но всё это было не то.

По рассказам, нескольких зарубежных коллег он прекрасно представлял себе как живут люди его положения там, на западе. Какие они имеют преференции (советское гос. обеспечение не идёт никакое сравнение), и какими реальными возможностями обладают.

Теперь ему надо было только организовать всё так, чтобы жить не хуже. Но как бы он не старался и как бы карьерно не рос (дальше только пост генерального секретаря, к которому он уже понемногу примерялся), всё равно это было не то.

Но вдруг ему в голову пришла сумасшедшая идея — а что если не стараться организовать себе жизнь в союзе не хуже, чем на западе, а действительно перебраться туда, где он достоин жить. Причём не жалким беженцем, скрывающим свое лицо и фамилию и живущему на жалкие подачки, а достойным и уважаемым гражданином действительно великой и могучей страны. Ведь для этого надо то всего-навсего — создать финансовую подушку и несколько предпосылок для развития ситуации по нужному сценарию. Тем более что часть работы уже сделана до него — по некоторой имеющейся у него информации в надежных иностранных банках с аккумулированы немалые средства которые должны послужить высшему партийному составу в случае вынужденной эмиграции. Надо только получить к ним доступ и организовать дело так, чтобы никого из тех кто о них знает, не осталось. Но кроме того надо сделать кое-какие запасы в виде ценных металлов, и даже определённой техники. Вот если бы отрезать себе кусочек… такой, типа дачи, чтобы там и землица была, для охоты и рыбалки, золотишко… нефть… газ…

С разных сторон обдумывая внезапно посетившие его мысли, он замедлив шаг продолжи идти к своему кабинету по коридору дома номер 4 на старой площади.

***

Рассматривая газетный лист который сегодня кто-то притащил в школу я думал сразу о нескольких вещах. Во-первых, для достижения моих целей карьера по партийной линии не самый лучший путь — чем дольше я изучаю коллективное нейропространство тем больше убеждаюсь что среди населения, партийные функционеры не пользуются большим уважением, а сами члены партии в большинстве своём не соответствуют объявленным характеристикам. Конечно, есть среди них и по-настоящему достойные образцы, как например, та девушка, что организовывала процедуру принятия вчерашних школьников в комсомол. Хоть она и не подозревала о тех дополнениях в процедуру, что мы привнесли, но среди прочих она отреагировала гораздо более спокойно и даже попыталась как-то поучаствовать во всём действии, тогда как остальных членов комиссии пришлось чуть-ли не переводить на “ручное управление” — настолько у них была неприязнь и нетерпение ко всему новому и отличному от их представлений “нормального”.

Во вторых, разгорающийся где-то на периферии империи конфликт (предпосылки его не ясны и вообще он носит все следы искусственно созданного) не столько вредит моим планам, сколько способствует им. Поначалу я хотел поставить на на ветеранов другой войны, но коль подвернулся такой случай, то почему бы не разыграть карту военного ресурса. Тем более что большая часть инженерно-технического персонала к нейро пространству которых я мог регулярно подключаться постоянно мыслили военными категориями и перенаправить ход их работы в мирное русло было довольно проблематично. А так мне останется только подстегнуть их креативную составляющую да помочь с преодолением административных препонов — на которых гибнет практически любая инициатива.

— Ребята! — обратился я к одноклассникам, благо перемена только-только началась и никто ещё не успел выйти и класса, — сегодня после уроков не расходитесь, у меня будет небольшое объявление.

Надо начать с небольшой группы, а дальше уже с помощью знакомого мне каскадного эффекта распространить идею на остальных, тем более что опыт имеется. Вот Только надо подумать о ресурсе — все доступные мне ребята и молодые люди имеющие положительный коэффициент креативности и уже получили установки и трудятся по своим направлениям и отрывать их на новый проект не лучшая идея.

Но тут мне на глаза попался проходящий по школьному двору Петя Козленко, которого все за глаза называли “козлом”. Известная, в определённых кругах личность — помимо того что он оставался на второй год и вырос в неблагополучной семье, чему был только рад (его несколько раз пытались взять пионерские отряды на “перевоспитание” но из этого ничего не вышло, так как он категорически н желал перевоспитываться), так же он обладал страстью к хулиганству, уже начавшего перерастать в откровенный разбой. Так как он учился в той же школе что и я, то я ранее пригасил его агрессивность, что к моему удивлению отрицательно сказалось на его и так не очень хорошей успеваемости. Попытавшись разобраться только и выяснил что злость не только толкала его на совершение противоправных действий, но и в редких случаях заставляла немного учиться. Сейчас же он большую часть свободного времени просто бродил по улице или школьному двору не зная чем себя занять.